Восемь смертных даров

 

Восемь смертных даров Сколько она себя помнила, мешочек с маленькими, круглыми стеклянными шариками всегда висел у неё на поясе. Их было немного, всего около восьми штук.В самом детстве Лита

Сколько она себя помнила, мешочек с маленькими, круглыми стеклянными шариками всегда висел у неё на поясе. Их было немного, всего около восьми штук.
В самом детстве Лита пользовалось лишь одним. Он был ей ближе всего: алый цвет радовал глаз, а то, как он плавно перекатывался по ладони, вызывало чистый восторг. Она назвала его «Iracundia» (лат вспыльчивость). Это слово малышка услышала от матери, когда та учила девочку латыни, и решила, что оно лучше всего подходит любимому камешку.
Вторым шариком девочки стал шарик глубокого, фиолетового цвета, — «Caritas» (лат любовь). С ним она не расставалась почти никогда. А если и расставалась, то это всегда сопровождалось слезами.
Когда Лита начала взрослеть, её внимание привлек чёрный, как сама бездна, шарик. Со временем, она все чаще начала перекатывать по ладони его, а алым пользовалась лишь при необходимости. Черный она назвала «Scientia» (лат знания).
Чуть позже, девушке вдруг пришло в голову взять зелёный шарик, который она не любила с детства, и соединить его с чёрным. На удивление, «Serēnitās» (лат спокойствие) помог, и тоже стал верным другом, с которым всегда было тепло и уютно. (Правда, потом она ещё не раз будет убирать его как можно дальше, и забывать о нём, заменяя алым)
Следующим шариком, который посоветовала достать мать, а Лита достаточно долго противилась, стал белый «Logica» (лат логика). С ним было сложнее всего. Первое время, ей казалось, будто шарик царапает руку, и совсем не хочет «налаживать с ней контакт». Поэтому, и был снова убран в мешочек к зелёному, чтобы через несколько лет стать незаменимым помощником.
Похожая участь постигла и лавандовый «Mēns» (лат ум). Правда, в первые два раза почему-то стало страшно. А потом привыкла. Сначала она доставала его ненадолго и не часто, но, со временем, расставаться с ним было всё сложнее и сложнее, пока он почти всё время не стал жить у девушки в руках.
После того, как в руках у Литы «поселился» лавандовый шарик, не пришлось долго ждать тех пор, как к нему присоединился лазурный «Cogitatio critica» (лат критическое мышление). К тому времени алый доставался очень редко, и лишь тогда, когда был действительно нужен.
Самым последним шариком, (который женщина и нашла то не сразу) стал тёмно-синий «Sapientia» (лат мудрость).
Когда Лита забывала хоть один из этих шариков, и откладывала его в мешочек на долгое время, или же, наоборот, пользовалась лишь одним, ей всегда было некомфортно. Будто чего-то не хватало. В такие моменты, она вспоминала старую поговорку о смерти с полной обоймой неиспользованных патронов, развязывала мешочек, и знакомилась со старыми друзьями заново.
Почему-то, первым делом она всегда доставала алый
Автор:

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *