Моя женщина.

Моя женщина. Захожу в комнату, в которой ничего не видно после яркого электрического света прихожей. - Саша, закрой дверь, - голос Катюши глубокий и бархатистый. Такой голос, от которого вдох

Захожу в комнату, в которой ничего не видно после яркого электрического света прихожей.

— Саша, закрой дверь, — голос Катюши глубокий и бархатистый. Такой голос, от которого вдох сам по себе делается глубже, а на губах появляется улыбка.

— Хорошоооо… Хорошо, — закрываю дверь, попутно вспоминая ее вчерашние рассказы то ли про медитацию, то ли про новую йогу на которую она ходит.

В комнате не так темно, как мне показалось сначала. В дальнем углу мерцает свеча. На полу лежат одеяла, пледы — все такое мягкое и уютное. А еще я чувствую едва заметный запах сандаловых палочек и моих любимых Катиных духов, который делает воздух густым и волнующим.

— Саша, нам нужно проверить друг друга. Я все придумала. Не волнуйся. Ложись вот тут, закрой глаза и расслабься, — её глаза горят то ли светом свечи, то ли внутренней игривостью.

Медленно ложусь. На полу мягко, удобно и как-то хорошо.

— Сейчас я задую свечу, — продолжает Катя, — подойду к тебе и кое-что сделаю. Попытайся побыть в ощущениях. Только ничего не говори, хорошо

Улыбаюсь в ответ и закрываю глаза. Она делает легкий выдох и задувает свечу.

Полная темнота, полная тишина. Тишина. Не помню, когда в последний раз лежал просто так.

— Катя, ты…

— Тсссс… — перебивает она, подходит и садится рядом. Ее пальцы слегка касаются моих волос, потом скользят по подбородку, замирают на губах, и она снова произносит свое «тссссс».

Лежу, пытаюсь побыть в ощущениях как она просила, но тело хочет другого. Хочет обнимать, прижимать, целовать, но так точно сейчас нельзя.

Меня отвлекают мысли, меня отвлекают образы, меня отвлекают… Меня отвлекает тепло ее тела, такого близкого и притягивающего.

Катя чем-то шелестит, и к моим губам прикасается что-то бархатистое, гладкое и теплое.

— Облизни, -шепчет она.

Облизываю. Странный сладковатый вкус почти без запаха. Пока я отмечаю это «безвкусабеззапаха», с удивлением обнаруживаю, что на кончике языка поселился и стал набухать красный бутон. Он растет, растет, вытягивает в стороны свои огненные лепестки, которые обдают теплом и гладят меня по щекам, по лбу, по подбородку и шее. Гладят, пока сам цветок не лопается и не заполняет комнату запахом липового мёда.

Запах заполняет комнату, а я желтым топленым воском стекаю на пол, просачиваюсь через поры и трещины на нижние этажи, в подвал, к земле, проникаю в глубь между пластами глины и камнями туда где течет черная маслянистая нефть. Я впитываю ее вязкость, текучесть, силу и постоянство.

В этот момент Катины руки снова касаются меня, и я, упругим усилием, возвращаюсь в тело, которое превратилось во что-то странное. Оно лишилось костей и сухожилий. Оно течет и перекатывается внутри кожи. Катины прикосновения сначала скользят почти не надавливая и не тревожа, но потом руки делаются настойчивей. Они проникают внутрь, достают до сияющего сердца, попутно согревая и рассеивая своим теплом все оставшиеся напряжения. Они отгоняют мысли, и я окончательно исчезаю.

Ее выдох касается моих губ. Вдыхаю воздух, который только что был ею. Воздух, который напитывал ее легкие, ее кровь, раскрашивал жизнью ее глаза. Он проникает в меня, закручивается вихрем в груди и начинает мурчать, а из меня вырывается легкий стон.

Катя проводит руками по моим волосам, и в стороны рассыпаются искры. Они мерцают в темноте разными цветами, они похожи на россыпи созвездий. И темнота и тишина вокруг — это глаза и голос космоса. И я становлюсь Шивой, который мыслит Вселенные, а она превращается в Кали, которая своим синим языком слизывает бисеринки пота с моего лица — разрушает миры зачатые в невежестве и суете.

Ее тело вьется и отзывается на каждое мое движение. Дыхание замыкается на нас двоих и уже нельзя отличить того кто делает вдох, а кто выдох, словно ее тело стало продолжением моего, и кровь теперь течет по одному контуру, подгоняемая силой наших двух сердец.

Одно мое легкое усилие — подрагивание веком, и то что было когда-то Катей начинает свою беззвучную песню, от которой вибрируют стены комнаты. Еще одно усилие, и она начинает танец. Не внешний. Внутренний танец мышц, сухожилий, эритроцитов.

— Я

Говорит что-то внутри. Могучее, непреклонное, которое живет уже третью вечность подряд.

— ЛЮБЛЮ

И слова срываются с губ огненными росчерками.

— ТЕБЯ

Мир начинает дышать в унисон с нашим дыханием. Мы наконец-то нащупали его — ритм самой жизни.

-Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

Слова вырываются прямо из сердца, и врастают, растекаются по груди моей женщины.

— Я люблю тебя. Люблю, люблю, люблю, люблю…

И любовь творила новые жизни.

***

Утро пришло яркими вспышками, переливами цветов и суетливым жужжанием за окном. Катя была рядом. Она смотрела на меня глазами, в которых была глубина, нежность и радость узнавания.

И снова в голове всплыли эти слова из ночного видения: «Моя женщина». Теперь после всего что было я это понял окончательно.

Одна во всех рождениях. Родная по телу, по сердцу, по душе. Моя женщина. Люблю.

Моя женщина. Захожу в комнату, в которой ничего не видно после яркого электрического света прихожей. - Саша, закрой дверь, - голос Катюши глубокий и бархатистый. Такой голос, от которого вдох

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.