Тотемный зверь

Тотемный зверь Он не умел драться. Не учился ни боксу, ни карате, а от двух занятий айкидо в ранней юности остались повреждённые нервы где-то в коленях. На них теперь он стоять не мог - болели.

Он не умел драться.

Не учился ни боксу, ни карате, а от двух занятий айкидо в ранней юности остались повреждённые нервы где-то в коленях. На них теперь он стоять не мог — болели.

С драками в детстве всё обстояло печально. Их не было. Правда, те случаи, где он подходил к ним близко, отпечатались в памяти очень чётко и их можно было анализировать.

Номер один. Ему семь, а гопнику десять. Удар в челюсть. Не сильный. Так, для подкрепления угрозы. Тут же слёзы и растерянность. Но обошлось.

Вывод: не позволять бить в лицо, не теряться.

Номер два. Десять лет и второй класс по скрипке. Тогда ещё нет боязни внутренних дворов. До того дня. Футляр характерной формы во внутреннем дворе провинциального города в лихие девяностые. Как порезанный палец в бассейне с акулами. Классика, хоть и стилизованная под возраст — их двое и тоже по десять лет. По фене он не говорит. Снова растерянность. Обида до зубного скрежета — почему он. А вот и слёзы.

Но что-то не так. Какой-то клёкот внутри. Рычание сквозь зубы. Потом испуганное лицо ребёнка из сугроба. Он надрывно зовёт товарища, который оказался быстрее. Который не вернётся из-за страха быть…растерзанным, что ли… Возвратился к брошенной скрипке и продолжил путь не оглядываясь. Он знал, что ребёнок в сугробе ещё плачет и прикрывает обмоченную промежность.

Вывод: он не один. Есть помощник. Но искажённое от ужаса лицо мальчика впечатывается в память предупреждением.

Номер три. Пятнадцать лет и типичный изгой в классе. Лучший друг перешёл в другую школу ещё три года назад. Травля не очень-то интенсивная, но друзей нет. За его счёт пытается утвердится бугай из класса младше на год. Пинок по заду со спины. Думали проглотит. Сам не помнил как отвесил ответный пинок. Потом ещё обмен. Пауза. Тут бы обоих увели в учительскую и подобные дела переносятся на после-уроков-на-заднем-дворе. Видел. Представляет. Но морды двух приспешников амбала вытягиваются, когда тот выдыхает: «повезло тебе». Уходят. А сквозь тяжёлое дыхание и гудение крови в ушах пробивается очень спокойный голос, как чужая мысль: «ты бы убил их одного за другим — выдавил бы глаза и выгрыз гортань; размозжил бы пяткой черепа…». Он верит. Он знает. Те ребята его больше не трогали.

Вывод: помощник готов помогать и не будет перехватывать инициативу.

Потом пятнадцать лет без происшествий. Жизнь интеллигента. Может широкое телосложение тому виной — не трогали.

И вот ссора с женой. Слишком тесно от горьких слов. Надо на воздух. Прогулка по морозу не очень помогает. Третий час прогулки. Первый час ночи.

На улице избивают девушку. Судя по одежде — путану. Дорогая машина. Два парня. Пиджаки.

— Эй.

Прекращают. Насторожились.

— Пошёл!

Подходит вплотную. Девушка ползёт по снегу прочь. Парни уверены в себе.

За их спинами из-за машины выходит здоровенный кабан. Холка до плеча взрослому мужчине. Ядовито-зелёные огромные глаза на выкате. Выжидающий взгляд.

— Ну — одному из парней явно не по себе.

— Лааадно. — улыбка и взгляд заставляют обоих отшатнуться.

Приятно ощущать удовлетворение. Он был к этому готов, хоть у него и была одна лишь теория. Один парень очень громко стонет, потому что уже не может кричать — правая нога согнута коленом внутрь; лицо под окровавленными ладонями. Второй тих. Лежит лицом в снег. Рядом с головой выдранный клок волос с кровавым мясом.

Девушки не видно.

Он наклоняется и подбирает плоскую металлическую фляжку. Одобрительный кивок:

— Хороший трофей.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *