ЭХО ВОЙНЫ.

ЭХО ВОЙНЫ. Я училась в школе при Союзе. Это была Великая страна, и мы, дети, очень гордились, что живём в самой могучей, самой лучшей стране в мире. Но больше всего мы гордились нашей победой в

Я училась в школе при Союзе. Это была Великая страна, и мы, дети, очень гордились, что живём в самой могучей, самой лучшей стране в мире. Но больше всего мы гордились нашей победой в Великой Отечественной войне. И хотя наше поколение родилось уже через 20 лет после победы, у всех были дедушки, которые воевали, бабушки, которые пережили тяжёлые годы оккупации, и родители, смутно помнящие бомбёжки. С самого раннего детства мы всей семьёй ходили 9 мая на парад и возлагали цветы к монументу Славы. Мы дети 60-80-х годов двадцатого столетия с замиранием сердца смотрели на огромные колоны ветеранов, увешанных орденами и медалями. Помню, как звуки оркестра медленно затихали, по мере продвижения вперёд, и вот их уже не слышно совсем. И вдруг, в воздухе постепенно начал нарастать новый звук. В первое мгновение я не поняла, что это, а звук всё усиливался, усиливался и стал всеобъемлющим, заполнив всё окружающее пространство. Это был равномерный звон медалей, идущих ветеранов! Защемило в груди, к горлу подкатил давящий ком, на глазах выступили слёзы Мы гордились этими людьми, спасшими мир от фашистской наволочи, мы были благодарны им за то, что они дали нам возможность родиться на свет!
Но мой рассказ не об этом.
В то время, накануне Дня Победы, по радио (которое было в каждом доме и каждой квартире практически всегда включённым) транслировали в прямом эфире передачу «Говорят ветераны». И вот, в одной из передач, выступал ветеран, который рассказывал о своём боевом прошлом. В конце выступления он сказал, что хочет поклониться простой русской женщине-матери, которая спасла его от смерти. Ветеран рассказал, как был ранен при отступлении, и как одна женщина из близлежащей деревни нашла его и спрятала от врагов в своём дворе, как спустя некоторое время по чьей-то наводке в этот двор пришли немцы с обыском. Обшарив всё вокруг, они не нашли раненого. Тогда немцы выгнали на середину двора мать с детьми (а их было семеро). Немецкий офицер направил дуло пистолета на мать и сказал:
— Если ты не скажешь, где прячется партизан, я убью тебя.
— В моём дворе нет никакого партизана, — твёрдо ответила женщина.
Как не грозил ей немец, как не бил, женщина молчала.
— Не хочешь по-хорошему, — заорал фашист и выволок из плотно сбившихся в кучу детей старшего мальчика, — я убью его!
Он приставил к голове подростка пистолет:
— Ну, говори!
Мать смотрела на сына и молчала, только слёзы, как горошины, катились из её глаз. Раздался выстрел, тело ребёнка с окровавленной головой упало на землю.
— Я заставлю тебя говорить! орал немец и выволок второго сына, чуть помладше.
Мать молчала. Снова раздался выстрел, и тело второго сына безжизненно упало рядом с первым.
— Ты будешь говорить! зашёлся в бешенстве офицер, выволакивая на середину двора старшую дочку, девочку лет двенадцати.
После того, как прогремел третий выстрел, немецкий офицер как-то сразу успокоился и обмяк. Он что-то сказал на своём языке и ушёл со своими солдатами.
— Благодаря мужеству этой женщины, я остался в живых, — закончил свой рассказ ветеран.
В радиоэфире передали слово другому ветерану, который закричал:
— Да, как же ты мог, сидеть и смотреть, как расстреливают детей на глазах у матери, сукин ты сын! Ты на войне кого защищал! Ты их должен был защищать! А ты шкуру свою прятал за детскими спинами, паскуда
Вдруг в радио что-то затрещало, и оно умолкло, а спустя несколько секунд размеренный голос диктора произнёс: «По техническим причинам мы прерываем нашу трансляцию, следующий выпуск передачи «Говорят ветераны» состоится»
В то время мне было 13-14 лет. Я сидела на кухне и очень восхищалась подвигом матери, которая не пожалела своих родных детей, спасая раненого советского солдата. Словам второго ветерана, в то время, я не придала значения.
Шли годы. Я выросла, выучилась, вышла замуж, родила двоих сыновей. Однажды, глядя на своих играющих детей, я вспомнила ту передачу. Сердце будто кто сжал тисками, меня бросило в жар, и я подумала: «Боже мой! Как она смогла всё это выдержать! Как смогла пожертвовать своими детьми ради спасения абсолютно чужого человека, пусть и бойца советской армии! Нет, я бы не смогла, чтобы на моих глазах убивали моих детей, нет, я бы никогда не смогла!» Мне сразу вспомнились слова второго ветерана, и теперь я с ним была полностью согласна.
А время шло. Мои сыновья выросли, стали самостоятельными, обзавелись своими семьями. И как-то накануне Дня Победы я вновь вспомнила ту передачу. И мне кажется (возможно, я и ошибаюсь, я не претендую на истину), что сейчас я наконец-то поняла, что тогда «двигало» матерью. Нет, ни чувство патриотизма, ни желание спасти солдата, в те страшные роковые минуты жизни той женщиной руководила безграничная любовь к своим детям. Она знала, что её погибшие старшие дети 12-14 лет от роду никогда не простят ей предательства, которое клеймом ляжет на всю их семью в деревне. Она знала, что со временем все дети проклянут её, а старшие скажут: «Лучше бы ты тогда дала нас убить, чем жить «прокажёнными». Не раненого бойца защищала мать, а честь своей семьи.
А что может быть для русского человека дороже чести
Автор:

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *