МЕНТАЛЬНЫЙ ДЕТОКС

 

МЕНТАЛЬНЫЙ ДЕТОКС По утрам у меня мизантропия. Она почти у нас всех на самом деле. Мне важно, чтобы меня не трогали, не разговаривали, чтобы дали спокойно выпить чашечку кофе. Без чашечки кофе я

По утрам у меня мизантропия. Она почти у нас всех на самом деле. Мне важно, чтобы меня не трогали, не разговаривали, чтобы дали спокойно выпить чашечку кофе. Без чашечки кофе я всех ненавижу. Я и с чашечкой не очень люблю, но без чашечки всем просто кирдык. Да, я стандартный городской неврастеник. Немолодой, злоязычный, усталый.
А здесь я бодро вскакивал в шесть утра вместе с пастухами: им выгонять скот. Выглядывал из юрты мне тут же солнце в лицо: юрта обращена к востоку. Кругом горы, надо мной очень синее небо и очень белые облака. Мизантропия Никакой, блин, мизантропии. Она имеет смысл лишь тогда, когда есть, на кого ее направлять, чтобы она имела прямое воздействие и возвратную реакцию. На жену, там, на детей, на соседей. А тут пастухи, они заняты делом, им вообще не до меня.
Пастухи растапливали кизяком самодельную металлическую печку она стояла посреди юрты, труба в небо водружали туда чайник с тувинским чаем, на жирном молоке. Пиала этого чая была вместо чашечки итальянского кофе. Да, я специально не вез с собой кофе, не тащил вообще ничего лишнего, кроме сладостей для местных детей. Ну и зубной щетки. Странное дело, я ни разу не ощутил потребность в кофе. Никакого психоза. Настроение превосходное. «Мужики, чем помочь» весело спрашивал пастухов.
То есть все эти «священные» ритуалы больших городов, всю эту критическую необходимость кофеина для утреннего организма мы придумываем себе сами, мы себе их навязываем и не дай бог, если нам кто помешает треснем кофейником по голове.
У пастухов в тувинских горах почти на границе с Монголией я провел несколько дней еще в июле. Добровольно. Решил, договорился, поехал. От столицы Тувы нас трясло часов восемь на внедорожнике «Патриот». И я специально ничего не писал сразу, по горячим следам, наглотавшись облаков и воды из горной реки. Мне важно было, чтобы все отстоялось и улеглось. Чтобы без восторгов горожанина-дурака, который увидел овечек.
Вечерами в горах холодно: мне сразу выдали тувинский халат с широким поясом. Я надел, подпоясался, встал у юрты. Тут же подумал: «Так, сейчас немедленно прикольное селфи и в фейсбук!». Но черт возьми никакого фейсбука. Вообще никакой мобильной связи. У моих пастухов вотсап и телеграм это громко крикнуть, от юрты до юрты. Их фолловеры коровы, овцы, яки, лошади, козы. Первый день я слегка нервничал: как это не писать по одному посту в час и по восемь сообщений в минуту. На второй уже смотрел в телефон, только чтобы узнать время. На третий перестал следить и за временем. Зачем тут время Солнце взошло, теперь солнце высоко, а теперь закатилось за горы вот тебе и время.
В юрте нет зеркала. Я не знал, как я выгляжу. Когда спустился с гор все лицо оказалось почти коричневым, я сильно обгорел. Стал почти как тувинец.
Где-то шел Чемпионат мира, но за эти дни я ни разу не услышал слова «футбол». Пастухам нет дела до такой ерунды. Зато моя веселая подружка Чусюмаа, девчонка пяти лет, настоящая дочь кочевников, все время пыталась мне объяснить что-то важное но она не знала русского, а я не знал тувинского. Так и общались, вместе ходили к реке, вместе смотрели, как доят яков.
Но проклятая цивилизация доставала меня во сне. Появлялись какие-то странные роботы, они ходили среди огромных домов с явно недобрыми целями. Потом над городом стали раздаваться страшные взрывы. Я в ужасе проснулся. Темно. Лают собаки, блеют овечки, шумит река. «Господи, какое счастье», подумал я и снова заснул.
Нет, курить я не бросил. Я же не на детокс отправился. К тому же курить, сидя на огромном валуне, глядя на облака и коршунов в густо-синем небе это особый кайф. Вокруг меня шастали суслики, приподнимались на задних лапах. Я им говорил «Привет!». Суслики что-то лопотали в ответ и бежали дальше.
И наконец, тут я впервые в жизни сел на лошадь. Мои пастухи сами сказали: «Поехали с нами, вот твоя лошадь». Я не пытался изобразить ковбоя, я признался, что ни разу не ездил верхом. Они не засмеялись и не удивились. Один из них показал мне поводья: «Это поворот вправо, это влево, очень просто». И я взобрался на лошадь. Честно говоря, думал, что та немедленно бросится в галоп и я свалюсь как мешок навоза. Нет, лошадка была очень смирной. Мы неспешно тронулись. Но я же не знал куда мы поедем! Оказывается, в самые горы.
Когда впереди возник особо крутой подъем, я решил, что тут уж обязательно грохнусь. Кругом еще сплошные валуны. К счастью, я быстро осознал, что лошадь не мопед. И сама не дура, чтобы влезать на огромные валуны или проваливаться в норы сурков. Объедет. Мы поднялись очень высоко. Осмотрели снежные вершины, извилистую речку глубоко внизу. На самом деле, мои пастухи влезли сюда не за красотами: в этот день куда-то пропали штук десять коней, они искали заблудших с биноклями. Не нашли. Зато я перестал бояться лошади. На следующий день сам попросил: может, съездим куда На этот раз мне дали шуструю лошадку. Даже при легком постегивании она пускалась в галоп. Было жутко. И весело. В такой момент ты уже точно ни о чем больше не думаешь. Полезная встряска. Терапия лошадиными дозами.
Это простой, чистый и правильный мир. Где женщины пекут хлеб, дети гоняют овечек, а мужчины на лошадях мчатся по горам. Где свадьбы играют прямо под небом, только привозят для этого ламу из ближайшего крупного села. Где нет проблемы важнее, чем кастрировать слишком резвого жеребца, а то он, подлец, уводит за собой весь табун.
Нет, я не буду тут особо хемингуячить. Я настоящий фанат всех благ цивилизации. Душ, туалет, кондиционер, вайфай, батареи горячего отопления вот это всё. Но в холод здесь мне было вполне достаточно того самого халата на меху, а мылся в ледяной речке. Жить так долго упаси бог, но не испытать никогда обидно, да
Детокс все же случился. Ментальный детокс. Болезни цивилизации ушли в овечий навоз. Конечно, потом все быстро вернулось, руки потянулись к кнопочкам, голова к кофе. Ничего страшного. Просто мужчина должен такое производить иногда. Хотя бы раз в пару лет. Я не настаиваю на Туве, планета большая, кони скачут везде. Но это точно полезно, иначе легко превратиться в груду урбанистического кизяка
Полдень. Жара. Я сел в тень юрты, поставил на колени макбук. Собрался написать что-то важное, зафиксировать пару мыслей, глядя на облака и горы. Прибежала моя подруга Чусюмаа, стала что-то щебетать, хватать мои очки. Я засмеялся. Захлопнул макбук. Ну его на фиг. Ничего важного.
Автор:

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *