Два добрых дела и котёнок

 

Два добрых дела и котёнок Ферт грустил. Уже который вечер подряд он вспоминал, как весело и шумно было, когда их парк аттракционов работал на полную катушку.Как будто праздник каждый день:

Ферт грустил. Уже который вечер подряд он вспоминал, как весело и шумно было, когда их парк аттракционов работал на полную катушку.

Как будто праздник каждый день: играла музыка, качели летали туда-сюда, громкие машинки носились в своём вольере. Детвора вилась вокруг постоянно. То со сладкой ватой, то с мороженым, а то и просто с радостными криками и воплями.

Почти всю жизнь Ферт провёл в парке — он был колесом обозрения. Ему нравилось катать всех желающих, показывать панораму города.

А ещё Ферт любил фисташковое мороженое, и именно его чаще всего роняли на пол кабинок, удивляясь видам или пугаясь высоты.

Но весёлые времена сменились застоем и запустением, и вот уже три сезона аттракцион стоял без дела. В последнее время парк начал понемногу оживать, но к колесу всё равно никого не пускали. От этого было ещё грустнее.
— Я пуст, — вздыхал он с металлическим скрипом. — И моя пустота… не более чем пустота, — пытаясь занять себя, Ферт иногда ударялся то в философию, то в стихосложение. Правда, ни одно из занятий ему особо не помогало.

Хорошо бы с кем-нибудь поговорить, но другие аттракционы стояли в отдалении, а люди всё время были заняты. А может, даже и не умели говорить с железными предметами.

Разве что ведьма Агафья понимала Ферта и иногда беседовала с ним. Агафья часто приходила за овощами на рынок по соседству с парком. Правда, почему-то чаще ночью. Впрочем, возможно, ведьмы всегда так делают.

В тот вечер Ферт грустил в одиночестве.
— Мя-ау, — послышалось вдруг совсем рядом.
— Ты чего плачешь — спросил Ферт, вглядываясь в темноту.
— Потерялся, — тоненько прохныкал небольшой серый котёнок. — Маленькая хозяйка взяла меня на прогулку, а я погнался-у за вороной и вот, — доверчиво выложил он.
— Да, дела, — протянул Ферт. — Но ты смелый — гонять ворону! А зовут тебя как
— Пинк. Я думал, это та, которая в окошко меня постоянно-у дразнит. Такие же хвост и клюв.
— Вот шустрик. Как бы тебе помочь Кто сможет тебя домой отвести…
— А может, ты меня отвезёшь Ты ведь колесо
— Так-то оно так. Да только я на одном месте кручусь, никуда двинуться не могу.

И котёнок, и колесо расстроенно примолкли. В наступившей тишине они услышали весёлый свист, а через пару мгновений увидели огонёк, парящий в воздухе.
— Эй, Ферт! Ты как там, пока не заржавел — раздался озорной голос, и из темноты вышла Агафья. В одной руке она держала за длинную рукоять метлу из берёзовых прутьев, а в другой — электрический фонарик.
— Как хорошо, что ты пришла! У нас тут вот, — сбивчиво начал Ферт, а Пинк испуганно припал к земле, прижав серые ушки. — Так, может, ты его отвезёшь
— Потерялся, значит — ведьма посветила на котёнка фонариком. — А адрес помнишь
— Не-ет, — тихонько мяукнул Пинк.

Ведьма задумчиво цыкнула, зачем-то посветила фонариком на колесо, махнула метлой.
— Значит, так. Сами разберётесь, не маленькие. А мне некогда — баклажанами запастись надо, — Агафья ещё раз взмахнула метлой и скрылась в темноте, продолжая насвистывать свою задорную мелодию.
— И как же мы сами… — растерянно скрипнул Ферт, качнулся и почувствовал, что едет вперёд. — Ой-ой! Куда это.. — он замер, пытаясь удержаться на месте.

Пинк испуганно отскочил в сторону, а Ферт, опасно раскачиваясь из стороны в сторону, проехал вперёд несколько метров и наконец смог затормозить.
— Ну дела! — проскрипел он. — Это что же это делается
— Теперь отвезёшь меня домой — котёнок выглянул из-за скамейки.
— И не боишься, шустрик Я же того и гляди на бок завалюсь да переломаю тут всё.
— Ну ты это, потренируйся немножко, — неуверенно предложил Пинк.

 

Следующие минут сорок Ферт привыкал к новой способности: потихоньку ездил сначала вперёд и назад по прямой, потом пробовал заворачивать, следуя по самым широким дорожкам парка.
— Теперь у тебя уже почти хорошо получается, — заявил Пинк. — Поедем
— Ну залезай, коли не шутишь, — вздохнул Ферт.

За пределы парка выбрались без происшествий. Ночь давно хозяйничала в городе, улицы были пустынны. Ферт выехал на середину дороги, чтобы не задевать фонари и деревья. Оставалось выбрать направление.
— Давай, шустрик, вспоминай, откуда вы в парк-то пришли.
— Ма-ау, — задумчиво протянул Пинк. — Вроде оттуда. — Он махнул лапой, правда, не очень уверенно.
— Поехали, — скрипнул Ферт.

И они поехали.
Для обоих путешественников такая поездка была в новинку. Загадочно поблёскивали фонари и редкие окна, а в причудливых тенях деревьев можно было увидеть всё что угодно.

Некоторое время и Ферт, и Пинк молчали и смотрели по сторонам.
— А ты дом-то свой узнаешь — спросил наконец Ферт, аккуратно поворачивая на неширокую улицу.
— Ну-у, вообще-то я не очень успел его рассмотреть, — пискнул котёнок.
— Тогда придётся в окна заглядывать. А на каком этаже живёшь, знаешь
— Э-э-э, — замялся Пинк. — Ой, там ветка дерева почти до самого нашего окна достаёт! — оживился он. — На эту ветку обычно ворона садится, чтобы меня-у дразнить.
— Ну что ж, будем искать.

Ферт уже приспособился ездить по улицам, и теперь они медленно нарезали круги, постепенно удаляясь от парка, и вглядывались в окна домов. Двигаться было проще, чем останавливаться, и пару раз гигантское колесо чуть не завалилось прямо на дом. Оба раза Пинк громко шипел и пытался вцепиться когтями в железные перегородки, а сам Ферт встревоженно скрипел и изо всех сил старался удержать равновесие.

Как раз после второго такого кульбита, пока ехали особенно осторожно и медленно, котёнок вдруг засуетился и запищал:
— Вот, смотри! Кажется, это она, та самая ветка!

Рядом с пятиэтажным домом, который они только что миновали, росло несколько тополей. Ветка одного из них тянулась к окошку на третьем этаже.
— Подъедешь поближе Надо заглянуть внутрь, — нетерпеливо мяукнул Пинк.
Ферт подобрался вплотную к дереву, котёнок перебежал на широкую ветку и припустил по ней к окну с неплотно задёрнутыми шторами.
— Нашли! Нашли! Там маленькая хозяйка! — Пинк закрутился на месте и чуть не свалился вниз.

— Вот и славно, — удовлетворённо скрипнул Ферт. — А внутрь ты как попадёшь — не успел договорить, а котёнок уже изловчился и спрыгнул на узкий железный карниз. Раздалось громкое металлическое «бум!», и почти сразу в комнате зажёгся неяркий свет лампы, а у окна появилась девочка в розовой ночной рубашке.
— Пинк! Ты вернулся! Я так боялась за тебя!

Девочка повозилась с окном, наконец открыла створку и Пинк зашёл внутрь. Перебравшись на подоконник, он обернулся и благодарно кивнул Ферту:
— Спасибо-у!
— Удачи, шустрик! Не теряйся больше.

Ферт не спеша объехал ещё один квартал и направился обратно в парк. Ему пришлось постараться, чтобы занять точно то же место, что и прежде. Справившись, он собрался было вздремнуть, но тут снова услышал бодрый свист.
— Ну что, как погулял — спросила Агафья, осмотрела его сверху донизу, подсвечивая фонариком, и довольно хмыкнула.
— Очень познавательно. Спасибо, — отозвался Ферт. — Твоих ведь рук дело
Ведьма пожала плечами и хитро улыбнулась. Потом пошуршала обёрткой и запустила в колесо стаканчиком мороженого. Фисташкового.
— Лови. Понравилось, значит Ты теперь так каждую ночь сможешь.
— Что, котят по домам развозить — заволновался Ферт.
— Ну почему сразу котят. Можешь и просто гулять. Разминай свои железки — всё веселее.

Так и повелось у Ферта: днём он отдыхал в парке, а по ночам колесил по городу. А если кого подвезти надо было, так даже интереснее.

Источник

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *