Ангелы шли в штыковую

 

Ангелы шли в штыковую Атака зарождалась на фланге Гавра, где воинство заходило по дуге на противника. А ведь день тёк так хорошо. Лестница лоснилась от сплошного потока демонических шкур,

Атака зарождалась на фланге Гавра, где воинство заходило по дуге на противника. А ведь день тёк так хорошо. Лестница лоснилась от сплошного потока демонических шкур, обладатели которых напирали с каким-то особенным надрывом над обрывом небес. Краткая передышка и снова в бой.
Вот почему апостолов двенадцать, а сражаюсь я один злобы хватало и на удары, и на мысли. Я ж рыбак, а не солдат. Ах да, наживка! Сейчас я наживка.
Ну, кто хочет святых мощей! крик не возымел действия на демонов, те продолжали валить вперёд, не слушая никого.
Вслед за звенящими гильзами на площадку Врат спустился Гавриил. Его воины соколами пронеслись мимо и ушли на новый вираж. Рёв черти, грохот автоматные очереди, хруст туфли архангела на потрескавшемся мраморе. Была в его нынешнем облике какая-то непередаваемая абсурдность происходящего: разгрузка поверх серого делового костюма, Калашников с идеально ровным штык-ножом, волосы разметавшиеся по лицу то ли в виде каски, то ли шлема.
Подумать только: штурм Рая. Такое не только в книгах бывает
Гавриил положил руку на плечо, мол, держись. Как всегда молча. Шаг в облака, и крылья уносят архангела вслед подчинённым. А вот у Пети крыльев не было. Зато была булава. Чёрная, двухметровая, с мироточащим навершием, стилизованным под распятие. Апостол единственный на небе не использовал огнестрельное оружие, предпочитая старую добрую рукопашную.
Была у него ещё одна вещь, которая и стала камнем преткновения. Нет, не он сам, хоть стоял сейчас нерушимой глыбой, резкими взмахами отправлял демонов вниз, ко дну лестницы. Связка ключей на поясе тот магнит, что тянул орды ада вверх, к Вратам. Пропуск в Эдем.
Тактика Рая была проста, как перо: пешка Петра притягивает к себе толпу, которую в свою очередь на подступах разносят ангелы. Личным телохранителем первого Папы Римского стал Гавриил, с верными воинами он воронкой кружит рядом. Уриил со своими ребятами бьёт в тыл, подгоняя чертей выше. Не подпускает к Пете крылатых супостатов Михаил. Кстати, вот и он.
Сверху рухнуло пронзённое копьём тело демона, верхом на нём предводитель Воинства. Прошёлся очередью из ППШ по рядам противника, захохотал громом и, улыбнувшись, хлопнул друга по плечу:
Петюня, повоюем ещё!
Иже еси, купелью по куполам набатом небес.
Эгегей! и снова ввысь.
Враг не обращал внимания на потери, шёл напролом, погибал, но не останавливался. Ужасающе выглядело со стороны. И дело не в рожах, клыках с рогами и остальным уродством. Безумие, но не боевое иступление, а животное что-то.
Мысль Пётр развить не успел небо загорелось. Последний этап операции стартовал. Вспыхнули перьевые облака, отрезая демонам путь отступления. Закалённые в аду они ничего не могли противопоставить пламени Господнему. А затем грянула артиллерия Рафаила: благославлённые снаряды падали на лестницу, рвали рвущихся к Вратам.
Демоны дрогнули, финальная атака отрезвила их. Черти останавливались, падали на колени, заламывали конечности и выли. Протяжно. Так, что аж не по себе становилось.
Страх. В атаку их гнал страх.
***
Почему они сдались Пётр курил на краю лестницы.
Поняли, что не пробьются, Гавриил рядом снимал разгрузку.
Группа крови на рукаве, Миша лежал на ступенях поодаль и колотил мрамор ладонями.
Тогда зачем вообще атаковали
О, брат, так ты ж ещё не знаешь, бой менял архангелов, Гавр, вот, становился очень словоохотлив. В аду закончилось место. Падшие не рассчитали силы, и люди подмяли власть под себя. Бюрократией, военным конфликтом, подкупом или шантажом не суть важно. Ты же их знаешь: везде приспособяться, ко всему привыкнут. А потом условия для бывших мучителей такие устроили опять же со злобой их мало что сравниться может, что те взвыли и полезли. Правда не на стену, а на небо. Не хотели они никого свергать, сжигать кущи и тому подобное. Спасение искали.
Но на фуражке на моей серп и молот, и звезда, Михаил отходил от сражения по-своему: валялся на каменной крошке и вытравливал воина из себя.
И что теперь Пётр переложил булаву с колен на проплывающее мимо облако.
Ури с Рафиком сейчас ведут переговоры с остатками, сложно что-то сказать наверняка, но и закрывать глаза на проблему мы не станем.
Мужики, давай водки Мишу постепенно отпускало.
Рано, апостол воздел вверх указательный палец. То есть ты хочешь сказать, что теперь люди ада обратят внимание на нас
Гавриил молчал тоже восстанавливался после битвы, но ещё одну фразу выжать удалось:
Время покажет.
Источник: Проигрыватель
Художник: Алиса Куликова

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *