Они — первые, кто напьется дождем

 

Они - первые, кто напьется дождем Раньше дождевую воду можно было пить. Но это, конечно, еще одна небылица про то, что в позапрошлом столетии условия для жизни якобы были лучше. А поговаривают

Раньше дождевую воду можно было пить. Но это, конечно, еще одна небылица про то, что в позапрошлом столетии условия для жизни якобы были лучше. А поговаривают еще, будто от солнечных лучей кожа не сгорала на человеке заживо. Ну, скажите, не бред ли
У Сири есть прадедушка, ему уже целых шестьдесят лет, но даже он не застал таких времен. Зато у него сохранилась самая настоящая древняя вещица, которую он почти никогда не достает из пластикового пакета и хранит в своей комнате. Однажды, когда Сири было года четыре, она попыталась выкрасть ее у прадедушки на время просто чтоб посмотреть. Но прадедушка застал малышку прямо на месте преступления и тогда больно отшлепал, сказав, что эта вещь настолько старинная и хрупкая, что одно неосторожное движение, и она легко рассыплется.
Она называлась «книгой» и имела форму объемного планшета, снаружи твердая, а внутри были сшиты между собой тончайшие мягкие пластинки с нечеткими, полустершимися от времени буквами. Там еще были даже картинки удивительные цветные загогулины и коричневые столбы с зелеными шариками сверху. Иногда внутри «книги» изображались люди почти голые, без защитных скафандров, разодетые в тряпки. Диковинка!
Вчера Сири исполнилось семнадцать, а сегодня она должна сообщить родителям, пожалуй, самую важную новость в своей жизни. Она вбежала, закрыла дверь, и как только щелкнул автоматический замок, в прихожую, через вентиляцию хлынули струи чистого, живительного воздуха. Привычным движением Сири скинула шлем, вылезла из скафандра, повесила все в шкаф. Перед зеркалом распушила свои короткие светлые волосы, и, пританцовывая, еле сдерживая радостный визг, выбежала из прихожей. За ее спиной сомкнулись стеклянные двери, а ее мысли были только о том, что она пережила всего полчаса назад.
Ее тридцатилетняя мама и сорокавосьмилетняя бабушка сидели в гостиной и смотрели телевизор. Реклама прыгала по квадратной стене напротив них. На долю минуты девушка остановилась сзади, рассматривая их затылки.
— Мама, бабушка, мне надо сказать вам кое-что очень важное, — они обернулись, и Сири могла бы поклясться, что они уже прочитали в ее глазах бурный восторг, который она была больше не в силах сдерживать. — Я только что встречалась с Дэмо, и… угадайте что!
— Что — подалась вперед мама, мгновенно заразившаяся возбуждением дочери.
— Дэмо. Сделал. Мне. ПРЕДЛОЖЕНИЕ! Спросил, не буду ли я против выйти за него замуж!
— А ты что ответила ему — бабушка встала, чтобы обнять внучку.
— «Да»! Что же еще я могла ответить человеку, которого я люблю… Смотрите, — и Сири вытянула вперед руку, на безымянном пальце которой поблескивало тонкое серебряное колечко с крошечным изумрудом.
— Какая прелесть, он прямо под цвет твоих глаз, — мама погладила мизинцем камушек. Затем взяла в ладони сияющее личико дочери и не без гордости сказала:
— Вот как ты радуешься сейчас, Сиричка, я желаю, чтобы ты радовалась точно так же всегда рядом с Дэмо. Он замечательный парень ответственный и верный, таким и должен быть настоящий мужчина, достойный моей любимой дочери.
И обрученная девочка стояла, и изумрудные глаза ее радостно блестели в белом свете люминесцентных ламп.
Они были одной из тех немногочисленных пар, которые познакомились и встречались друг с другом на протяжении нескольких лет, «вживую», а не через электронный тест по поиску своей второй половинки в социальной сети.
Свою отдельную квартиру молодожены пока не оформили, тем более, что в последнее время это стало еще проблематичнее, чем раньше. Прирост населения повысился в разы, а строительство хотя бы одного спального района может занимать довольно долгий период. Сейчас даже время для стройки было и не подходящее-то осенние-зимний сезон кислотных дождей. Поэтому и свою свадьбу Дэмо и Сири решили перенести на полгода вперед.
Они прогуливались вдоль по набережной, полноводная едкая Волгиссури медленно несла свои воды за ними. Они сели на скамеечку, и девочка положила голову своему мальчику на плечо. Нечаянно стукнулись шлемами. И молчали. Дэмо смотрел на ее задумчивое лицо. Сири вглядывалась в противоположный берег реки, на город и сплошь серо-фиолетовые тучи.
Ей почему-то было тоскливо. Все же в порядке: дома ее ждут родные, Дэмо здесь и сердцу хорошо. Но беспокоило девушку совсем другое неведомый мир, тот самый, который существовал до Великого Конца Света. Да, в него трудно поверить, ведь он так схож с теми фантастическими сказками! Но все-таки история говорит, что да, этот мир точно существовал. Как та штуковина под названием «книга» у прадедушки…
— Дэмо, — тихонько спросила она, не отрывая взгляда от силуэтов небоскребов вдали, — ты когда-нибудь пытался представить себе, как все выглядело до ВКС Какое оно было… Какими там были люди, чем они занимались…
Парень вздохнул как то совсем по-мальчишечьи и уставился в небо. Взор его заволокли желтые туманы, жажда к путешествиям, приключениям, волшебным, как у ребенка, несбыточным мечтам.
— Да, я много думал об этом. Больше в детстве… Но и сейчас иногда. У них все было гораздо проще и… красочнее. И такое своеобразное. Есть один такой фильм у Роббо Доджена документальный, называется «Зеленая вселенная. О Первом мире». Можем с тобой вместе посмотреть. Очень интересно! Там, знаешь, вне дома можно было ходить без скафандров и кислород естественно вырабатывался «растениями», вот они почти все были зеленого цвета. И никто не боялся попасть под солнечное излучение, потому что тогда еще над поверхностью Земли была атмосфера, защищающая все живое. Столько всего, я сейчас и не перечислю! Понимаешь, Сири, как я хотел бы хоть глазочком заглянуть туда… Еще сто лет назад была такая поговорка известная, сейчас ее можно только в Всемирной Информационной сети найти, которая говорит, что человек, проживший хоть день своей жизни в Первом мире самый счастливый.
— Но разве сейчас мы несчастны — Сири отвернулась от удручающего пейзажа и заглянула Дэмо в лицо.
— Может, в Первом мире в целом жизнь была необычнее, но я никогда бы не был бы там счастлив один. — Опять стукнулись друг о друга их шлемы, и зеленые глаза встретились с серыми. — Я счастлив, когда рядом ты, Сири.
— Я тоже, Дэмо.
— Дедушка, прадедушка, — шепотом позвала девочка в темноту. — Ты спишь
Прадедушка показался из-за многочисленных этажерок с выставленными на их полках различными предметами. Эта его спальня больше напоминала музей. Помимо «книги» — единственной сохранившейся у их семьи вещи из Первого мира, у прадедушки Сири хранилась целая коллекция экспонатов первого столетия с начала существования Второго мира, когда человечество медленно, но верно восстанавливало полностью рухнувшую цивилизацию и отстраивалось по новой. Примерно к тому же периоду и относятся самые многочисленные открытия в области робототехники и высоких ультрасовременных технологий, без которых выжить было бы попросту невозможно. Ручные машинки по выработке кислорода, кодовые браслеты сообщений, дыхательные маски и шлемы с потускневшими от пыли стеклами (прадедушка вообще когда-нибудь их протирал), первые полноценные жизнеобеспечивающие скафандры, предметы быта…
— Привет, Сиричка, а чего это тебе не спится и приспичило заглянуть навестить своего старикана в этом затхлом логове — Он спрятал улыбку в густую бороду и погладил жилистой рукой девочку по плечу.
— Дедушка, скажи, а тебе много известно про Великий Конец Света — она умоляла. — Это правда, что сейчас мы живем в неправильном, плохом мире, который тоже скоро умрет
— Что ты, что ты говоришь такое, маленькая моя! Идем, присядь сюда и объясни все.
Сири села на круглый табурет, дрожа всем телом. И начала рассказывать все по порядку. То, о чем они весь день мечтали с Дэмо о счастливом мире с зелеными «растениями» и атмосферой, и о страшном сне, разбудившем ее посреди ночи. Кошмар показал ей повторение Конца Света, только люди в нем так и не сумели спастись, им уже просто стало не за что хвататься…
— Ты была там или смотрела со стороны — задал свой вопрос старик, все это время внимательно слушавший сбивчивый рассказ правнучки.
— Что
— Как ты видела этот Конец: ты была будто внутри него или смотрела откуда-то из другого места, как из телевизора, например
Пять секунд напряженных морщинок на лбу.
— Со стороны, но точно не помню откуда… Я как будто была везде и видела каждую картину по отдельности… и все вместе одновременно. Я видела… видела ЭТО… ужасно…
Сири разрыдалась.
Прадедушка сделал чаю из молекулярного автомата на кухне. Так они и сидели, размышляя, под светом одной настольной лампы в его комнате. Девочка пила чай, проглатывая последние слезы. Нет, она будет надеяться и верить, что этого не произойдет: ни сегодня, ни завтра и даже не через двадцать-пятьдесят лет. Пока жива она и живы самые ее близкие люди, ЭТОГО не будет.
Будильник прозвенел как обычно в полвосьмого утра. Еще некоторое время она валялась в кровати, чтобы прийти в себя. Села, свесила ноги. Ее муж продолжал спать, завернувшись в одеяло, как в кокон (интересно, откуда пошло это слово) — есть у него такая особенность. Она долго смотрела на его умиротворенное лицо, такое красивое… Пусть еще немного поспит.
Автомат сварил ей кофе. Для Дэмо она поставила тоже, в режим ожидания, чтоб он выпил его еще свежим и горячим, когда проснется.
На работу надо к одиннадцати. По сетевой почте коллега Офир Реззерборг прислал новое сообщение: «Дэмо и Сири Зарьевы, вы хоть помните, что у нас сегодня за день:)». Сири улыбнулась и напечатала ответ: «Офир, о чем ты Я сегодня всю ночь там во сне гуляла. Еле заставила себя проснуться)))» — «А что Дэмо» — «А Дэмо все еще там)». Коллега прислал смеющиеся смайлы, «Как бы сам все и не проспал! Ты уж за ним присматривай, Сири». «Само собой» — и она вышла из почты.
Аудио-новости докладывали о последних событиях в мире: неспокойные моря, угроза сильнейшего за последние два века цунами у берегов Азиатской империи, разрушительные бури на Африканском полуострове. Марианская впадина расширилась еще на двадцать четыре километра, извержения вулканов в Арктике.
Дэмо встал через полчаса, выпил свой кофе, принял душ. Потом по видеосвязи они обзвонили всех дальних родственников и друзей. Слова напутствия, «это ваш выбор», «берегите себя и друг друга»… Родители Сири и Дэмо вместе с их дедушками и бабушками обещали приехать прямо к ним в лабораторию.
За полчаса до выхода Дэмо обнаружил свою жену, сидящую на широком подоконнике в гостиной. Она прижималась к оконному стеклу. Снаружи дул черный ветер. Не отрываясь, смотрела на город, будто хотела запечатлеть его в памяти, как фотографию. Он не стал ничего говорить, ведь на самом деле ему тоже было безумно страшно. Сел рядом и обнял ее. Сири прильнула к его телу, сжалась, как маленькая девочка.
Мама держала в ладонях лицо дочери и смотрела, как в свои, ее зеленые глаза. Так же они стояли в тот самый день пять лет назад, когда Сири прибежала домой и сказала, что ее парень сделал ей предложение. Она обнялась с папой, поцеловалась с бабушкой и дедушкой. Прадедушка был последним, и он принес какой-то плоский сверток. На миг у Сири мелькнула мысль, что это та самая «книга», и прадед предупредил ее догадки.
— Да, я знаю, о чем ты подумала. Я сам его сделал для тебя, правда, материал другой, но точно такого, как у «книги» уже просто не существует… у нас. Сюда ты сможешь сама делать записи или наброски. Там тебя научат.
Его глаза были мокрые.
«На вас лежит самая главная и самая сложная миссия за всю историю человечества. Мы все рассчитываем на вас!»
Они надели шлемы. Сели в кресла. Пристегнули ремни. Судорожно дыша, оба вспоминали тот почти позабывшийся час детства, когда говорили обо всем этом, будто о фантастической сказке. О клятве, которую тогда дали друг другу, сидя на берегу реки и глядя на свой разрушающийся мир.
Их мир оставался позади, их мир ждал впереди.
Спасти.
Кабину трясло. Пошел отсчет.
«Три, два, один… Пуск!».
Они первые, кто напьется дождем.
Автор: https://vk.com/id227204165 Рыскин
http://v.com/wall-148376574_187487

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *