Заходим с подругой моей в аптеку за таблетками от кашля. Поздний вечер. Из покупателей только мы и молодой человек.

Провизор — дама лет восьмидесяти с роскошными усами , формами и громким баритоном. Роется в ящиках с препаратами попутно комментируя процесс : «Красный «дюрекс», говорите Нет красного тут… И вот тут тоже нет… Кажется на витрине был…» — тяжелой поступью идет к витрине, открывает, достает красные коробочки подносит к глазам, долго изучает. Ставит на место. Поворачивается к своей помощнице, лет ста, с которой, видимо со времен взятия Измаила трудятся и сообщает через весь зал : «Тамара! А маленькие-то у нас , видимо, только на витрине остались!». Ставит красные коробочки с контрацептивами в витрину, закрывает на ключ, идет обратно к прилавку и ободряющим голосом сообщает парню : «Не переживай, я сейчас еще в отделе поищу, не может быть, чтобы маленькие только на витрине остались!».
К этому моменту за нами выстраивается очередь, что характерно, из одних мужиков. Все напряженно ждут развязки. Парень, пришедший за «маленькими» с белым отрешенным лицом на котором читается «сгорел сарай, гори и хата» обреченно ждёт, когда ему уже отдадут покупку. Мы изучаем потолочную плитку, от стоящих за нами очередников ощутимо веет мужской солидарностью. Только тяжелые шаги провизора и ее густой голос нарушают гнетущую тишь. Но мы все держимся.
В общем, в этот томный вечер провизор никуда не торопилась. Открывая каждый из ста ящиков , аптекарша сообщала скучающей Тамаре, что «и здесь маленьких нет! Значит только на витрине остались».
Мы с подругой приготовили руки, чтобы принять на них безжизненное тело бедного покупателя. От мужской части очереди ощутимо пахло убийством. И только провизор с Тамарой излучали спокойствие комодских варанов.
Натешившись всласть над бедным мужичком, встопорщив победно свои усищи,аптекарша медленно направилась к вожделенной витрине, где хранились последние экземпляры «маленьких». «Здесь только две коробки маленьких, молодой человек! Вам хватит!».
Молодой человек молча кивает головой. Расплачивается. Уходит на ватных ногах.
«Ему теперь этих двух коробок до конца жизни хватит. При таком-то дефиците маленьких», — звучит голос из очереди.
Нас, кстати, обслужили очень шустро;)

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *