Я не понимаю

 

Я не понимаю Помню огонь. Огонь на кровати, шторах и руках это не мои руки. И крики. О, эти крики. Громкие, пронзительные, родные. Почему так страшно Куда меня везут Откуда Кто Опять кругом

Помню огонь. Огонь на кровати, шторах и руках это не мои руки. И крики. О, эти крики. Громкие, пронзительные, родные. Почему так страшно
Куда меня везут Откуда Кто Опять кругом смазанные лица. Чьи-то руки протягивают мне пол-литровую банку с теплой водой. Послушно беру ее и жадно пью. Сладко. Сахар! И горячо. Только сейчас понимаю, что мне было холодно. Выглядываю в окно снег кругом, но пейзаж как-то смазывается. Значит, меня правда куда-то везут.
Передо мной человек. Я всматриваюсь в его лицо, но не могу различить черты. Почему это происходит Дрожу, и уже теперь точно не от холода.
Эй, успокойся, голос низкий, красивый. Все будет хорошо. Документы хоть есть
Пытаюсь сказать хоть слово, но получается какая-то тарабарщина. Язык совсем не хочет говорить то, что на уме.
Ладно-ладно, сам посмотрю, обшаривает куртку, которая больше меня раза в два. Во внутреннем кармане находит голубую бумажку. Вот видишь, все хорошо, документ есть.
Я не понимаю… Или же
Сначала было сопротивление. Комната мне не понравилась, она была чистая, в ней приятно пахло, а стены были мягкими, но все же это была не моя комната. Иголки в кожу, связанные руки. Зачем Что хотят от меня эти смазанные лица
Как оказалось, они хотят меня вылечить. Когда лекарства начали действовать, мне объяснили, что несколько лет назад я подожгла собственный дом. Все эти годы я жила на улице, потеряла пальцы на ногах. Я не помню, то есть, помню, все это, но словно сон. Какие-то отголоски, ничего конкретного. Говорят, что это последствия энцефалита. Говорят, что, возможно, с него все и началось.
Мне обещают помочь люди из церкви. И я им верю, ведь другого выхода просто нет. Меня выписывают через двадцать один день после начала лечения, дают рекомендации и говорят, что все будет хорошо.
Я прихожу в церковь. Меня ждали. Мужчина с седой бородой говорит, что я буду работать на кухне. Я люблю еду, значит, мне понравится.
Каждое воскресенье к нам привозят детишек из детдома. Они играют, катаются на качелях, а я пеку им печенье. Им очень нравится, особенно Лере. Она всегда старается мне помочь, ходит рядом и говорит со мной. Ей всего семь, но ближе ее у меня никого нет. Она такая добрая.
Однажды седобородый говорит, что они собираются сделать ремонт в моей старой квартире. Ведь я уже довольно самостоятельна и могу жить без круглосуточного присмотра. Я спрашиваю, можно ли, чтобы Лера жила со мной Он улыбается и говорит, что это замечательная идея, и он постарается что-нибудь придумать.
Я почти не сплю этой ночью, представляя, как бужу Леру утром в нашей квартире, готовлю ей завтрак, помогаю собраться и веду в школу. Как она возвращается и говорит, что ей очень нравится математика. Я засыпаю счастливая, с улыбкой на лице, не подозревая, что больше никогда не проснусь.

 

Я не понимаю Помню огонь. Огонь на кровати, шторах и руках это не мои руки. И крики. О, эти крики. Громкие, пронзительные, родные. Почему так страшно Куда меня везут Откуда Кто Опять кругом

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *