Рожденный свободным

Рожденный свободным Лев Тамерлан появился на свет в саванне, в тени акации под шум дождя и завывание ветра. Вместе с сестрами и братьями он рос под защитой прайда любимой мамы, четырех

Лев Тамерлан появился на свет в саванне, в тени акации под шум дождя и завывание ветра. Вместе с сестрами и братьями он рос под защитой прайда любимой мамы, четырех львиц-охотниц и грозного воина-отца. Мама смотрела за львятами пока самки охотились на буйволов, гну и водяных козлов, отгоняла гиен и коварных леопардов, награждала шлепками и затрещинами расшалившуюся малышню. Грозный отец возлежал в тени чуть поодаль, закатное солнце наполняло огнем его роскошную гриву. Он баловал малышей, делился с ними мясом, позволял скакать по себе, бить лапами и не стерпел лишь однажды когда братишка со всей дури вцепился папаше зубами в хвост. Лев вознамерился наподдать лапой шкоднику, свирепая мать встала на его защиту, примчались другие львицы и поднялся такой рев, что разбежалась вся дичь в округе.
В жизни львенка появлялось только хорошее сладкое материнское молоко, веселая возня с братьями, карабканье по стволам баобабов, погоня за ящерицами и крысами, вкуснейшие антилопьи ребра и мирный сон в привядшей траве. Бесчисленные стада буйволов и гну медленно шли через саванну, хищные птицы парили в раскаленном небе, выли шакалы, хохотали гиены, стрекотали кузнечики, трескалась от жары земля. Огромное звездное небо навевало мечты львенок надеялся вырасти, стать большим как отец и охранять от врагов своих близких. Прайд собрался сильный, львицы оказались хорошими матерями, семья благоденствовала. Львенок взрослел, он первенствовал во всех играх, обещал вырасти могучим и храбрым
Жаль, судьба диких зверей переменчива. На очередной охоте львицы окружили жирную буйволицу дело житейское. Вот только спасать недотепу примчалось все стадо. Отец-лев разогнал рогачей грозным рыком и сам бросился в схватку. Он задушил добычу, но, падая, буйволица повредила льву лапу и тот захромал. Обошлось даже без перелома, покой и отдых справились бы с недугом за месяц. Чужой лев, молодой и наглый, явился раньше и напал без предупреждения. Львицы вмешались и отогнали противника, а отец остался лежать и больше уже не встал.
Прайд без самца не живет. Вскоре чужак вернулся, свирепый и гневный. Львицы приняли его. А спустя пару ночей новый вожак начал убивать львят таков закон прайда. Мама подозвала своих малышей и сказала: бегите или погибнете. Они побежали.
Сестренка оказалась слишком робка. Она скоро запыхалась, соскучилась по маме и повернула обратно. Больше львенок ее никогда не видел. Брат держался молодцом, храбрился, обещал, что однажды они вдвоем станут королями саванны и отомстят за отца. Он рычал на проходящих антилоп, стукнул лапой пустынную черепаху и сумел задушить чахлого поросенка. Братья поели досыта впервые в жизни им не пришлось ни с кем делиться. Они провели ночь в колючих кустах и отправились дальше, полные надежд. Преисполнясь отваги, брат стукнул лапой большую змею. И умер за считанные минуты.
Так львенок остался один. Он брел по саванне, не зная куда, лакал воду из луж, прятался от буйволов, гиен и леопардов, голодал и слабел. Если бы не крикливые чернокожие люди на старом джипе, скорей всего будущий царь зверей стал бы пищей для марабу. Но его подобрали, отвезли в неопрятный лагерь, где в тесных клетках ютились пленники самых разных пород, дали мяса и таблетки от паразитов. Потом был долгий путь по жаре, еще более долгое путешествие через большую воду и мытарства по людям и странам.
Львенок обещал вырасти в могучего красавца, сквозь подростковую неуклюжесть пробивалась благородная стать. Его пробовали фотографировать, снимать в кино, дрессировать в цирке и держать на роскошной вилле. Его баловали и били, хвалили и ругали, лупили электрошокером, кормили красной икрой, подмешивали в еду порошки, от которых тело становилось вялым, а голова сонной. Тщетно молодой лев не приручался, никого не любил, никому не верил и не испытывал ни малейшей благодарности за спасение. Он жаждал лишь одного вернуться домой в саванну, получить назад свободу. А на людей рычать хотел мясо и есть мясо.
В зоопарк он попал путем многоступенчатого обмена двух молодых шимпанзе на редкого кенгуру, затем на панголина и красного волчонка, и, наконец, на льва и страусовы яйца в придачу. Новичка устроили по-царски. Обеспечили просторный вольер с собственным бассейном, бревнами, горками и уютным, скрытым от посетителей логовом. Расписали диету и начали откармливать парным мясом, свежими яйцами и роскошными сахарными косточками. Вымыли из шланга, вывели блох и клещей. И повесили табличку: Тамерлан.
Новая жизнь оказалась не такой уж противной. У Тамерлана отросла роскошная золотистая грива, он превратился в великолепного могучего самца. Посетители глаз не могли отвести от дикого зверя, поражаясь его мощи и ярости. Пугать людишек свирепым рыком и демонстративно пытаться перепрыгнуть широкий ров оказалось весело женщины забавно визжали и размахивали зонтами, мужчины бледнели, малышня ударялась в рев. Служители тоже подскакивали, когда Тамерлан подкрадывался к ним и рявкал во всю глотку. А охота на ворон на пуганых, опытных и ненасытных зоопарковых ворон доставляла льву истинное удовольствие. Пару раз он притворялся мертвым, иногда делал вид, что занят косточкой, дремлет или метит территорию, выжидал момент, когда наглое пернатое усядется на мясо и прыгал, молотя лапами по воздуху. Чаще всего вороны успевали удрать, но иногда льву доставалась свежая добыча. Мелочь, а приятно.
Вскоре у льва появились друзья.
Матерый тигр Раджа, чей вольер соседствовал с львиным, любил почесать языком. У полосатого краснобая в запасе всегда находилась пара рассказов часть из них повествовала о любовных победах и выглядела совершенным враньем, но были и другие истории о слонах и медведях, драконах и единорогах, людской подлости и людской доброте. Раджа родился в неволе, трижды менял место жительства, стал отцом полусотни тигрят и полагал зоопарк вполне сносным местом по сравнению, например, с цирком или частным зверинцем, о коих немало слышал. Львиной мечты о свободе тигр не понимал нас и здесь неплохо кормят, зачем суетиться
Зато принц Котландии, волей судьбы обращенный в двуногое существо, прекрасно понимал Тамерлана. Рожденный свободным создан для диких просторов африканской саванны, для охот и боев, побед и славных подвигов. Лев царь зверей, а не игрушка для человечьих детенышей! Ученица принца, смешная юннатка Липочка поддакивала наставнику. Удивительно она говорила по-львиному, неуклюже и с жутким акцентом, но тем не менее. И совершенно не боялась Тамерлана, как, впрочем, и никого из зверей. Перед тем как отправиться на учебу в столицу, она пообещала льву, что однажды отвоюет ему свободу. Если б все было так просто
К осени льву подобрали невесту Венону, красивую молодую львицу. Она очаровала Тамерлана гибкая, страстная, яростная и покорная, ласковая и свирепая. Она играла как котенок, нежно вылизывала уши самцу, призывно валялась на солнцепеке. Лучшей подруги нельзя было и вообразить. Лев чуть не поддался искушению, но пример Раджи не вдохновлял его дети станут рабами, игрушками человека. Зачем
Влюбленная львица долго пыталась расшевелить своего господина, ластилась к нему и мурлыкала. Поняв, что ее усилия тщетны, сделалась холодна, начала огрызаться и замахиваться лапой. Несколько раз в глухой ночи льву казалось, что он слышит, как Венона прыгает через ров, но разве может львица справиться с тем, что не под силу льву Вскоре невеста стала пожирать мясо с удвоенным энтузиазмом, бока ее округлились, а ангельский характер окончательно превратился в стервозный нрав. Венона стала выгонять Тамерлана из логова и рычать на него уже всерьез. Однажды она не вышла к кормлению, а затем из логова донесся голодный писк. Служители львятника засуетились, вызвали ветеринара, притащили лишнего мяса. Они наперебой поздравляли Тамерлана с наследниками, а лев лишь недоумевал к малышам он точно не имел отношения. Правда сделалась явной, когда толстолапые неуклюжие котята впервые выползли в вольер их песочная шерсть оказалась покрыта темными полосами. Раджа самодовольно ухмылялся из клетки.
Поняв в чем дело, служители забрали львицу и потомство а ну как лев сожрет малышей Тамерлан сделал вид что злится, но на самом деле остался равнодушен. Если Венона настолько глупа, что ради инстинкта готова плодить рабов пусть нянчит малышей, которых вскоре отнимут люди. С тигром он беседовать перестал, лишь глухо рычал, почуяв запах соперника.
Еще трижды льву предлагали самок молодую дикарку, нежную мать и мудрую зрелую львицу. Тамерлан проявил одинаковое равнодушие ко всем троим. Он хотел только воли. Студентка Липочка приезжала в зоопарк летом и подарила льву сразу две вещи вырванную из журнала страницу с фотографией африканской саванны и настоящую большую мечту. По ее словам в заповеднике Нгоронгоро в самом сердце Черного континента есть лагерь, в котором ученые возвращают львов в дикую природу. Липочка взяла грант, она собиралась поехать в Африку и сделать все возможное, чтобы льва включили в программу.
У дирекции зоопарка оказались другие планы. Раз красавца льва нельзя использовать в разведении, пусть приносит доход. В зоопарк зачастили фотографы, а затем Тамерлана отправили на съемки. В первый раз все выглядело забавно хищник прогуливался по магазину, лежал на роскошных диванах, лакал бульон из фарфоровой супницы и демонстративно рычал на щуплого человечка в черных очках и дурацком пальто. Во второй раз он в автомобиле ехал через весь город с девицей, переодетой мальчиком, гонялся за ее врагами и хватал их лапой за брезентовые штаны.
Третьи съемки проходили весной на пленэре как говорил режиссер. Толпа народу в пахнущих пылью и нафталином странных костюмах дурачилась как умела люди фехтовали, танцевали, дрались и о чем-то яростно спорили. Льва отвели в павильон, сняли торжественный выход из тронного зала и оставили в покое. Над передвижной клеткой висела большая луна, соловьи сладко пели, наглый лис кружил поодаль, выискивая еду, воздух пах упоительной настоящей свободой. Неудивительно, что засов легко поддался удару лапы, а Тамерлан отправился искать дверь в саванну.
Путь выглядел веселой прогулкой счастливый лев валялся на молодой травке, драл когтями стволы берез, пил воду из родника, пытался лапами ловить бабочек и щелкал зубами на перепуганных белок. Море сказочных запахов окружало его, солнце грело роскошную гриву, трусливые зверушки разбегались подальше.
К вечеру похолодало, небо затянуло облаками, закапал противный дождь. Лев замерз, устал и проголодался, но ни стола ни дома в лесу почему-то не отыскалось. Никто не спешил к Тамерлану с ведром, полным парной баранины или курицы, никто не волновался, хорошо ли он кушает и не включить ли обогреватель. В сыром полумраке кто-то стонал и ухал, кто-то жалобно выл, навевая тоску, хвойная подстилка оказалась колючей и неприятной. Тамерлан провел скверную ночь, наутро голод погнал его дальше, сквозь бурелом и чащобу. Мелкий дождь намочил шерсть льва, роскошная грива сделалась тяжелой, пригибая голову к земле, лапы отяжелели от липкой грязи. Он дрожал от озноба но все-таки шел к свободе.
Бурелом кончился, дождь тоже. Огромное поле расстилалось передо львом, где-то вдали маячили невысокие крыши домов, лаяли псы, тянуло бензином и дымом. Льву захотелось к людям, в тепло и сытость. Озираясь, Тамерлан нерешительно двинулся через поле и дошел уже до середины, когда появились чудовища. Два десятка огромных рогатых существ цвета бурой земли, с массивными копытами и грозными голосами. Завидев хищника они не растерялись закричали на разные голоса: муу! Мууууу! И пошли в атаку единым фронтом, выставив вперед нешуточные рога. Тамерлану бы рыкнуть, махнуть лапой, прыгнуть вперед, как делала мать, сбивая с ног буйвола. Но испытания ослабили мужество льва, он обернулся и помчался прочь, преследуемый стадом. Добежав до деревни, Тамерлан забился в первый попавшийся хлев и сидел там, в соломе и навозе, рыча на всех, кто пытался приблизиться. К вечеру приехали служители зоопарка. Подогнали переносную клетку, зарядили мясо снотворным, лев жадно накинулся на еду и проснулся в родном вольере. Фотография жаркой саванны показалась ему издевательски яркой.
С того дня Тамерлан начал чахнуть. Он оказался слаб и труслив, негоден к битвам, недостоин настоящей свободы. Масла в огонь подлила практикантка Липочка девчонка вернулась из Африки загорелая дочерна, увешанная браслетами и побрякушками. Жаль вести привезла невеселые программа по возвращению львов в дикую природу действительно существовала, но в нее брали лишь маленьких львят. Если бы черные спасители отправили его в заповедник, а не продали звероторговцам, возможно Тамерлан бы сейчас жил в саванне безо всяких вольеров. А теперь окончит дни в заключении, как паршивая курица.
Льву исполнилось десять почтенный возраст. В зоопарке при хорошем уходе цари зверей случалось переваливали и на третий десяток, но Тамерлан расхотел жить. Заскучал, начал отказываться от пищи, перестал пугать служителей и охотиться на ворон. Развлекала его лишь Липочка показывала африканские слайды, рассказывала о приключениях, проделках гиен и павианов, расчесывала другу спутанную гриву, растирала уши, и незаметно, кусочек за кусочком вкладывала мясо в пасть собеседнику. Она заботилась о Тамерлане истово, как львица о детеныше, отбила его у ветеринара, поставившего вопрос об усыплении, и отстояла у директора, который решил перевести старика в тесную клетку подальше от публики. Впервые в жизни хищник почувствовал привязанность к другому существу. Он радовался Липочке, терся лбом о ее плечо, клал морду на колени и даже пробовал играть. Но легче не становилось к слабости прибавился кашель, выворачивающий нутро.
Лев мало и беспокойно спал. Большую часть дня он проводил лежа в полузабытьи, разглядывая саванну на стене сквозь полуприкрытые веки. Тамерлану казалось, что он чувствует запах раскаленной земли, свежего навоза и падали, алых цветов гибискуса. Грузные носороги проходили от зарослей тамаринда к озеру в поисках сочной травы. Под ногами слоновьего стада вздрагивали холмы. Леопард крался вдоль русла реки, выслеживая водяного козла, а затем с рычанием рвал добычу. Пестрые бабочки порхали над застоявшейся бурой водой, их легкие тени пятнали землю. Беззаботно чирикали ткачики, розовые скворцы вторили им мелодичным цвирканьем. Длинноногая птица-секретарь торопилась по своим делам ни дать ни взять Липочка, опять забывшая сдать отчет. Назойливые москиты планировали атаки и пикировали, целя то в уши, то в беззащитный нос.
Тамерлан смахнул кровожадное насекомое и понял, что вернулся домой. Выгоревшее жаркое небо расстилалось над ним, раскидистая акация отбрасывала густую тень, термитники торчали из голой земли обглоданными костями. Ветер доносил запах целого стада гну, вонь бородавочниковой норы и соблазнительный запах крови похоже недалеко отсюда стая гиен завалила дукера. «Отнять бы у них обед», облизнулся лев и зарычал во всю мощь легких, ощутив, что силы вернулись к нему. Свобода. Саванна. И будь что будет!
Легким шагом лев направился в сторону редкой рощицы баобабов где-то там пировали пятнистые хищницы. И замер, услышав чье-то прерывистое дыхание. Тощий львенок прижался к земле, пытаясь стать незаметным. Он выглядел сиротой, давно не умывался, явственно голодал. И не сомневался, что чужой страшный лев убьет его одним взмахом могучей лапы.
Тамерлан усмехнулся про себя и осторожно лизнул детеныша:
— Эй, не бойся! Айда охотиться, раздобудем нам что-нибудь пожевать!
Служители зоопарка пришли в совершенный ужас, вызывали милицию, привлекли розыскную собаку. Куда из вольера мог провалиться огромный лев Ров он не перепрыгнет, дверь заперта. «Улетел» улыбалась Липочка и молчала.
Двери в Нарнию открываются в любых стенах.
Автор: https://vk.com/id9066076 Батхен
http://v.com/wall-148376574_164767

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *