Апельсиновый фреш

Апельсиновый фреш Недовольно поморщившись, когда хипповатого вида амбал за соседним столиком затушил сигарету о столик, Элла поспешно повернулась к подруге и произнесла: - Варвары. Грязные

Недовольно поморщившись, когда хипповатого вида амбал за соседним столиком затушил сигарету о столик, Элла поспешно повернулась к подруге и произнесла:
— Варвары. Грязные немытые варвары.
Нина, которая ненавидела свое имя, казавшееся ей колхозным, даже больше чем обязательное мытье головы по утрам, а потому требовала от всех, чтобы ее называли Нинель, улыбнулась.
— В чем-то он прав. Забегаловка паршивенькая, а официанты здесь больше похожи на улиток.
— Это не дает ему права вести себя тактак…Как в Средневековье он себя ведет. Как средневековая свинья.
Довольная сравнением, Элла коснулась губами трубочки и аккуратно втянула очередной глоток апельсинового фреша. Она смутно представляла, почему люди называют свежевыжатый сок фрешем, но была свято уверена, что разница все-таки существует. По-крайней мере, так говорили все. Где-то в глубине ее сознания периодически мелькала мысль, что это уродское слово, но она поспешно заталкивала ее еще глубже, куда-то в подсознание. От подобных издевательств над психикой ей периодически снился один и тот же кошмар во сне перед ней стояли два стакана один с фрешем, а другой со свежевыжатым соком. И перед тяжелыми взорами молчаливой толпы ей было необходимо определить где что. Под гнетом ответственности и внимания она путалась и молчала, так как вкус был абсолютно одинаков. Толпа поворачивалась к Элле спинами и уходила, а девушка просыпалась в холодном поту.
— Тебя послушать так все мужики — свиньи. Средневековые, — Нинель подтянула к себе кофе.
Говорят, что противоположности притягиваются. Иначе было бы трудно объяснить, как могли сойтись два настолько разных человека. Если откинуть в сторону коверкание своего имени на французский манер, то в остальном Нинель больше пошло бы быть мужчиной. Там где Элла могла с ходу назвать десяток брендов, для Нины существовало три категории галимая китайщина, дорогущие понты и нормальная вещь. Вот и сейчас, пока Нина пила «своё» кофе (настолько дерьмовым был это напиток, к тому же отдававший машинным маслом), ее подруга потягивала апельсиновый фреш и закусывала чизкейком.
— А так и есть. Свиньи.
— А как же Венечка твой
— Тоже свинья.
— Вот как. Месяц назад он был «утю-тю-тю, лапуля», который познакомил тебя с мамой через две недели и предложил жить вместе, а значит, цитирую, имеет самые серьезные намерения.
— Не знаю, какие у него там намерения, но он козёл. Факт! в запале Элла махнула ложечкой, отчего в сторону полетели крошки.
— И что же такого сделал наш козел поинтересовалась Нина, впрочем без особого интереса.
Для нее подобные заявления были не в новинку. С течением времени все эллочкины «лапули» и «котики» превращались в козлов и свиней. Разница была только в скорости трансформации. Нина даже делала про себя ставки. Рекорд Эллы составлял три с половиной дня.
— Решил, что я кухарка.
Зная склонность подруги к драматизированию, Нинель произнесла с наигранным негодованием:
— Ах, такой-сякой, на кухню загнал мою девочку. Заставлял чистить рыбу А резать лук А в порезы от ножа капал лимонным соком И сколько раз тебе пришлось вставать к плите.
— Да, ну — Элла замялась и потерла шею. Вообще он попросил сварить макароны.
— И все Ты же говоришь о кухонном рабстве.
— Что значит всё взорвалась Элла.
— Какая же это готовка кинуть тесто в кипяток
— А такая. Я и пальцем не притронусь к этим мерзким железкам. На них же гарь.
— Что ж у вас, вся посуда грязная
— Нет. Венечка ее моет.
— А что тогда
— То, что, все равно, абсолютной чистоты не получится. Ты представляешь какой это стресс для кожи И вообще. Я, между прочим, прогрессивных взглядов. И все эти патриархальные «женщина на кухню» — это не ко мне.
Как и предполагала Нина ситуация оказалась чистым фарсом. Впрочем, обсуждать было все равно нечего.
— Он же просто попросил сварить макароны. Кстати, а до этого кто готовил
— Венечка, конечно. Я ему сразу сказала, что никаких супчиков.
— А он
— Согласился. Куда ж ему деваться. От такой красоты Элла кокетливо поправила волосы и стрельнула глазами по сторонам.
За одним из столиков в их сторону поднялся бокал с пивом.
— Видишь, как ему повезло. Все хотят, а досталось ему, — продолжала Элла.
— А почему тогда он вообще попросил тебя
— Ну, типа, он устал на работе и все такое. А я тут причем Устал на работе веди даму в ресторан. Все просто. А если что-то не нравится, то чао, милый. В домработницы не нанималась. Я птица вольная меня удерживать надо.
В этот момент из-за соседнего столика, о который недавно была затушена сигарета послышалось громкое «дает».
— Воооооот!!! Элла многозначительно подняла ложечку вверх. Вот только об этом у них и разговоры. И Венечка тоже. На работе устал, а потом полез. А вот хренушки ему. Он меня сначала пытается загнать в кухонное рабство, а я ему еще и проституткой должна поработать
— Ты утрируешь. Какое уж это кухонное рабство
— Все с малого начинается. Чай они теперь мамонтов не валят и на войну не ходят. И очагов теперь нет.
— И так и не дала
— Фу, что за выражения, Нинель Но вообще да ничего не было.
— Ну и стерва же ты, Эллка. Мучаешь мужика. И чего он тебя терпит Нина хитро прищурилась, зная, что сарказм будет принят за чистую монету.
— Это он меня терпит Элла задохнулась от возмущения. Это я его терплю. Мы с ним в ресторане последний раз были ты только подумай неделю назад. Цветы тоже только раз в неделю. Про подарки я не говорю. И ты жалеешь его Ты чья вообще подруга Подумаешь, не обломилось ему. Меня еще надо заслужить. Это девки с улицы ноги распахивают. А я, между прочим, всю себя отдаю.
— С душой, так сказать, — произнесла отвлеченно Нинель.
Она пропустила возмущения подруги мимо ушей, уже давно прислушиваясь к любопытной беседе за соседним многострадальным столиком. Тема, впрочем, была не особенно интересна напротив нее сидела точно такая же тема, однако, сарказм и грубоватые шутки хипповатого амбала чем-то привлекали ее.
— Да, с душой. Это, вот этих, — Элла неопределенно махнула рукой в сторону, — только дырка интересует
Нинель поперхнулась машинным маслом (так она окрестила свой кофе).
— И ты еще меня упрекаешь за мой язык
— Извини, разошлась, — Элла слегка покраснела. Так вот, это этих интересует сунул-вынул
— Эллаааааа, — снова протянула Нинель.
— Ой, ну извините. Не знаю, как по-другому. Дай сказать. В общем. Интересует наша этоэтану ты поняла. А душу раскрываю, а не ноги раздвигаю.
— Вон оно что, — присвистнула Нинель. Так вот оказывается где у женщины душа. Или это только у тебя
— Сука ты, Нинка.
— Я же просила
— А это тебе за шуточки твои. Один-один. Я тебе про высокое и про права наши толкую, про то, что женщина не игрушка, а ты всё со своими подколами. Нинель, ты чего Элла замолчала, увидев, что подруга провожает глазами двигающегося к выходу варвара. На что ты там смотришь
Нина резко схватила сумочку и засобиралась.
— Нинель
— Слушай, ты извини. Мне бежать надо. Я забыла совсем. Дела, — произнесла девушка, вынимая деньги.
— Нинель, ты бросаешь меня Какие у тебя дела Ты думаешь я не понимаю Зачем тебе этот Он же свин и варвар. Да неужели ты с ним будешь знакомиться Ты что творишь, о чем я тебе говорила Нинель не смей.
— Извини, Эллка. Я — современная женщина. А вдруг, судьба
— Какая судьба Это же прямоходящая обезьяна.
— Ну Венечек на всех не напасешься. А вдруг, — Нинель оперлась руками на стол и зыркнула в сторону выхода, — он не любит макароны
— Да это он должен с цветами приползти.
— Да как он приползет, если даже не видел меня Я за равноправие и мир во всем мире, — с этими словами Нинель направилась к выходу быстрым шагом.
Элла смотрела, как ее подруга догнала амбала и сейчас о чем-то с ним разговаривала мило улыбаясь. Затем перевела взгляд на столик, который покинул хиппи. Там сидел его собеседник, потягивая коньяк.
— Дура, — проворчала она про себя, посмотрела в стакан и крикнула в голос. Официант! Официант, твою мать.
К ней подскочил молодой человек.
— Где мой второй фреш Хотя, знаете. Принесите мне лучше мохито.
Джерри

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *