Сима Шорох и тайна зияющей пустоты

 

Сима Шорох и тайна зияющей пустоты Не в столь далеком государстве, в самой его глубине, в ничем не запомнившемся истории оного государства селе жила-была девочка Сима по фамилии Шорох. Была она

Не в столь далеком государстве, в самой его глубине, в ничем не запомнившемся истории оного государства селе жила-была девочка Сима по фамилии Шорох. Была она спокойная, послушная и в учебе прилежная. Каждое утро матушка делала ей ровный пробор на светлых волосах, и заплетала ей тоненькие косы крендельками, украшая их огромными желтыми бантами из широких капроновых ленточек.

Сима была вежливой и воспитанной девочкой. Из окна своей комнаты она видела соседский огородик, самый его край, где стоял туалет. Сима каждый день видела, что соседский мальчик Андрюша пробирается в маленький закуток за этим туалетом и курит там. Но Сима никому не рассказывала — ябедничать не хорошо.

Даже когда этот туалет сгорел вместе с недалеко стоявшей теплицей, с которой огонь вполне мог и на баню перекинуться, Сима ничего не рассказала. То, что Андрюша не затушил очередную сигарету, она в тот день своими глазами не видела. А родители Андрюши почему-то решили, что это Симины родители специально их туалет подожгли, и все сильно переругались. Но Сима ничего не сказала, потому что вмешиваться в разговоры взрослых — это невоспитанность.

Однажды Сима не пошла в детский сад, потому что немного приболела. Родители ушли на работу, но попросили ее курочек в обед все же покормить. Девочка кормила кур и видела как тетя Лида, их соседка через два дома, через задний двор в свой сарай забежала, а потом туда зашел незнакомый дядя. Через какое-то время он, оглядываясь, вышел. А тетя Лида не вышла. Сима подождала немного, но потом зашла домой, потому что на улице ее немного знобило, ведь у нее все еще была температура.

Когда к Шорохам пришел дядя в специальной форме и сказал, что его зовут Участковый, Симу тоже позвали с ним поговорить. Дядя спросил, не слышала ли Сима каких-нибудь криков из соседского сарая Сима сказала, что нет. Сима знала, что врать не хорошо, а криков не было — это правда.

Участковый тягостно вздохнул и больше ничего не спросил, только прогудел себе под нос: «Несчастный случай». А Сима ждала, что он ее еще будет спрашивать и она ему расскажет про незнакомого дядю, но Участковый ее не спрашивал. А говорить, когда тебя не спрашивают — это невежливо и невоспитанно.

Еще через день Сима наблюдала, как тетю Лиду вынесли из дома в большой красной коробке и положили в грузовой автомобиль ЗИЛ. А потом туда положили большой деревянный крест с тремя перекладинами: маленькой, побольше и той, что наискосок.

Сима была хорошей девочкой, но с ней никто не дружил. Когда была совсем маленькая, дети иногда принимали ее в свои игры, но ненадолго.Повторно не звали, отсутствия ее не замечали.

Когда Симе должно было исполнится семь лет, матушка ее решила сделать девочке праздник: собрать на День рождения Симиных подружек. Девочка хотела сказать матушке, что нет у нее подружек, но мама не спрашивала.

Ну кто-кто Тонька, Ленка да Надька придут, — отчитывалась с утра мама Симы Симиному папе.
Другие мамы привели своих дочерей на праздник. Сима пригласила всех за красиво накрытый стол. Девочки молча расселись. Их матери ушли на просторную кухню и стали весело болтать с мамой Симы.
Симе было неловко. Она совсем не знала, что надо делать. Единственное, что придумала сказать :
Пожалуйста, угощайтесь!

Девочки молча стали кушать угощения. Они пересматривались, и с интересом передавали со своих мест друг другу то замысловатые пирожные, испеченные мамой Симы, то конфеты в затейливых фантиках, то разноцветные сливы. Вот, попробуй, — шептали они друг другу. Но потом, перепробовав все, они притихли, перестали кушать и только тихонько отпивали лимонад из красивых хрустальных бокальчиков.

Ну как вы тут — по прошествии некоторого времени вмешались в их тихое молчаливое сидение мамаши. — Пора выносить то-о-орт!
Матушки были веселы, их щеки порозовели и блестели глаза. Мама Симы внесла в комнату ароматно пахнущий свежей клубникой торт с горящими свечками.

Эй, девочки, а разве вы еще на подарили подарки — взволнованно спросила одна из мам.
Девочки вздрогнули, ойкнули. Они повскакивали со своих мест и, толкаясь, побежали в прихожую. Вернулись с маленькими красивыми пакетиками и, пискнув: Сднрождння, — разом сунули все пакетики Симе в руки. Сима вежливо сказала:
Спасибо!

Еще Сима знала, что для вежливости надо развернуть и рассмотреть каждый подарок и выразить восхищение по поводу каждого их дарителю. Но ее уже оттеснили взрослые тетеньки, помогавшие Симиной маме поставить торт с быстро сгорающими свечечками на стол. Другая мама следом несла поднос с чайными чашками. Так что девочке пришлось положить все пакетики на столик у себя за спиной.

 

Задувай, Симочка!
И под крики С Днём рождения! и хлопанье в ладоши Сима задула свечки. Она помнила, что надо было загадать желание, о котором, никому нельзя потом говорить, а то не сбудется. Но, повинуясь настойчиво шумевшим взрослым, сначала задула свечки, а потом вспомнила про желание.

Погасшие свечки вызвали взрыв ликования у мамочек. Они похлопали в ладоши, а потом выдали всем по кусочку торта. И Симе тоже. Но Симе не хотелось торт. У нее перехватило горло и подкатили к широко распахнувшимся глазам горькие тяжёлые слезы. Она забыла загадать желание! А так готовилась к этому дню! Ведь это был первый праздник в ее жизни.

Соседские девочки быстро съели свои кусочки торта и почти не прикоснулись к чашкам со слабо заваренным чаем. Теперь они сидели с прямыми спинками и выжидательно смотрели на своих матерей, весело болтавших с Симиной мамой о своих взрослых делах.

Вскоре соседские матушки допили свои чашки с чаем, почти не прикоснувшись к кусочкам торта, и чуть ли не в голос сказали:
Ну что ж, пора и честь знать! Девочки!

Их дочери быстренько встали и опять глупо толкаясь, выбежали в прихожую, теперь уже одеваться.
Спасибо! С Днём рождения, Сима! До свидания!

И все ушли. Симина мама начала убирать со стола.
А Сима, собрав пакетики с подарками, с поникшими плечиками побрела в свою комнатку.
Эй, ты куда А помочь маме с посудой — окликнула ее матушка.
Я только уберу подарки, — ответила Сима.
Девочка занесла подарки в комнату и сразу же отправилась на кухню помогать маме. Все воспитанные девочки должны помогать своей маме.

А что ты мне подаришь — спросила Сима, вытирая подаваемые ей тарелки.
Мама что-то напевала себе под нос, шумела вода из-под крана — видимо, поэтому она не услышала Симин вопрос. Сима хотела было переспросить, когда мама домыла посуду, но тут пришел папа. Мама развернула Симу в сторону ее комнатки и легонько подтолкнула.
Иди играй, мне надо накормить папу.

Наверное, потом они вместе с папой подарят мне подарок, — подумала девочка и пошла в свою комнату смотреть, что ей подарили дочки маминых подружек.

Первая девочка подарила бантики, завязанные из ярко-желтых атласных лент. Вторая девочка подарила два больших праздничных банта из прозрачного тюля с бархатисто-желтой каймой. Третья девочка подарила две желтых капроновых широких ленточки, из которых тоже можно было бы завязать банты. Сима вздохнула. Подошла к огромному комоду, выдвинула ящик, наполненный пышными желтыми бантам и лентами, и положила в него свои подарки.

Потом Сима тихонько села на свою кроватку и стала ждать, когда мамочка с папой вдвоем поздравят ее с Днем рождения и подарят свой — какой-нибудь необычный и важный — подарок. Она слышала голоса родителей из кухни, потом они стихли. Потом она слышала, как папа включил телевизор, а маме позвонила бабушка. Потом в доме стало тихо. Никто не пришел.

И Сима вспомнила, что очень хотела, чтобы папа и мама приходили к ней желать спокойной ночи. Каждый вечер. Именно это желание она не успела загадать прежде чем задула свечки на именинном торте. Симе стало так себя жалко, что навернулись слезы. Но девочка взяла себя в руки, потому что бабушка ее учила, что жалеть себя — это удел слабаков. А слабаков среди Шорохов никогда не было. И это правило нарушать нельзя! Никакое нельзя — это невежливо и невоспитанно.

Симе стало обидно. Но папа говорил, что на обиженных воду возят. А Сима не хотела, чтобы на ней возили воду. И Сима снова взяла себя в руки. Она — себя, а Обида — ее. И завертелся внутри Симы серый смерч. Поначалу небольшой, но он все усиливался и усиливался, пока не превратился в огромную черную воронку, уходящую в пустоту. И затягивалось в эту пустоту все вокруг и все внутри, и пустота эта росла и требовала себе пищи все больше и больше, превратив маленькую девочку в огромную Зияющую Пустоту. Только бантики остались. Ярко-желтые, как глаза.

В село то больше не приезжает никто. А кому приспичит, старожилы говорят: никогда не смотри в желтые глаза, Зияющая Пустота съест и тебя.

Сима Шорох и тайна зияющей пустоты Не в столь далеком государстве, в самой его глубине, в ничем не запомнившемся истории оного государства селе жила-была девочка Сима по фамилии Шорох. Была она

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *