Каждый год, накануне Дня Победы, я публикую один и тот же текст Владимира Киященко

 

Потому что не люблю участвовать в традиционном майском флешмобе «Обязательно выскажи в интернетиках своё мнение о праздновании 9 мая, и посрись в комментариях со всеми несогласными».
А этот текст для читателя будет намного важнее и полезнее, чем вообще чьё бы то ни было мнение, и моё в том числе.
Потому что моё мнение всё равно не разделят те, для кого День Победы — это что-то типа карнавала в Рио. Такое весёлое городское шоу с ряжеными в военную форму людьми, детьми, и собачками, и уляпыванием задних стёкол своих машин наклейками «1941-1945. Можем повторить»
Потому что не можете. Это они — деды ваши и прадеды — они смогли. Но вряд ли бы стали чванливо угрожать кому-то, что «Ну чо, есть там ещё желающие на нас напасть Идите сюда, щас мы и вам тоже наваляем!»
А большинство из вас не то, что оружия — ничего тяжелее красненького вейпа и бутылочки с маслом жожоба для умасливания своей модной бородульки в руках сроду не держало.
Потому что, прежде чем лепить на свою машину наклейку с «Можем повторить» — вспомните этот текст. Глядишь, и расхочется повторять.
«Чтобы помнили»
Пара слов за детство.
Мне было шесть лет, бабушка вела меня в парк Горького, был май и приближался Праздник. Я уже знал, что это Праздник Победы, но еще не знал что такое война. И на перекрестке Дзержинского и Маяковского, у молочного магазина я с ней столкнулся. С войной. Как воспитанный мальчик я с ней поздоровался, и ,как учил меня дед, спросил:»Йося, как поживаешь Как родители» Смысл этих вопросов тогда был мне недоступен, пришлось чуть подрасти, чтоб понять.
Тот к кому я обратился посмотрел на меня, узнал, и стал рассказывать: как он с мамеле ходил на Благбаз покупать ботинки для школы, что завтра он с папочкой идёт в зоопарк кататься на пони, а летом всей семьей они поедут в Херсон.
Ребята, мне было реально страшно! Передо мной стоял высоченный худой еврей лет сорокА, совершенно седой, аккуратно застегнутый на все пуговки как школьник. Он болтал о разной житейской ерунде и плакал. Губы рассказывали о пони и Херсоне, а из глаз текли слезы. Но страшнее всего был чайник.
Какой чайник Латунный чайник, литра на три, наполненный мелочью. Представили картину маслом Это был знаменитый на весь центр Харькова Йося с Чайником. Порождение войны, совесть нашего района. Каждый Божий день он выходил на перекресток Дзержинского и Маяковского, становился у молочного магазина и смотрел на балкон второго этажа 76-го дома, не выпуская из рук чайника. Чайник служил Йосе и кошельком, и авоськой, и чехлом для документов. Даже у дворовых сявок считалось западло стянуть из чайника хоть копейку, били за это жестоко. Все знали Йосину историю.
История же была такой. Когда немцы первый раз вошли в город, Йосина семья не успела эвакуироваться. Их квартира во втором этаже дома 76 приглянулась двум немецким лейтенантам. И чтоб долго не валандаться, а заодно «окончательно решить еврейский вопрос», Йосиных родителей повесили на их же балконе. Перед смертью мама Йоси положила в чайник немного денег и вытолкала через чёрный ход, якобы за молоком. Много ли понимал шестилетний пацанёнок За молоком так за молоком.
Он стоял у магазина и всё видел, а когда понял что случилось- поседел и сошел с ума. С того дня ему всегда было шесть лет, и он всегда ждал у молочного магазина маму. Йосю прятали по семьям до 43- го года. А после освобождения города он снова занял свой пост. Вы спросите зачем с ним нужно было заговаривать и спрашивать о родителях Это был единственный способ вывести Йосю из ступора, отвести домой, накормить, привести в порядок. А деньги в чайнике не были милостыней, нет. Мой дед говорил, что это слёзы больной совести.
Последний раз я видел Йосю с Чайником весной 90-го года. Такой же седой и аккуратно застёгнутый он стоял у молочного магазина. И так же приближался Праздник. Владимир Киященко
Раевская

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *