МАМА, ПРОСТИ…

МАМА, ПРОСТИ... В моей семье третий ребёнок не нужен был, и не стоило бы вообще его рожать. Но всё решил господин случай. Когда мать пришла на аборт и терпеливо ожидала свою очередь, она увидела

В моей семье третий ребёнок не нужен был, и не стоило бы вообще его рожать. Но всё решил господин случай. Когда мать пришла на аборт и терпеливо ожидала свою очередь, она увидела известную в городе прорицательницу, записываться на прием которой надо было на несколько месяцев вперед. Прорицательница остановилась возле моей матери и сказала:
Не делай этого, мальчик станет очень богатым, одним из самых богатых людей в нашем городе.
Так родился я, о чем частенько жалел. Мать была вечно в долгах и на взводе от кредиторов, от скандалов с батей и проблем на работе. Отдушиной служили мы, дети. Била она нас и под горячую руку, и с фантазией, и с выдумкой. Старшие брат и сестра научились защищаться: у брата от природы были крепкие кулаки и дурь, а сестра убегала до сестер отца. В итоге попадал за всех я. Любимой фишкой матери было ударить как можно неожиданней. Вроде бы стояли, мило разговаривали, как она могла развернуться и влепить со всего маху пощечину, причиной могло быть перышко, застрявшее у меня в волосах, либо, по мнению мамы, моя неудачная шутка. Её лицо в эти моменты отражало какое-то нескрываемое удовольствие. Я старался близко к ней не приближаться. Но и это не спасала меня от фантазии матери, которая жаждала на ком-то самоутвердиться не просто так, а затейливо.
Любила она меня особенно ласково позвать на кухню, где тесно и негде спрятаться, когда я, не подозревая ни о чем, заходил, она начинала меня избивать со всей дури. Причина могла быть самая невинная — просто ей так хотелось. Однажды избила особенно жестко и, по её мнению, конкретно за дело. Причиной стало то, что я позволил при бабушке напомнить маме, что те деньги, которые бабуля отправляла мне на спортивную форму, мама куда-то дела, а форму так и не купила. Дома меня ждал не просто разнос, мама тщательно продумала мне экзекуцию.
Мне уже было 11 лет, и мне нравились девочки, и я болезненно воспринимал критику и насмешку. Сперва мама сказала, что я должен скупаться, и она наполнила для меня ванную. Я разделся, и в этот момент мама вошла с кнутом, била она меня особенно сильно, учитывая, что я был голым. Но, самое ужасное, она пыталась меня в таком виде выгнать на улицу. Я хватался за дверь, терпел удары кнутом, которые рассекали мне кожу, лишь бы не оказаться на улице и не опозориться. При этом мать приговаривала:
Здесь нет ничего твоего, ещё раз что-то от меня потребуешь — выкину голым на улицу.
С того дня я уяснил железно: ничего от матери не требовать, не имею право. Я закончил школу и понял, что мечты о факультете «менеджмент» можно оставить позади. Моя учительница по алгебре спала на уроках, а попросить мать нанять мне репетитора я не мог. Поэтому уехал на лето до дяди, где поработал на его поле. Взял деньги и, никого не предупреждая, уехал в Москву. Тем самым был проклят, так как мать уже кому-то пообещала с моих денег отдать долг. С того дня меня объявили неблагодарным никчемным сыном.
Там я устроился работать официантом и так и остался в глазах своих родных официантом. Моя сестра окончила педагогический благодаря сестрам отца и вышла замуж за воровитого военного. Мать полюбила ходить до сестры и клянчить у неё деньги. Врачи поставили матери язву желудка, при которой периодически нужно было ездить в санаторий соседнего города и проходить там месячный курс. Это было весьма дорого, учитывая, что туда мать любила наведываться два раза в год, а то и три. Сперва это всё оплачивала сестра, а также текущие расходы. Пока могла, и пока не пришло письмо с банка, которое попалась в руки её мужа. Был ужасный скандал. После этого мать усиленно присосалась к брату.
Он освоил рабочую специальность и с помощью тестя открыл автомастерскую. Снохе не понравились похождения свекрови, которая вечно просила деньги. В итоге брат избил жену. Семья снохи этого стерпеть не могла и забрала ее вместе с новорожденным сыном, а также свое оборудование с автомастерской брата. Брат взял кредит и купил новое оборудование, но не смог потянуть и кредит, и растущие запросы матери, которая, словно вампир, никогда не знала чувство меры.
Через год брат потерял всё и стал работать на чужого дядю. Когда бывшая лишила его родительских прав из-за неуплаты алиментов и переписала ребёнка на фамилию нового мужа, брат, не глядя, назло ей сошелся с другой, которая оказалась пьющей, так они по пьяни родили мальчика, который тоже стал пить и, к тому же, воровать. Мать снова присосалась к сестре, но зять вышел на пенсию, и им самим стала туго.
Так и металась она между братом и сестрой, по зёрнышку собирая себе на санатории. Меня в учет не брали, я редко приезжал и считался позором семьи. Когда же все-таки наведывался, то видел огромное разочарование в глазах матери, которое она не скрывала, и презрение в глазах сестры, брата и зятя. Даже племянники, и те называли меня всегда по имени, никогда дядей. Всё, что я привозил, отбиралось тут же, безо всякой благодарности, зять читал мне нотации, что мужик, носящий поднос, не мужик, и то, что он не обязан кормить мою мать. И тут они начинали ругаться с братом и считать, кто кому сколько должен, до драки.
Мать, как всегда, по уши в долгах. Я по привычке начинал убираться в доме, однажды вынес три коробки косметических средств, начиная от крема для рук и заканчивая жидкостью для кутикулы, все были с истекшим сроком годности, половина даже не распечатаны. Блеск и нищета — вот как я называл обстановку этого дома. Дорогой линолеум, который был бы уместен в зале, на кухне царапали старые стулья советских времен. В зале возле продавленного дивана стояла шикарная напольная ваза, абсолютна пустая. Особенно было жалко выкидывать кожаные сапоги, деньги на которые я давал матери. Их привезли в соседний магазин, мать увидела и захотела до слёз, хоть раз в жизни, длинные кожаные сапожки. Но она купила с огромным каблуком, который не осилила и упала. От злости закинула сапоги в чулан, где их поели мыши.
С годами не стало лучше. Сын брата попал в малолетку. Две племянницы сестры, и те расстроили: одна неудачно сделала аборт ещё в школе и осталось бесплодной, а другая стала содержанкой у богатых мужчин. Обе толком не работали, а если работали, то всё спускали на себя по ресторанам. Зять, оказалось, давно подсел на травку и всю свою военную пенсию спускал на свое пристрастие и выпивку. Я несколько раз предлагал сестре уехать со мною в Москву, обещал помощь, жилье. Но она упрямо продолжала сама тянуть всю семью, и если я ей давал деньги, то она покупала пиво мужу либо тратила их на нужды матери и дочек. Наш отец уже давно ушел к другой женщине, и вскоре они переехали в другую область, где он зажил очень хорошо, полностью вычеркнув нас из своей жизни.
А потом выяснилось, и сообщили мне это, только когда я приехал, что мать умирает. У нее диагностировали цирроз печени, и уже было поздно что-либо делать. Оказывается, в санатории, где заведующей была её одноклассница, она не лечилась, а вместе с таким же «больными» до утра пили и веселились, а днём лежали под капельницей, лечились от алкогольной интоксикации. Но узнали мы об этом поздно, да и мать так и не призналась в своем «лечении». Умирала она тяжело, с обидами и разочарованием. Что прожила не так, как хотела и заслуживала, вечно в долгах и нищите. Упрекала меня в том, что возложила на меня большие надежды, а я стал никчемным официантом, обманула ведунья, обманула. Так она и умерла со словами, что ведунья её обманула, заставила родить ещё одного ребёнка, а он все равно стал нищим.
После её смерти начался скандал, зять заявил, что не собирается оплачивать похороны тещи, которая и так всю жизнь висела на его шее, сестра стала кричать, что это он вот уже несколько лет сам висит на шее жены. Начался скандал, брат со снохой тоже не отставали. Чтобы не допустить очередную драку, я сказал, что беру расходы на похороны полностью на себя, не зря же копил на отдых в Турцию. И все успокоились.
Мать я похоронил, оплатил заранее поминальные банкеты в ресторане и уехал. В Москве меня ждал личный водитель, секретарша, зам и куча бумаг и дел. Семь лет назад я наконец-то мог позволить себе не экономить, а три года назад мой счет перевалил за семизначную цифру. И все эти годы я приезжал под видом обычного официанта и ждал момента, чтобы обрадовать своих родных. Но меня останавливала мысль, что деньги их не исправят, зато из-за них мои родные превратят мою жизнь в ад. Так и умерла моя мать нищей, не зная, что её сын миллионер.
Мама, прости…
Автор:

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *