Права роботов

Права роботов Робот провалился по колено в грязь, когда вытаскивал из заполненной водой ямы старенький трактор Джорджа, решившего, что перед ним обыкновенная лужа. Дожди не прекращались уже

Робот провалился по колено в грязь, когда вытаскивал из заполненной водой ямы старенький трактор Джорджа, решившего, что перед ним обыкновенная лужа. Дожди не прекращались уже второй день, но фермер не ожидал, что яма глубиной в метр может быть заполнена водой до краев. Он оставил робота в поле, намереваясь забрать позже, потому что пока трактор ехал, сохранялся шанс добраться до фермы, не увязнув где-нибудь еще.
Робот прошагал четыре километра, не дойдя до фермы каких-то ста шагов коленные и голеностопные суставы вышли из строя в последний момент. Джордж втащил робота в сарай и теперь, слушая, как по крыше барабанит дождь, отчищал его сочленения от грязи. Ноги работника лежали на верстаке, суставы были разобраны на мелкие детали, которые Джордж старательно промывал спиртом. Жужжа окулярами, робот внимательно следил за действиями хозяина.
Это была старая модель, купленная лет двадцать назад, и уже к тому времени он успел отпахать шесть лет на полях других владельцев. Несмотря на древность, робот был силен, как бык, и надежен, как скала, не в пример современным пластиковым неженкам, ломающимся от малейшего чиха. Джордж как мог берег своего верного помощника, не забывая регулярно устраивать ему техосмотры и вовремя менять запчасти, благо для данной модели их еще можно было достать. Негерметичные суставы робота можно было простить за его надежность, выносливость и безотказность.
Джордж был из тех, кого принято называть реднеками. Он был деревенщиной до мозга костей, тем, кто не желал принимать технический прогресс во всей его полноте и жил дарами земли, как его предки на протяжении тысяч лет. Джордж сам выращивал свою еду, хотя мог бы, как и миллионы его соотечественников, пойти в магазин и за сущие гроши купить гору первоклассной еды, выращенной на автоматических фермах и приготовленной на автоматических фабриках. Но такие, как он, жили только тем, что выращивали сами, и это не было необходимостью это было жизненным принципом.
Все мужчины в его роду, насколько было известно Джорджу, были такими же, как он. Вырастая, они уходили из отчего дома в поисках лучшей жизни, но потом неизменно возвращались за тем, чтобы прожить остаток жизни на ферме. Таким был отец Джорджа, его дед и прадед, и сам он был таким в восемнадцать лет ушел из дома, а вернулся в тридцать, отягощенный жизненным опытом и обуреваемый желанием никогда больше не покидать родную ферму, чтобы не иметь никаких дел с сумасшедшим миром за ее пределами. Где теперь болтаются двое его сыновей, Джордж не имел ни малейшего понятия. Он знал лишь, что рано или поздно они вернутся.
Однако идейные реднеки, что бы о них ни говорили, люди вполне современные. Сознательно отказываясь от некоторых благ цивилизации, они не отказываются сразу от всех. Да, фермер консервативен, но и он не стоит на месте в доме Джорджа было все: холодильник, телевидение, интернет, микроволновка, в хозяйстве также была всевозможная техника доилки, кормилки, поилки, робот и электроатомный трактор. Именно поэтому Джордж всегда бесился, когда в его присутствии реднеков путали с какими-нибудь амишами. Третьего дня один парнишка в магазине, куда Джордж приехал покупать новый сотовый телефон, спросил: «А разве убеждения не запрещают вам пользоваться такими вещами», явно намекая на то, что Джордж, по его мнению, относится к числу консервативных фанатиков, считающих электронику порождением дьявола. Джордж так рассердился, что еле удержался от того, чтобы застрелить парня из фамильного мушкета.
Итак, фермер чинил робота и не ждал гостей кто в такую погоду будет шарахаться по захолустью Именно поэтому неожиданный стук в дверь застал его врасплох, и Джордж, вздрогнув, растерял винтики. Чертыхаясь, он пошел открывать.
На пороге сарая стояла делегация из трех человек двух мужчин и одной женщины. Все трое были одеты в строгие деловые костюмы, прикрытые сверху непроницаемыми полиэтиленовыми комбинезонами. Недалеко от сарая стоял летающий автомобиль.
— Джордж Голдсмит спросил один из них высокий белый мужчина с рыжими волосами.
— Чем могу быть полезен поинтересовался Джордж.
— В доме никого не было, но мы увидели, что в сарае горит свет, — зачем-то пояснил незнакомец.
— Разумно.
— Разрешите войти
— Пожалуйста.
Джордж посторонился, чтобы пропустить незваных гостей. Они вошли в сарай, не забыв закрыть за собой дверь.
— Разрешите представиться, — меня зовут Ричард Макконахи, это он показал на невысокого крепко сложенного негра с обритой налысо головой Джон Стоун, а это жест в сторону миниатюрной брюнетки, — Ребекка Профит. Мы из Федеральной Службы Защиты Прав Сущего.
Неприятное чувство кольнуло Джорджа в грудь изнутри он, как, впрочем, и другие ребята из захолустья, не очень-то жаловал правозащитников и, хотя документы были в полном порядке, в его душу закралось нехорошее предчувствие.
— Знаете, — начал оправдываться фермер, хотя никто его пока ни в чем не обвинял, — комиссия была у меня всего месяц назад, все справки на руках, с животными обращаюсь хорошо, во всяком случае, они не жалуются. Свинью, правда, пришлось зарезать, но разрешение соответствующих органов и нотариально заверенное согласие свиньи у меня имеется. Корову дою регулярно, кур не обижаю, права лошади не ущемляю, гуси
— Ваши документы по животным в полном порядке, можете не продолжать, — перебил его Ричард Макконахи. Мы по другому поводу.
— Э-э-э А по какому Несовершеннолетних детей у меня нет, наемных работников тоже
— Мы пришли по поводу вашего робота.
— А что не так с моим роботом опешил Джордж. Вихрь мыслей мгновенно пронесся в его мозгу, но он не смог навскидку связать правовую службу и сельскохозяйственный инструмент.
— Мы хотим посмотреть на него.
— Пожалуйста. Вот он сидит, — Джордж указал на верстак, где посреди груды хлама недвижно сидел временно безногий робот.
Посетители одновременно повернули головы и, заметив робота, в один голос ахнули. Джон Стоун начал что-то усиленно строчить в блокнотике, а Ребекка Профит воскликнула:
— Он в ужасном состоянии!
— Ну, сейчас он и правда немного не в форме, но вообще он у меня молодцом, — возразил Джордж.
— Что вы с ним сделали жестко спросил Ричард.
— Ничего особенного Открутил ему ноги, чтобы прочистить суставы.
— Что привело к их загрязнению поинтересовался Ричард.
— Он помогал мне вытащить трактор из ямы, а сам завяз, и грязь попала в суставы.
— Так, — сказал Ричард, обращаясь к Джону, — запиши: ненадлежащие условия эксплуатации и явное нарушение техники безопасности.
Негр застрочил еще быстрее. Бросив беглый взгляд на робота, он даже нарисовал его изображение.
— Послушайте, а какое вам вообще дело до моего робота встревоженно спросил Джордж.
— Это наш профиль, — пояснил Ричард.
Какое-то время пораженный фермер стоял, не в силах вымолвить ни слова. Когда дар речи вернулся к нему, он произнес:
— Постойте-ка, меня вдруг пронзила внезапная догадка Вы что, собираетесь защищать его права
— Именно так, — подтвердил Ричард.
— Согласно поправке триста тридцать восьмой к Конституции Соединенных Штатов, — добавила Ребекка, — все антропоморфные сущности, наделенные интеллектом, независимо от их природы, уравниваются в правах с человеком.
— Погодите, погодите, я все равно не врубаюсь теперь что, эта консервная банка имеет права
Ричард встрепенулся:
— Джон, запиши: оскорбление чувств антропоморфного существа, наделенного интеллектом.
— Каких еще чувств! взвился Джордж.
— Антропоморфного существа, наделенного
— Так, стоп! Вы сами-то не понимаете разве, что это бред фермер был близок к панике, настолько ненормальным ему казалось происходящее. Однако его потуги найти в собеседниках хоть искру здравого смысла разбились о непробиваемость государственных исполнителей, лишенных каких бы то ни было сомнений:
— Не понимаю, о чем вы, — ответил Ричард.
— Нет, ну как это! Это, — Джордж указал на робота, который продолжал бесстрастно взирать на посетителей, — робот. Механизм, существо без души и без чувств. У него нет и не может быть никаких прав!
— Это вы так думаете.
— Не перебивайте! Когда вы дали права животным, я молчал, хотя теперь, чтобы зарезать курицу или свинью, мне приходится оформлять кучу бумаг и заручаться о, ужас! согласием самой животинки. Когда вы дали права растениям, я молчал, хотя бумажной волокиты при уборке урожая, в общем-то, не меньше. Когда вы дали права микробам, я молчал, хотя теперь, чтобы вылечиться от банальнейшего гриппа, мне приходится нанимать адвоката и судиться, прости Господи, с микробами! Я молчал, пока все это дело касалось живых существ, потому что в этом была хоть крупица смысла, пусть не здравого, но была! Но ведь это же робот! Рукотворный объект, которому наплевать даже, функционирует он или нет!
Ответом на его тираду было гробовое молчание. Ричард смотрел сквозь Джорджа, Ребекка с жалостью на робота, а Джон смотрел в блокнот и продолжал строчить, словно не замечая того, что на дворе стоял уже XXII век, и пользоваться такими вещами, как блокнот и карандаш, было, как минимум, не модно.
Джордж махнул на них рукой и воскликнул:
— Вы еще бытовой технике права раздайте!
Ричард с Ребеккой переглянулись, а Джон аж вспотел, так шустро он стал наносить на бумагу свои письмена.
— Как бы там ни было, закон есть закон, — сказала Ребекка. Согласно ему ваш робот имеет права, и мы призваны их защищать.
— Мы зафиксировали ряд нарушений, — добавил Ричард, — так что скоро к вашему роботу прибудет адвокат.
— Какой еще адвокат удивился Джордж.
— Который будет защищать его интересы в суде, — пояснила Ребекка.
— А кто этого адвоката, простите, будет оплачивать
— Разумеется, вы, — твердо сказал Ричард, — как опекун робота.
— А с чего вы взяли, что мой робот вообще будет со мной судиться
— Будет, — в один голос сказали Ребекка и Ричард и, как болванчики, дружно закивали головами, пытаясь усугубить свою уверенность.
— Почему вы так уверены продолжал допытываться Джордж.
Ребекка с Ричардом посмотрели на Джона, и тот, оторвавшись от своего занятия, пояснил:
— Обновление программного обеспечения рабочих роботов от 21-го мая 2157-го года содержит в себе общий модуль правовой информации, а также инструкции по сотрудничеству с адвокатом и подаче искового заявления в случае недобросовестного — тут Джон осекся, глядя, как по лицу Джорджа расплывается крокодилья улыбка.
— Какое еще обновление елейным голоском спросил фермер.
— Бесплатно распространяемое ПО для рабочих роботов — неуверенно ответил Джон.
— Каким образом распространяемое уточнил Джордж.
— По интернету, разумеется, — твердо ответил за коллегу Ричард.
— Мне все понятно, господа. А теперь слушайте меня никакого заявления мой робот подавать не будет, потому что это ему нахрен не надо. А не надо ему это по причине отсутствия у него модуля связи и, как следствие, полной неосведомленности о новых психических отклонениях нашего правительства.
— Вы что, не обновляете ПО вашего робота
— А зачем Чтобы в один прекрасный день он подал на меня в суд
— И все-таки адвокат прибудет, — твердо сказал Ричард.
— Но зачем Моему роботу никакие права не нужны
— Это вы так решили. А робот может решить по-другому, — вставила Ребекка.
— Да А может, вы у него и спросите усмехнулся Джордж.
— И спрошу! капризно воскликнула девушка.
Она порывисто подошла к роботу и встала так, чтобы занимать большую часть его поля зрения. Робот равнодушно уставился на ее участливое лицо.
— Гхм Уважаемый — обратилась Ребекка к роботу. Уважаемый сэр! Вы меня слышите
Робот продолжал бесстрастно взирать на девушку. Та неуверенно повернулась к Джорджу.
— Он неисправен
— Просто обратитесь к нему по имени, — посоветовал реднек. Его зовут Саймон.
— Саймон, вы меня слышите возобновила свои попытки Ребекка.
— Да, — глухим механическим голосом ответил робот.
— Саймон, мне необходимо получить от вас некоторую информацию. Вы готовы ответить на пару вопросов
— Да.
— Как вы считаете, ваш хозяин хорошо с вами обращается
Робот некоторое время помолчал, после чего выдал:
— Мне неизвестны критерии хорошего обращения. Я не могу ответить на данный вопрос.
Ребекка выразительно прокашлялась и спросила:
— А как вы относитесь к тому, что у вас, как у антропоморфной сущности есть права
— Никак, — ответил робот.
— По-видимому, не поняли меня
— Возможно.
— Я спрошу проще: знаете ли вы, что благодаря поправке триста тридцать восьмой к Конституции Соединенных Штатов вы являетесь полноправным членом общества
— Какого общества уточнил Саймон.
— Человеческого.
На этот раз Саймон задумался очень крепко. Минут пять он сидел и соображал, после чего тело его обмякло, и робот начал заваливаться набок его электронный мозг высосал сейчас из аккумулятора такое количество энергии, что остальное тело обесточилось. Если бы Джордж не подоспел вовремя, робот упал бы на пол.
— Но, но, полегче! воскликнул Джордж, выключая Саймона совсем. Вы мне так робота сломаете!
Ребекка смущенно отступила, спрятавшись за спиной Ричарда.
— Ну Теперь вы видите
— Это ничего не решает, — заключил Ричард. Адвокат прибудет к вам в течение недели. А сейчас до свидания.
Делегация вышла из сарая, Джордж даже не стал их провожать. Вместо этого он проверил, не перегорели ли электронные мозги робота и, убедившись, что все в порядке, схватил компьютер и вышел в Интернет.
Долгое время Джордж использовал доступ в сеть только для просмотра фильмов и чтения книг, полностью игнорируя любые новости и новые веяния. Сейчас, похоже, настало время восполнить пробел. Фермер прочел несколько статей и узнал, что история с правами роботов тлела достаточно давно, начавшись отдельными выкриками юридически активных ребят и закончившись принятым под давлением «общественности», а точнее, нескольких агрессивно настроенных альтруистов законом о защите прав роботов.
Исполнители закона в первую очередь надавили на производителей, и тем пришлось встраивать в программное обеспечение своих роботов модуль, который докладывал в соответствующие органы о малейших нарушениях их «прав». Роботов защищали адвокаты, которые тянули денежки из их владельцев, а по окончании судебных процессов механических работников изымали и помещали в «реабилитационные питомники», где они содержались на деньги оштрафованных хозяев и целыми днями без дела слонялись по вольерам. Когда эта система была окончательно отлажена, органы начали обрабатывать тех, чьи роботы были старыми и не имели встроенного модуля предательства. Так и настал черед Джорджа.
Проблема решилась относительно легко по закону робот должен был написать отказ от услуг адвоката и бумагу о том, что с ним обращаются хорошо. Преимуществом старого робота, которым владел Джордж, состояло в том, что вбить в него соответствующую программу, скачанную из интернета, не составляло труда никаких систем защиты, которые могли бы этому воспрепятствовать, предусмотрено не было. Адвокат ушел не солоно хлебавши, и, пусть правозащитники грозились провести расследование относительно не вполне законных методов перепрограммирования, Джордж почувствовал себя в относительной безопасности. Правда через неделю после прихода адвоката он узнал, что к выходу готовится законопроект о защите прав бытовой техники.
Придется, видимо, становиться амишем.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *