Колокольчик в её волосах

 

Колокольчик в её волосах - Ты видел эту новенькую - Какую Такуютёмненькую - Да! Она прекрасна! - Хм. - Не ухмыляйся. Знаю, скажешь: «Что, снова» Да, снова! Но теперь уж точно, это она! Она

— Ты видел эту новенькую
— Какую Такуютёмненькую
— Да! Она прекрасна!
— Хм.
— Не ухмыляйся. Знаю, скажешь: «Что, снова»
Да, снова! Но теперь уж точно, это она! Она особенная. Какое у неё лицо — светлое, лёгкое, почти прозрачное…одухотворённое.
— Всего лишь бледное и задумчивое, мой пылкий друг.
— Скучный циник.
— Ммм пусть будет реалист. Не забывай, откуда она. Там, в тумане, не загорают и не очень-то радуются жизни.
— И откуда он взялся — этот туман Ведь половину, реально половину мира заволокло.
— Какая-то техногенная катастрофа. Что удивительно, в этот раз ни радиации, ни химического заражения — только этот не проходящий туман. Как молоко, ничего не видно в трёх шагах.
— Как они там выживают
— Ищут выход. Ищут еду. Ищут друг друга. Зачем, думаешь, им колокольчики Порой, это единственная возможностьвообще быть.
Колокольчиками звенят, когда отходят друг от друга дальше видимости.
— А просто позвать
— Туман… Взвесь в воздухе не позволяет вдохнуть достаточно даже для беседы в несколько фраз. Тут не до крика. Замечал, какие они молчаливые первые месяц после выхода из тумана
Колокольчиками они звенят в поисках пропитания. Они звенят — кладовщики отзываются. Еда есть. Хоть и заканчивается, но ещё есть, на складах бывших магазинов. Главная проблема найти этот самый склад.
И выход выход оттуда. Геомагнитные аномалии даже по компасу не позволяют ориентироваться. Поэтому их всё ещё много там в тумане.
— Ты так рассказываешь, как будто сам был там.
— Был.
— Как Когда!
— Да вот, в прошлом месяце и был. Твою каштановую и привезли в этот раз.
— И снова меня не взяли!
— Не переживай, возьмут когда-нибудь. Только не думай, что это весёлое мероприятие. Зато твоя каштановая здесь,
— Каштааановая. Вот уж что не под силу испортить туману, так это волосы. Какие у неё волосы, хочется ими любоваться, утопить в них пальцы. Знаешь, даже колокольчик в её косе вызывает не мрачные мысли, а придаёт очарование. Когда она идёт, он изредка звенит, как песня редкой птички. Когда она резко оглянулась «Колокольчик в её волосах звучал соль-диезом»
— Ля-бемолем.
— Соль-диезом! Уж не тебе меня учить. Я, в отличие от некоторых, бросивших учёбу, получил диплом об окончании. И не какой-то там просто диплом, а с отличием. У меня абсолютный слух!
— Да-да, безусловно. Её колокольчик звучит соль-диезом, а она сама ля-бемолем.
— Эй, друг, это когда ж ты её расслушать успел подозрительный взгляд почти злобно сверлил товарища.
— Когда везли их всех из левой зоны. Они все звучат бемолями. И я не о колокольчиках. Я о тумане в душе. Похоже, они не до конца верили, что вообще есть места, как здесь. Даже когда мы погрузились в машины, ни у кого не блеснула в глазах хотя бы крупица надежды. До последнего сырого клочка за окном они излучали безысходность. Ехали с ними — как в болоте увязали.
А уже здесь, когда все вышли, похожи были на кучку улиток. Видел, когда они начинают вытягивать рожки по миллиметру, осторожно ощупывая всё вокруг. Бррр, жуткое зрелище.
Но ничего, оживают, вроде бы. Вон и каштановая твоя идёт. Встречай, а я уж удалюсь.
Колокольчик звенел абсолютно точно соль-диезом. Каштановая принесла поручение:
— Вас звали обедать, а потом на совет. Вас обоих. Видимо, вам придётся догонять вашего друга.
— Вот уж нет. Сам придёт, — свист заложил уши, но своё дело сделал деликатный товарищ возвращался.
— Я же говорил, сам придёт. Он, кстати, уверяет, что этот соль-диез — указал на звоночек, не ваш звук.
— А это и не мой колокольчик. Этот моего друга, потерянного в тумане друга. Он просто исчез, а колокольчик остался на столе в его доме. Надеюсь, он ушёл искать выход, а не чтобы пропасть. С того дня я и ношу его колокольчик, чтобы помнить, и чтобы он его узнал, если ещё встретимся.
А мой вот он. Он не говорил со мной с того же дня. Думаю, отдам его новому другу, когда найду. Если найду. Если новый друг услышит мой звук.
Колокольчик впервые за много лет подал голос и сразу же расстроил молодого человека:
— Вот зараза! Это ж и есть ля-бемоль, как он и говорил! и было в голосе и удивление, и восхищение, и досада.
Каштановая смотрела на приближающегося человека. И были в глазах и бемоль, и диез, и наконец-то, отражение солнца.

 

Колокольчик в её волосах - Ты видел эту новенькую - Какую Такуютёмненькую - Да! Она прекрасна! - Хм. - Не ухмыляйся. Знаю, скажешь: «Что, снова» Да, снова! Но теперь уж точно, это она! Она

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *