Вселенная Дара

Вселенная Дара Бард извлек из своей потрескавшейся лютни очередной минорный аккорд. Недовольно поморщился. Нет, это было совершенно не то, что крутилось в голове. Задумка героической и грустной

Бард извлек из своей потрескавшейся лютни очередной минорный аккорд. Недовольно поморщился. Нет, это было совершенно не то, что крутилось в голове. Задумка героической и грустной баллады никак не хотела превращаться в мелодию.

-Эй, Счастливчик! окликнул его трактирщик, протирающий за стойкой пивные кружки. Что ты там тренькаешь
Как подобало приличному менестрелю, бард со вздохом отложил лютню на засаленный стол и смерил грузного трактирщика снисходительным взглядом.

-Друг мой, Понс! выждав положенную паузу ответил Счастливчик. Хоть ты и ничего не понимаешь в искусстве, я удовлетворю твое неуместное любопытство. Прямо сейчас, в этой дыре, которую все по ошибке принимают за трактир, рождается лучшая баллада всех времен.

Скучающий до этого момента трактирщик отложил в сторону кружку, закинул грязное полотенце на плечо и упер толстые руки в стойку. Днем клиентов в трактире «Жратва и Пиво» почти не было и Понс мог позволить себе отвлечься и немного поболтать с бардом.
— Надеюсь твои стишки в этот раз не окажутся настолько паршивыми, и горожанам не придётся снова мазать тебя медом и обваливать в перьях.

Счастливчик и бровью не повел, хоть выпад трактирщика пришел в цель. Как любой приличный менестрель, он умел держать себя в руках. Тем более, когда попадался достойный оппонент для перепалки. Бард нарочито медленным движением снял зеленую шляпу с красным пером, отложил ее рядом с лютней и сделал несколько хороших глотков пива.

— Вот именно из-за таких неотесанных болванов, заполонивших Вольные Баронства, мы и катимся в бездну тупости и жестокости. сказал он своим самым трагическим голосом. Так, словно произносил прощальную речь над гробом. — Как можно называть стишками мое творчество Всеединый, да будь в твоей разжиревшей башке хоть немного места для понимания истинной красоты, ты бы уже выкатил мне лучший обед и бокал Самальского вина!
Хотя нет, с Самальским я погорячился. Думаю, если продать весь этот клоповник, а тебя и твоих дочек сдать Караванам Счастья, может хватило бы на половину рюмки!

Трактирщик разразился хохотом. Его поддержали несколько посетителей, до этого скучающих над своими тарелками. Все с интересом ждали продолжения, но Понс, который и не думал обижаться на колкости барда, уступил.
— Красиво завернул, Счастливчик! Сразу видно бард! С меня еще одно пиво.

— Друг мой, ты даже не представляешь, как обрадовал меня сейчас! Наконец-то ты делаешь шаг навстречу высокому искусству! Поверь мне, оно не останется пред тобой в долгу!

-Не вздумай! испугался Понс.
Он отлично помнил, как бард упомянул его в своей песне пару лет назад, желая поквитаться за разбитый в драке нос. И пусть они давно помирились, и даже подружились, беспризорники с соседней улицы до сих пор дразнили его за спиной свиньей и громко хрюкали. Забудешь такое высокое искусство, как же.

-Так что ты там задумал трактирщик на всякий случай перевел тему в другое русло. Он взял кружку почище и стал наливать пиво из стоящего за спиной бочонка.
-О, друг мой! в глазах Счастливчика вспыхнули огоньки восторга. Это героическая баллада о пиратах с Клыков Зорха!
— И что может быть героического в пиратах удивился Понс.
— Ну как тебе сказать — замялся бард. В целом, героизма там мало, ты прав. Но людям нравиться. Я не говорю уже о девичьем восторге. Корабли, моря, сражения, отважные капитаны и спасенные из рук чудовищ красавицы. Настоящая услада для неокрепших юных сердец.
-Ты про пиратов и Басуг хочешь написать догадался Понс. Будь осторожен. Опасная тема для песен, Счастливчик. Даже тут, в Вольных Баронствах.
— Да брось! беспечно отмахнулся бард. Что тут может быть опасного Зато какой простор для творчества! Сам знаешь, все только об этом и говорят последние дни.

Трактирщик нахмурился. В целом, бард был прав. За последние три ночи в трактире только и разговоров было, что о карательном рейде. В конец обнаглевшие пираты с островов Клыки Зорха потеряли всякое чувство меры и грабили во Внутреннем Море всех без разбора. Даже корабли Басуга, крупнейшей торговой страны, товары которой продавались во всех странах мира. Конечно, долго так продолжаться не могло. В конце- концов, после очередного крупного налета на корабли Басуга, торговцы объявили пиратам войну.

На приготовления им хватило пары месяцев. Наемников вербовали по всему миру. Понс несколько раз своими глазами видел эмиссаров Басуга в городе, слышал их призвания и обещания щедрой награды. Огромная армия карателей прошлась по пиратской вольнице смертельным вихрем. Ходили слухи, что убивали всех женщин, стариков, детей. Никаких пленных.

Та же участь постигла и разобщенный пиратский флот, которые поначалу пытались отбиваться, но после ударились в бегство. После пыток, выживших в боях разбойников запирали в трюмах, а корабли пускали на дно.

Слишком опасная и горячая тема. Даже здесь, на окраине мира, в Вольных Баронствах, по утру находили повешенных людей с вырезанным черепом на лбу. Выжившие пираты тоже не сидели сложа руки. То и дело стражники находили обезглавленные тела с зажатой в правой руке пиратской меткой куском черной кожи с черепом, нарисованным кровью убитого.
— Так про что твоя баллада попытался узнать Понс. Он вышел из- за стойки и подсел за стол к Счастливчику.

Для себя он решил, что если в песне барда окажется что- то опасное — сразу кликнет дремавшего у входа вышибалу. Пускай вышвыривает дархумого стихоплета за дверь. Так будет спокойнее. Уж лучше снова оказаться высмеянным в куплете, чем получить нож в бок от людей с неприятными вопросами.

— Друг мой, она великолепна! Там будет капитан пиратского корабля. Жестокий, бессердечный и неприлично красивый. Он возвращается из долгого рейда. И что он видит Каратели убили всех его друзей, казнили семью. Тут обязательно надо вставить грустный проигрыш. Пусть он склоняется над изувеченным телом жены.
Счастливчик подхватил лютню и взял несколько аккордов. Вслушался, выругался и вернул инструмент на стол.

-Добавлю драмы! Ее мало не бывает! бард поймал новую волну вдохновения. Точно! Друг мой, Понс, ты просто молодец! Твое кислое выражение лица творит чудеса с моей задремавшей музой! Дети! У него были дети! И они тоже будут там! Жестоко убитые, как и их мать!
Трактирщик скривился еще больше, но в душе порадовался. Лучше пусть будут сопли и трагедия, чем высмеивание пиратов или карателей.

-И вот, он выходит в море, ведомый жаждой мести! счастливчик заговорил так быстро, словно боялся забыть вырисовывающийся сюжет. а там вражеский флот! Те самые убийцы его семьи и друзей! Трое кораблей против одного! Сивонна Бачча! Нет! Десять кораблей против одного!

— Говорят, кораблей карателей было сотни — заметил Понс и тут же пожалел о сказанном.
-Точно! Понс! Ты — гений! А лицо твое! Всеединый, раньше я думал, что им можно только лечить стариков от запоров! Вот, видишь! Я знал, что в тебе есть искра таланта! Пусть и затерянная в жире!
Счастливчика уже было не остановить. Понс с обреченным видом продолжил слушать барда. Отдавать кружку с пивом он не спешил.

 

— Их сотня! Сотня, дархум меня разорви, карателей против одного пирата! И он вступает с ними в бой! счастливчик наконец заметил награду и потянул к кружке свои длинные и тонкие пальцы.
— Только не говори мне, что он побеждает в одиночку сотню кораблей карателей. проворчал трактирщик и подвинул к барду обещанную кружку.

Счастливчик замер с открытым ртом. Понс видел, как затухает его взгляд. Бард подхватил дрожащей рукой кружку и в два глотка осушил ее, затем откинулся на спинку стула. Слова трактирщика вырвали ему крылья и прервали полет вдохновения.

Повисла тишина. Стало слышно, как под потолком жужжала одинокая муха.
— Придумал! рявкнул Счастливчик и подскочил с места. Дархум тебя разорви, Понс! Я придумал! Он будет магом! Прямо как Солханцы!
— Хороший выход. промямлил Понс, мысленно проклиная бестолкового певца, легко приплетающего в свое творение еще и Солханцев. И что же он будет делать Метать молнии и огненные шары

-Всеединый, Понс! Конечно же нет! отмахнулся оживший Счастливчик. В таком великом произведении не будет этой пошлятины! Молнии и шары! Нет! Он может взывать к морским обитателям! Подводные твари, те, что скрываются на самом дне, откликнуться на его зов! Они придут и потопят сотню кораблей карателей!
«Что за небылицы!» — Подумал трактирщик, начинающий понимать, что зря он вообще начал разговаривать с бардом.

— Но и каратели будут отчаянно сражаться. Последний их корабль, флагман, успеет дать прицельный залп по пиратскому кораблю, и потопит его, прежде, чем сам уйдет на дно! Что за развязка! Пиратмаг, конечно же, выживет. И поплывет прочь от материка на поиски нового мира на спине морского чудовища!
«Ну и хорошо! Чем больше бреда он добавит в свою песню, тем лучше!»
— Остаётся только подобрать мелодию и покрасивее зарифмовать! К вечеру управлюсь!
Счастливчик с довольным видом подхватил лютню и продолжил извлекать из нее минорные аккорды. Трактирщик встал, взял пустые кружки и пошел обратно, к стойке.

— Кстати, Счастливчик, название уже придумал
— А как же! «Последний бой пирата-мага»! Звучит
-Звучит. кивнул трактирщик. Прямо как «Последний бой пирата». Слышал такую песню Кажется, ее недавно исполнял твой приятель Хрипун. Точно, в прошлом году!
— Сивонна Бачча! выругался Счастливчик. И как только эта хрипящая бездарность посмела замарать свои стишки таким хорошим названием! Гореть ему в дархумовом пламени! Ладно, назову тогда «Его путь оберегают косатки»!
— Кто! прыснул от смеха Понс. Косатки! Это кто такие

Счастливчик вскочил со стула, нахлобучил свою зеленую шляпу, подхватил лютню и пошел к выходу.
— Какая-же ты бестолковая деревенщина, Понс! с обидой бросил он у двери. Странно, что ты еще читать умеешь! Косатки это огромные морские рыбины. Настоящие чудовища! Моряки говорят, что они настолько большие, что без труда смогут проглотить целый корабль! Жаль, что я не могу призвать их, иначе приказал сожрать весь твой клоповник вместе с тобой! Их и призовет пират-маг для уничтожения карателей, а потом, на спине их вожака уплывет в закат!

Бард вышел, громко хлопнув дверью. Вышибала подскочил от стука и удивленно обвел взглядом пустой трактир.
— Сегодня ночью я сыграю в твоей дыре свою новую балладу «Его путь оберегают косатки»! Готовь хорошую выпивку, Понс! донеслось с улицы.
— Косатки! покачал головой трактирщик, возвращаясь к кружкам и полотенцу. Вот болван! Все знают, что на дне моря обитают огромные осьминоги!
Из-за стола в дальнем углу зала встал мужчина. Широкие поля шляпы скрывали его лицо от посторонних взглядов. Проходя мимо Понса, он оставил на стойке несколько серебряных монет.
-Сдачи не надо. сказал мужчина и вышел на улицу вслед за бардом.

Он нагнал Счастливчика в конце улицы. Поравнялся с ним и бесцеремонно взял барда под руку.
— Что вам надо! Возмутился Счастливчик и попытался вырваться.
Бесполезно. Хватка незнакомца была похожа на кузнечные клещи. Мужчина молча потащил упирающегося барда в ближайшую подворотню. Упертое в живот острие ножа отбило у Счастливчика всякое желание звать на помощь. Случайные прохожие не обратили на них никакого внимания. Никто не хотел неприятностей.

Незнакомец резко крутанул барда и толкнул его в деревянную стену дома. От удара головой у Счастливчика все поплыло перед глазами. Но он различил нож. Почувствовал его холодное прикосновение к своей щеке.
— Я мог бы просто перерезать тебе горло. прошептал мужчина в лицо перепуганного барда. А мог бы переломать пальцы, и отрезать язык. Как думаешь, что лучше Умереть сразу, или доживать свою жалкую жизнь, не имея возможности что-либо рассказать

На барда смотрели бесчувственные глаза убийцы. Свободной рукой незнакомец достал из кармана плаща кусок черной кожи и поднес к лицу Счастливчика.
— Вижу, ты знаешь, что это такое незнакомец положил кусок на плечо барда. знаешь, кто получает Черную Метку Мертвец.
Счастливчик заплакал. Он хотел что- то сказать убийце, но язык словно онемел.

— Значит, решил воспеть резню Хочешь обернуть все те ужасы, что творили Басугские шавки на Клыках в песенку
Незнакомец надавил на горло барда чуть сильнее, протыкая кожу. Потекла кровь. Счастливчик тихонько заскулил от ужаса. Еще один миг и ему перережут горло. Такая глупая и нелепая смерть!
— Ублюдок. презрительно бросил убийца. Что ты знаешь об этой резне Когда каратели сотнями убивали на островах обычных людей, вся вина которых заключалась в том, что они всего лишь жили там Ты не чувствовал запахи пожаров, в которых сжигали и дома, и их обитателей

— Напомни мне, Шабилло, как же ты решил назвать свою героическую балладу
— Его Путь Оберегают Косатки — запинаясь от страха сумел выговорить Счастливчик.
— Сивонна Бачча! Что за бред незнакомец убрал кусок кожи с плеча барда обратно в карман плаща. Почему не осьминоги Почему косатки!
— Это морские рыбы. промямлил бард. Огромные. Моряки называют их китами или косатками.
— Кусок Хирмоса! Я знаю, кто такие киты и косатки! А вот ты нет! За одно это тебя стоит убить! процедил незнакомец. Хорошо, что в твоей истории пират побеждает. Хоть в этом ты не допустил ошибку. Но эту историю ты забудешь! И никогда больше не вспомнишь! Тебе ясно

— Конечно! Я все понял! залепетал Счастливчик. Я больше никогда не буду петь про пиратов!
— Вот и чудно. кивнул мужчина, ослабевая хватку. Люблю понятливых. Только отпустить просто так я тебя не могу. Пусть твое прозвище и оправдывает подобное везение. Зря ты упомянул про детей

Потрескавшаяся лютня Счастливчика описала в воздухе круг и обрушилась на голову барда, увлекая его в липкую темноту.

— Сивонна Бачча! Дурацкая баллада! простонал Счастливчик, придя в себя через несколько часов. Он осторожно ощупал внушительную шишку на голове. — Хорошо, что меня вовремя отговорили, и я смог избежать позора!.. Всеединый, косатки!

Бард с трудом встал с земли, со вздохом посмотрел на разбитую лютню, и медленно побрел в «Жратву и Пиво».

Вот так великая баллада менестреля Счастливчика из Вольных Баронств «Его путь оберегают косатки» не увидела свет.

Ткаченко

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *