Летняя рыбалка

Летняя рыбалка Уже не помню, что там было с погодой и международной обстановкой, но точно помню, что лето в этом году начиналось в пятницу... Как оно представлялось: Небо тронуто робким румянцем

Уже не помню, что там было с погодой и международной обстановкой, но точно помню, что лето в этом году начиналось в пятницу…
Как оно представлялось:
Небо тронуто робким румянцем зари. Над водою стелется лёгкий утренний туман. Водомерки затеяли чехарду вокруг кувшинок. Я, мудрый и в свитере, как Хемингуэй, удобно располагаюсь на берегу, неторопливо и основательно раскладываю снасти. Великолепный червяк, вкусный даже на мой взгляд, со всем уважением насажен на крючок. Бросок! Розовым серебром блеснула леска и тихо прошипел рассекаемый ею воздух. Червяк, как мастер спорта, почти без всплеска нырнул в воду невдалеке от кувшинок. Благодать. Неспешно проходят минуты медитации на поплавок. Тем временем заря разгорается всё сильней, восток вовсю полыхает алым. Уже и птицы в прибрежных зарослях затеяли утренний сыр-бор и туман истаял настолько, что видна кромка противоположного берега, где небольшой олень пьёт воду. Пора бы…
Ну наконец-то! Поплавок неспешно поднимается над водой, медленно заваливается набок, ложится, а затем, вдруг, ныряет и исчезает из виду, лишь побежавшие по воде круги дают понять что он не привиделся.
Подсечка! И, выгнув удилище дугой, из воды взлетает ввысь, к восходящему солнцу серебристая рыбина, трепеща хвостом будто бы от радости и волнения встречи со мной… Именно так я, наивный, представлял себе летнюю рыбалку в дельте Волги. Да вот хрен там рос за капустой! Всё было совершенно иначе.
Ехали своим ходом, на двух машинах. Это было здорово. Пожалуй, самая романтическая часть всего приключения. Вообще, для меня дорога «туда» — одна из самых запоминающихся и необходимых составляющих любого мужского путешествия. Это тот редкий момент, когда наяву реализуются детские мечты. Помню сидишь, такой, в санках, закутанный из-за мороза, на коленях авоська с ароматной булкой чёрного хлеба. Мама везёт санки и меня в них из детского сада, а я гляжу на проезжающие мимо машины, поезда, самолёты и т.д. завидую и мечтаю: «Вот вырасту и тоже поеду путешествовать! Сам!» Вот, дожил до этих счастливых дней! Уже и младший мой в санки не влезает, а я всё свои мечты о путешествиях помню.
В этот раз не знаю, что уж там случилось, в «небесных канцеляриях», но дождь перевыполнил все нормы. По раскисшей грязи даже на полном приводе едва доехали до места стоянки. Небо укутано серой ватой из которой идёт дождь. Зрелище — то ещё, из машины вылезать никто не хотел. Помню, бодримся, но настроение хуже некуда. До того дошло, что тянули спички, кому вылезать первому из машины. Правда, пока спорили, дождь перестал. Радостно выскочили, запалили костёр, чтобы было веселей, разложили вокруг палатки… Зря. Снова полил дождь. Палатки промокли. Ну и так далее…
Но зато какой потом кайф, когда наступает вечер, трещит с перепугу разложенный «пионерский» костёр, видимый даже из космоса, дождь ещё моросит, но наконец-то растянут тент, а под ним уже накрыто и налито. Как примерно писал Джером К. Джером «В такую противную погоду рядом не хватает двоих — троих друзей», а тут их было целых семеро! И… за встречу, за погоду, на удачу!
Тут на лодке пришёл егерь, с которым договаривались о встрече заранее. Небольшого роста, кругленький, улыбчивый, болтливый, ну полная противоположность егерю из «Особенностей национальной охоты», за что конечно же немедленно получил кличку Кузьмич. Почему пришёл Первый раз я видел, чтобы так на лодке с шестом передвигались: егерь стоит на носу, втыкает шест вертикально в дно и, держась за него идёт на корму. Лодка, в соответствие с законами физики движется в противоположном направлении. Затем он возвращается на нос и повторяет так несколько раз. Лодка набирает приличную скорость, а дальше он уже остаётся на корме и только правит шестом.
Ну как такое было не отметить! Поболтали с егерем, он рассказал, что до нас тут стояли какие-то питерцы. Так они, говорит, допились до чертей! Чёрт им, видишь ли, являться начал по ночам! До того дошло, что снялись и уехали на три дня раньше.
Обсудили-осудили питерцев, но и посочувствовали заодно:
— Вот раньше, здоровье позволяло на рыбалку на две недели ездить! Сейчас только на одну получается…
— Это ещё повезло! Вон, некоторые только три дня выдерживают…
— Да даже три — неплохо, один так и вовсе закодировался, бедный…
А байки у костра, между тостами, куда же без этих баек
— Вот я парни, целый месяц не мог сделать тёще сушку в огороде. Только начинаю яму копать под столбики, а там глядь — червяки, и речка в 100 метрах! В общем, один поставил, а второй так и не смог… всё рыбу ловить бегал. Так что я теперь для тёщи персона нон-грата…
— Ну, за истинного патриота рыбалки!..
— Помню как-то приехали в глушь: все с канадскими снастями, в прикиде дорогущем, разошлись, стоим, ловим. На дамбе дед сидит с бревном, к которому леска привязана. Ну, мы на него так снисходительно издалека посматриваем. Вдруг дед бревно это в воду — раз! Брызги, шум! Глядим, а бревно дрейфует по озеру. Оказалось, дед с дамбы высматривал рыбину покрупнее, а когда она клюнула — бревно своё в воду бросил и ждал, пока рыбина устанет его таскать. Потом бревно прибило к берегу, он рыбину вытянул и домой спокойно ушёл…
— Ну, за народную смекалку!..
А философские споры Куда же без них Вот, например, из того, что помню:
Можно ли утолять жажду из реки, у которой сидишь, ожидая, когда по ней проплывёт труп твоего врага
Так, наконец история:
С палатками у нас случилась незадача. Две вышли из строя почти сразу по приезду. Одна навечно, другая временно. Другими словами: одну сожгли, пока сушили после дождя, вторую утопили, пока тушили первую (успели выловить). Под открытым небом спать с комарами смельчаков не нашлось, поэтому разложили сидения и набились рядком вчетвером в Хёндай. Я слева крайний — руль ногой могу покрутить. Ну, почти двуспальная кровать по ширине вышла, только с «горошиной» под матрасом, где передние подголовники. Кое-как разместились, в общем, «спим». Не сказать, что крепко: то один шевельнётся, то другой захрапит, но я задремал…
Просыпаюсь от того, что машина мерно раскачивается под громкое сопение. Первая мысль, спросонья: «Нашли время, бля»… Потом соображаю, что спать-то мы укладывались в четыре мужика и места самим не хватало, вторая мысль: «А откуда тут женщине взяться» Третья мысль: «Ахтунг! Сколько из четырёх мужиков мужиками оказались!» Поднимаю голову и встречаюсь взглядом с круглыми глазами Вадика, смотрящего куда-то мне за спину. Испугать Вадика, это я вам доложу… Гляжу, из-за Вадиковой спины поднимается голова Лёхи, а следом, и Санина. Смешно, как будто веер из голов раскрывается, с ошалевшими глазами. Облегчение — не ахтунг! Но, с другой стороны это означает, что машину что-то раскачивает снаружи. Оборачиваюсь и приподнимаюсь, чтобы выглянуть в окно.
За окном только-только начинает светать, но как-то странно: со всех сторон машины, кроме моей. Её как будто накрыла чёрная туча, раскачивающая автомобиль. Жутковато… Нашариваю рукой фонарик, подношу к окну и включаю. Первое, что выхватывает резкий светодиодный свет — это размером с блюдце чёрный глаз какой-то косматой твари!
Тут возникла небольшая пауза, которую мы вчетвером, не сговариваясь, заполнили диким воплем, так как глаз увидели все сразу. Машину тряхнуло, как от сильного удара и нам в ответ раздался нечеловеческий, адский вопль, как в немецких тематических фильмах про групповухи, когда «кончают» хором человек двадцать. Чёрная, застящая свет косматая туча молнией кинулась в сторону, раздался треск, лязг, новый адский вопль и громкий мат…
Мы высыпали как горох из машины, выталкивая вперёд упирающегося Санька с ружьём в руках. Из заваленной палатки выползали с фонарями и матами держась за разные места, остальные парни. Первым делом пришлось объясняться с ними, что это не наши шутки и, только тогда, объединившись, мы обнаружили погром в лагере и траекторию разрушения, уходящую в прибрежные кусты, где в свете фонарей шевелилось гигантское Нечто. Неожиданно раздался характерный щелчок спущенного курка. К счастью у Сани ружьё оказалось не заряженным. Но это уже потом, «к счастью», а наблюдая адскую тварь я очень пожалел об этом. Даже когда присоединились парни с новыми фонарями и осветили силуэт чудища целиком, глаза всё равно отказывались верить тому, что видели. А видели они запутавшегося в палатке-утопленнице, развешенной на просушку на прибрежных кустах… верблюда.
В итоге это действительно оказался грязный, косматый, испуганный, одичавший верблюд. Когда, откуда и у кого он сбежал — я не в курсе. Вот из кого взялись эти непонятные клочья травы-пуха, которые мы ранее находили на кустах. Наши с ним пути пересеклись по одной простой причине — единственная надёжная вещь, которую он нашёл в этих краях, чтобы качественно почесаться, оказался наш Хёндай.
Представьте: ночь, тишина. Стоите вы и спокойно чешете бок о какую-то единственную на сто километров вокруг наконец-то найденную железную хреновину. Кайф! Ка-а-а-айф… Вдруг вам неожиданно светят прямо в глаз и орут страшным, человеческим голосом! Вот и он от страха ломанулся не разбирая дороги в кусты, по дороге снёс парням палатку, растоптал удочки, изломал кресло Вадика (про него отдельно) и, в итоге, запутался.
Когда ещё чуть-чуть рассвело, мы помогли ему распутаться, благо он не проявлял ни малейших признаков агрессии, а терпеливо ждал. Как только почувствовал, что свободен, он как лань тут же ускакал от нас вдоль берега, сшибая ветки кустов и оглядываясь, не преследуем ли мы его. Вот уж нафиг! Не очень-то и хотелось! Больше, до самого отъезда, мы его не видели.
Питерцы! Если прочтёте это — знайте, не чёрт это был! Всё нормально, пейте дальше спокойно!
p.s.
Про кресло Вадика.
Вадик приехал на рыбалку с мечтой: встретить в кресле рассвет, выпить сто грамм водки и загадать желание. Не спрашивайте, что за «тараканы» такие, в конце концов каждый взрослый, состоявшийся человек может иметь простую, человеческую мечту. Вот и Вадик имел. Каждый день он уходил затемно подальше от нас, садился в раскладное кресло и ждал восхода. Но Вадику не везло. Погода была ужасная и облака плотно прятали небо, вместе с мечтой Вадика.
Но наступил, наконец, день, когда с утра тучи выключили. Мы уже начали просыпаться, когда на поляне что-то зашуршало и в палатку вполз задыхающийся и хрюкающий от смеха Димон со словами: «Идите, посмотрите на Вадика!» Выговорил, и затих обессиленный.
Посмотреть было на что: на берегу в позе роденовского Мыслителя (только в кресле) монументально возвышался Вадик и Храпел. Именно, что Храпел с большой буквы, а ровно за его затылком на розовое небо выкатывался алый шар Солнца. Ну, с кем не бывает, перепутал человек запад с востоком.
p.p.s.
«Божественый» Саня.
Рыбалка имела неожиданное «чудесное» продолжение. Саня, в день отъезда умчался первым. Он обещал привезти свежатинки тестю и потому, взяв на спиннинг ранним утром двух щук, сразу же кинул их в сумку-холодильник и полетел домой.
Через пару дней я с ним созвонился, как дела, то, сё… и тут он выдаёт:
— А я ведь богом стал!
— Ну, бывает, — говорю, — ты, главное с молниями из глаз поаккуратней.
— Да не, — ржёт, — я не двинулся!
И рассказал такую историю.
Привёз он свеженьких щук, подарил тестю. Начал тесть потрошить их и обнаружил у одной в желудке небольшую плотвичку без признаков жизни. Позвал Санину дочку посмотреть, а она её отобрала и бросила в аквариум. «Рыбку жалко», говорит. Рыбёха в аквариуме к вечеру ожила, плавает с тех пор, жрёт, радуется жизни.
— Ну, а богом-то, почему — спрашиваю.
— Ну представь себя на месте плотвы: тебя сжирает щука, ты умираешь. Всё. Но затем, вдруг, приходишь в себя: тепло, светло, полно жратвы, никаких хищников! Рай! Так что у меня теперь свой маленький подшефный рай, а я, стало быть, бог.
Посмеялись, конечно, попрощались, но какое-то тёплое чувство от этой истории на душе осталось. Робкая надежда, что ли Ну а вдруг и у нас «щука» — не последнее переживание в жизни…
omega42
http://v.com/wall-148376574_168600

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *