Берешит бара Элохим эт ха-шамаим вэ эт ха-арец

Берешит бара Элохим эт ха-шамаим вэ эт ха-арец Странный голос проникает в моё сознание. Он мягок и светел. Как голос может быть светел Не важно. Голос обволакивает меня и зовёт к себе. Он тих

Странный голос проникает в моё сознание. Он мягок и светел. Как голос может быть светел Не важно. Голос обволакивает меня и зовёт к себе. Он тих настолько, что к нему надо внимательно прислушиваться. Но при этом его нельзя не услышать. Он проникает повсюду. Он обволакивает, становится частью меня самого. Я чувствую, как под воздействием этого голоса начинает биться моё сердце. Тук-тук, Тук-тук, Тук-тук. Глухие звуки пробудившейся жизни. Звуки доносятся откуда-то издалека. Они успокаивают и дарят умиротворение и радость. Хочется крикнуть: я жив! Но пока рано. Я чувствую, что срок ещё не настал. По жилам заструилась кровь, она несётся с бешеной скоростью, наполняя вены. Кровь гудит в сосудах монотонным звуком.
Ве-хаарец хайтах тоху ва-боху.
Голос настолько силён, в нем чувствует столько власти, что он перекрывает шум крови, и постепенно я перестаю слышать биение своего сердца. Одновременно с этим я начинаю понимать, что говорит мне неведомый голос:
«Земля безвидна и пуста»
Земля Что такое Земля Я чувствую, что вокруг меня только мрак. Густой, плотный, осязаемый. Он холодный, но очень податливый. Мрак мягкий на ощупь. Он ищет лазейку во мне и старается проникнуть внутрь. Он хочет разорвать на части. А хочет ли он вообще что-то Я понял, что если мрак проникнет в меня, то он остановит моё сердце! Но он это делает мягко и незаметно. Я пытаюсь сопротивляться.
Неожиданно я почувствовал в себе что-то новое. Это новое, если повторять «Элохим», наполняет меня… Чем Не знаю. Я чувствую, нет, я знаю, что с помощью этого чего-то нового я смогу победить мрак. Назову это «сила».
Я пытаюсь оттолкнуть мрак, но он липнет ко мне своими мерзкими холодными щупальцами. Он не отступает и даже наоборот — я чувствую, как он обвивает меня, сжимает в холодных тесных объятиях.
Ве-хошек аль-пнэ техом
«И тьма над бездной».
Я чувствую, как после этих слов Неведомого, теряю опору и падаю вниз. Я падаю, как сквозь плотную паутину. Ещё немного и я превращусь, в опутанный с ног до головы, кокон.
Ве-руах Элохим мерахэфэт аль-пнэ хамаим!
Моё падение прекращается также внезапно, как и началось. Мерзкие щупальца ещё сильнее вцепились в моё тело. Они рвут меня на части, на тысячи и тысячи частей. Каждая из миллионов присосок мрака вырывала из моей плоти маленький кусочек, который тут же исчезал в ненасытной утробе.
Я чувствую, как из меня изливается кровь. Как она заполняет собой все пространство вокруг меня, а моя плоть уносится куда-то ввысь, нависая над моей чёрной, как сам мрак кровью. А сам я остался между ними.
Но я не испытываю боли и страдания.
С каждой потерянной частицей я чувствую себя легче. Я начинаю видеть отблески меня в этих фрагментах. Часть меня становится чем-то самостоятельным. Я есть целое и я есть разделённое. Я во всем и все во мне.
Я — … Кто я
Йехи! Свет!
Все вокруг меня взорвалось. Пространство, отделявшее мои плоть и кровь озарилось ярким и тёплым бело-золотистым светом. Он не позволял вновь соединиться моей плоти и моей крови. Кровь снизу, а плоть сверху. И тут мой дух, который парил между ними, узрел Его. Его невозможно описать. Он был Словом, подарившим мне жизнь. Он был Светом, который заливал всю бесконечность бытия. И я, и Он — мы были единым и неделимым.
Но был среди Нас Третий. Но Ему пока не время быть явленным миру.
Мы не статичны. Мы находимся в постоянном движении. Мы мчимся вперёд, разгоняя мрак все дальше и дальше, зацикливая его на себе самом. Свет мчится вместе с нами. От нашей запредельной скорости свет трансформируется. Кроме бело-золотистого постепенно появляются все новые и новые краски: оттенки красного, оранжевого, жёлтого, зеленого, голубого, синего и фиолетового. И цвета продолжали множиться и дробиться, смешиваясь в дикой палитре.
Кровь, как бесконечный океан, изливалась все дальше и дальше, а вслед за ней следовал и свет. И вот, когда соотношение мрака и света стало равным, разделили мы свет от мрака строгой границей. Полученный результат удовлетворил Нас.
Я почувствовал, как моя плоть начала трескаться и рассыпаться, смешиваясь с красками. Все вокруг превратилось в бурлящий котёл.
И был вечер, и было утро. День первый.
Яркие радужные пузыри, замешанные на свете и моей плоти, надувались и лопались, оставляли после себя крошечные разноцветные звезды. Они сталкивались друг с другом, вновь бурлили и кипели. От нашего дыхания разлетелись они, складываясь в целые семьи, в которых более массивные звезды притягивали к себе менее организованные, образуя звездные семьи с материнской звездой и множеством менее ярких, но очень подвижных звёзд, напоминавших непоседливых детей. С бешеной скоростью разлетались они друг от друга, при этом не имея возможности разлететься совсем.
Был день второй.
Но не это было главным в нашем замысле. Помчались Мы сквозь звезды, ставшие огромными, в поисках места, где Мы можем создать самое великое и прекрасное наше творение. И повсюду окружали нас сонмы духов-ангелов, которые помогали Нам поддерживать Равновесие и Порядок в созданном мире.
Наконец перед нами опустился на одно колено прекрасный ангел. Лицо его сияло, как мириады звезд. И прекрасен он был, как вся вселенная. Это был самый первый дух, первый среди архангелов и ангелов, Наша первая мысль. Наше первое творение. Звали духа Люцифер.
Поднявшись, Люцифер воскликнул:
— Я готов стать воплощением Твоего замысла!
В нем было столько живой и чистой энергии! Молодость не позволяла сидеть без дела и ждать. Ему не терпелось приступить к работе немедленно.
— Что ж, тогда приступим, — ответили Мы, ибо знали, что это так и есть.
Перед нами плыл камень, на поверхности которого кипел океан и полыхало пламя.
Работы предстояло много. Отделили мы воду от огня, создав землю и моря. Но этого было мало Земля оставалась мертва. Тогда Я выдохнул часть Себя на мертвый камень, и затеплилась в океанах робкая жизнь. Долго Мы рассматривали результат работ. Созданное Нами было прекраснее всего сотворённого до этого. Крошечные наши творения жили и размножались. Но это было только начало. Пролог перед разворачивающейся драмой.
Выдохнул Я на Землю ещё раз, и начали возникать в морях удивительные создания. Так возникли рыбы, которые вскоре начали выползать на сушу. Мы наблюдали, как живые существа росли и развивались, как они менялись.
Мы были настолько увлечены творчеством, что не заметили, как прошло еще несколько дней. Но Земля ещё была не готова к самому главному чуду. Она созревала для воплощения нашего самого красивого и необычного замысла, как созревает плод перед тем, как его снимут.
Медленно, но нужный момент все ближе. Предстояло сделать последнее. Земля была почти готова.
В самом дальнем и заповедном уголке Земли Мы посадили Сад. Сад воплощал собой всю планету в миниатюре. Там были собраны все самые удачные, с нашей точки зрения животные и растения. Нам удалось в одном саду разместить все: и горы, и моря, и леса и равнины. Все было в идеальном равновесии и все было совершенно.
Наасех Адам бетсалмэну кидемутэну вэйирду бидегаат.
Да, Отец. Время пришло сотворить человека по образу Нашему и по подобию Нашему.
Взяли Мы немного красной глины и слепили новое существо, которого до этого не было. Особенно прекрасным было у существа лицо, на котором горели глаза. Яркие и светлые. Назвали мы наше новое творение Адамом. Человеком.
После этого мы созвали всех сотворенных Нами живых существ. Их оказалось неожиданно много: ангелы, архангелы, престолы, силы, херувимы, серафимы, многочисленные животные, растения и птицы. Все ждали чуда. Все ждали с нетерпением никто не знал, что их ожидает. Мы были готовы вдохнуть жизнь в эту глиняную, ещё мертвую, заготовку! Существо, подобное Нам по образу и подобию!
Зашёл Я в пока еще безжизненную болванку. Он был пуст изнутри. Мне надо было запустить его сердце. Легкое касание, и по сосудам помчалась кровь. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Вместе с кровью Я попал в мозг. Человек смотрел, но не осознавал, что видит. Он слушал, но не понимал, что слышит. Я стал частью его, слился с его мозгом. Стал его ушами и глазами. Пора было покидать его, оставив Себя в нем.
Вернувшись в сердце, Я свернулся в нем и разделился. Одна часть осталась в сердце, держа связь с мозгом, а другая Моя часть вышла обратно. В этот момент содрогнулся мир. С неба посыпались звезды. Океаны вновь смешались с пламенем и горы разлетелись пылью. Человек вздохнул. Его глаза открылись и увидели мы в них Свое отражение. Но он не был Нами.
— Склонитесь все перед Адамом! — разнесся по всей вселенной Наш призыв. — Он теперь Наш сын и хозяин всей Вселенной!
Склонились звери и птицы, гады ползучие и рыбы, деревья и травы. Склонились перед человеком духи: ангелы и архангелы, престолы и силы, херувимы и серафимы. Услышали Мы, как славят нас все наши творения.
Но не все склонились перед человеком.
— Почему мы, перворождённые, должны склониться перед прахом земным!
Дерзкий вопрос прервал хвалебную песнь. Перед Нами спустился прекрасный архангел. Первый среди равных. Тот, кто поклялся хранить и оберегать Землю, отделился от Меня.
— Чем это, — архангел презрительно кивнул на человека, — лучше нас Он низок ростом, у него грубые черты лица, ему не открыты тайны мира. И сотворен он последним. Чем он отличается от нас, твоих первых и любимых творений Почему ты отдаешь нас в услужение этому
Каждое слово причиняло боль.
— Человек Наше подобие. Он способен творить. Но Мы знали, что разговаривать не имело смысла. Ангелы могли только один раз сделать выбор. Либо с Нами, либо нет. Третьего не дано. Были и до этого мелкие духи, которые нарушали Нашу волю и вмешивались в процесс творения. Эти духи-противники не ведали, что делали. Они хотели уподобиться Нам. Но это приводило лишь к искажениям. Иногда их вмешательства уводили от первоначального замысла настолько далеко, что приходилось все уничтожать и начинать все заново.
— Ха! Мы такие же, как Ты! Мы Твоя мысль! Но Ты из раза в раз мешаешь нам создать что-то свое! Ты вмешиваешься во все, что я делаю! Ангел, стоящий перед Нами раскрыл свои великолепные жемчужные крылья и взлетел ввысь.
— Я равен Тебе! И не будет какая-то жалкая кукла из красной глины командовать мной! Достаточно я терпел твой гнет и твои запреты! Я сам могу создать мир и подарить ему жизнь!
Мы молчали. Мы знали, что безумца невозможно образумить и вернуть. Он сам принял решение. Нам ничего не оставалось, кроме как сказать:
— Ты, и все кого ты соблазнил, вольны сделать свой выбор и уйти от Нас.
Мы можем только отпустить их.
Один за другим стремительно взлетели мятежные духи, рассекая небо уродливыми росчерками. И чем выше и дальше улетали бывшие светлые ангелы, тем чернее они становились. Но легкие светлые крылья способны поднять лишь тех, кто не имеет веса. Слишком тяжел и горяч был груз гордыни. Она, гордыня, наделила весом бесплотных ангелов. Полет их, до этого легкий и беспечный, стал тяжел и труден. Перья на их крыльях, от жара бунта начали сначала съеживаться и темнеть, а затем вспыхивали и рассыпались горящим огнем. Небо над Нашей головой заполыхало так много духов последовали за Люцифером. Когда сгорели все крылья, нечему было удерживать ангелов, и начали они падать на Землю. Великое множество огненных болидов пронеслось мимо, сталкиваясь с поверхностью земли.
Только один среди всех упал Нам под ноги. Люцифер. Он тяжело поднялся и предстал перед нами. Когда-то светлый и прекрасный, он стал похожим на уголь. Черты лица исказились, стали не симметричными. На нем застыла гримаса ненависти и боли. Невесомые, как сам свет волосы стали черны, как сам мрак, свалялись и превратились в огромные рога. На месте крыльев были прогоревшие уродливые обрубки, из которых торчало несколько почерневших перьев.
— Ты! Мы из-за Тебя потеряли свой прекрасный облик! Из-за Тебя и твоего мерзкого человека! Люцифер взревел и протянул руку в сторону замершего в детском удивлении человека. Юный Адам еще не понимал, что происходит.
— Не Мы сделали тебя таким. Ты сам ушел от Нас и теперь волен поступать так, как считаешь нужным.
Люцифер замер и посмотрел на нас. В глазах его плясало пламя. От него исходил жар ненависти, и он обжигал все окружающее Нас.
— Я уничтожу его и все, что ты создал. С этими словами Люцифер развернулся и последним, самым огромным, жарким и смертоносным огненным шаром умчался на землю.
Мы не могли вмешаться в судьбу падшего. Но Мы могли помочь Адаму. Я взял его за руку и ввел в Сад.
— Теперь это твой дом. Возделывай этот сад. Дай имена всем живущим в нем. Живи и радуйся.
Пока мы шли по саду, Адам по-детски радовался всему, что видит. Он, как маленький ребенок задавал множество вопросов: «А почему небо синее», «Почему птицы летают, а я нет», «Почему» Мы старались отвечать на все вопросы, но на некоторые мы дать ответа не могли. Только сам Адам способен был найти на них ответы. Наконец, он задал вопрос, на который Мы не могли пока дать ответ:
— Отец Мы обернулись к смешно нахмурившемуся Адаму. А кто это был
— Это был светлый ангел, который ослушался Нашей воли и ушел от Нас.
— А что его теперь ждет
— Не знаю. Мы и правда не знали, к каким последствиям это может привести. Ведь Мы подарили Адаму самый ценный подарок, о котором не знал никто из духов. Мы подарили человеку Свободу. Он волен был пойти любым путем. Он мог уйти и вернуться. Он мог совершать ошибки и исправлять их. Он был способен сделать абсолютно все. И Мы никак не могли бы помешать ему. Только направить и подсказать. Человек был сам себе творец. И только сам он мог прийти к Нам.
Мы привели человека в самый центр сада, где рос великолепный виноградник. Придет время, и из плодов этого древа Мы изготовим великий напиток, который позволит Адаму причаститься к нашей Славе и стать Нами, оставаясь собой.
— Единственное, что Мы запрещаем тебе не ешь плодов с этого древа. Мы указали на цветущий виноград. Если ты съешь плод, то умрешь, и нас разделит пропасть. А теперь, спи, мой дорогой сын. Тебя ждет удивительная и интересная жизнь.
Мы погладили его по голове, и Адам уснул глубоким сном. А чтобы ему не было одиноко, мы создали ему жену из ребра. И спала она вместе с ним. И ничего не предвещало грядущей бури.
— Спите, дети Наши. Мы всегда будем с вами и вашими детьми. Мы будем рядом даже тогда, когда вы отречетесь и уйдете от Нас.
Мы послали спящим людям чудесные сны и тихо, что бы не разбудить, отошли. Удаляясь ввысь, Мы ещё раз окинули взглядом все сотворенное и улыбнулись. Да, Мы создали то, что хотели и это прекрасно.
Ваяахи-эрев ваявши-вокэр Йом хашиш.
И был вечер и было утро: день шестой.

Берешит бара Элохим эт ха-шамаим вэ эт ха-арец Странный голос проникает в моё сознание. Он мягок и светел. Как голос может быть светел Не важно. Голос обволакивает меня и зовёт к себе. Он тих

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *