ВСЕМ БОРЩА! (Мат 18+)

 

ВСЕМ БОРЩА! (Мат 18,) Жила-была в середине XVII века, во Франции, совершенно очаровательная дама маркиза Мадлен де Бренвилье. Она пиздец, как любила балы, наряды, драгоценности, пожрать и

Жила-была в середине XVII века, во Франции, совершенно очаровательная дама маркиза Мадлен де Бренвилье. Она пиздец, как любила балы, наряды, драгоценности, пожрать и потрахаться ну, кто не грешен И все бы хорошо, но у маркизы был очень жадный, нудный муж, много старше нее. Да еще и в постели, прямо скажем, хуйня полная.
Мон шер, говорит ему, бывало, маркиза. Хочу платье от Армани.
Хуяни, блядь, отвечает этот мужлан неотесанный. Носи вон китайскую синтетику.
Ну давай тогда любовью займемся, говорит нежная Мадлен.
Какая тебе к ебеням любовь, когда мы женаты возмущается маркиз, и уходит по блядям.
От такой жизни Мадлен совсем сникла. Но вот приехала она как-то на бал в китайской синтетике, а навстречу ей охуительно обворожительный мужик: молодой, статный, усики и бородка такая козлиная в общем, муж был чмо, а этот мачо. Разлетается к ней кавалер, и говорит:
Позвольте представиться, я Жан-Батист де Годен де Сен-Круа. Можно просто Годен. Разрешите вас трахнуть, ма шери
«Ну наконец-то счастье привалило», подумала маркиза, и поспешно согласилась. Предались они разврату, а кавалер потом и спрашивает:
А что ж ты, ма шер, такая обольстительная, и в синтетике
Муж у меня мудак жадный, вздыхает Мадлен.
Это поправимо, ухмыляется Годен. Я тут алхимией занимаюсь, ну так, для души, хобби. На вот тебе отличное средство от хуёвых мужей.
Приехала маркиза домой, наварила борща, вылила туда средство, и мужа потчует.
Не буду я это мердэ жрать. с ужасом говорит муж, привыкший к фуагра со спаржей.
Это бля шарман, а не мердэ, обижается Мадлен. Варварская экзотика. Жри, или давай трахай меня.
И хуяк сверху ложку сметаны. Маркиз испугался, морщился, но жрал не трахать же собственную жену, моветон, в самом деле. А к вечеру тихо так помер. Никто не удивился, потому что чего еще ждать от варварской экзотики Несварение у человека случилось. В общем, всем было похуй.
Купила маркиза платье от Армани, и стала регулярно предаваться разрушительной страсти с де Сен-Круа. Но через какое-то время бабло закончилось.
И чо теперь делать, бля расстроилась Мадлен.
А папаша-то у тебя помирать не собирается спрашивает Годен.
Да все никак не издохнет. Неебически крепкий старичок. К тому же, все его бабло отойдет двум моим старшим братьям. Хуесосы те еще, не поделятся.
Говно вопрос, ма шери, говорит Годен. Правда, старое средство у меня закончилось, но я тут нового нахимичил. Надо его только испробовать на ком-нибудь. А то вдруг твоя родня не до конца подохнет, будем потом за ними памперсы менять.
Маркиза наварила целый котел борща, вылила туда литр средства, и поехала в госпиталь для бедных. Там всех угостила борщом. Монахини тоже хотели попробовать, но Мадлен сказала:
Нехуй на халяву потреблять. И так жирные.
В итоге все бедняки вручили богу душу.
Вот и заебок! сказали монахини. А то настохуело уже их по одному хоронить.
Короче, бедняков оптом закопали, ничего не заподозрили, и всем тоже было похуй.
А Мадлен пригласила на борщ сначала братьев, потом папу. И стала наследницей охуительного состояния.
Блядь, вредное это блюдо, борщ, сказали знакомые. Варварское, сразу видно.
И стали вести ЗОЖ.
Пока Мадлен занималась таким заебатым накоплением капитала, ее дочка вышла замуж. Приходит однажды в слезах и говорит:
Маман, какая хуйня это ваше замужество. Супруг мне бабла не дает.
Да что же это, блядь, за пердюмонокль на бедных женщин! возмутилась маркиза. Сплошные пипидастры в Париже, а не мужики.
И муж дочки тоже нечаянно помер, поев тещиного борща. И традиционно всем было похуй.
Тут Мадлен задумалась: женщина она еще в самом соку, бабла немеряно, от всей настопиздевшей родни избавилась можно жить для себя и заниматься самореализацией. Фэнтези там писать или рэп читать. Нахер ей содержать де Сен-Круа И решила его бросить.
Хуй ты угадала, ма шери, заржал Годен. Ты мне будешь регулярно бабло отстегивать. Я тут тоже писательством занялся. Мемуары написал. На Самиздат уж не выложил, зато в лаборатории спрятал. Если со мной что случится, их найдут. И все узнают, сколько ты народу угондонила, и почему все мерли от варварского борща.
Пришлось его терпеть. Но Годен, мачо хуев, подложил маркизе совершенно сволочную подлянку: взял, да издох самостоятельно. Без яда. То ли простыл, то ли от шлюхи какой что подхватил. Его мемуары нашли, это дошло до Людовика XIV, и наконец-то всем стало не похуй.
Мадлен умудрилась съебаться из страны, и еще 4 года скрывалась то в Англии, то в Голландии. Людовик, охуевший от того, сколько его подданных перетравила красотка, топал ножками и требовал отыскать гадюку. В итоге маркизу поймали, пытали и казнили. Во время следствия выяснилось, что проделки Мадлен мелочь и хуевинка незначительная, по сравнению с тем, что творится при дворе короля. Но об этом как-нибудь потом.
Моралей будет много. Во-первых, чем меньше женщину ты любишь, тем хуже секс и гаже борщ. Можно и подохнуть нечаянно. Во-вторых, не следует класть все яйца в одну корзину. Мадлен слишком доверяла любовнику, а надо было наготове держать борщ. В-третьих, традиционно: пока монарх ножкой не топнет, всем похуй.
На эпическом полотне Шарля Лебрена мадам де Бренвилье. Судя по виду, она собственный борщ попробовала…)))
Автор:

 

Источник

Обсудить историю

  1. Фаттахов Марат

    Папа упал с лестницы. Что сказал?
    Плохие слова повторять?
    Нет.
    Молча упал

  2. Воскресенская Юлия

    Экая пошлятина?

  3. Скоромкина Елена

    ???

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *