Давным-давно и совсем не взаправду — токсикологическое отделение

Это своеобразное место, там были решётки с замками в концах коридоров. И каждую ночь кто-то кричал, надрывая горло, и к нему бежали медсёстры.В одной палате лежала девушка после снотворного. У неё все руки были в шрамах и она пыталась как-то выйти из окна. Билась в решётку, пока ей не вкололи что-то. Почему и зачем — она не говорила. Она вообще не говорила.
Женщина на другой койке съела свою аптечку после очередного выкидыша. Она тоже была очень тихая. Зато девочка-подросток на койке у дверей, наоборот, трепалась без перерыва. Мальчишка, из-за которого она выпила пузырёк бабушкиного лекарства, регулярно приходил, стоял под окнами. Девочка смеялась, мол, теперь-то он её не бросит.
В соседней палате три мужика, потравившиеся водкой банально, на рыбалке. Жёны передавали им сигареты, которые потом делились на всех курящих в отделении. По вечерам мужчины резались в карты, пока медсестра не загоняла игроков по койкам.
Четвёртым к ним подселили какого-то пузатенького бизнесмена. Почему он туда попал, дядька не рассказывал, зато грозился по выписке напоить всех коньяком и порывался играть на деньги. Но в той палате продолжали играть на щелбаны.
Позже привезли двух мальчиков старшеклассников, переусердствоваших с препаратами. Они периодически непроизвольно сгибались под самыми немыслимыми углами — побочка такая была. Славные парнишки, смешливые, не курящие. Мальчики гуляли по серому коридору от решётки до решётки. Их провожал немигающим взглядом наркоман, постоянно щёлкающий своими пальцами.
Привезли и через день увезли мужика лет шестидесяти.
Парень постарше лежал после отравления уксусом. Он с похмелья перепутал бутылки в холодильнике и от души глотнул слабый раствор. А вот бабушка в другой палате выпила бутылку концентрированного. Бабушка очень хотела умереть, но её откачали. Она лежала на койке молча, из живота была выведена трубка, через которую вытекало содержимое кишечника. Она лежала так неделю, пока, наконец, не отошла.
Перед выпиской каждому полагалось пройти психолога. У психолога на каждого из пациентов уходило минут по пять. А и надо ли было больше
Постоянные всё равно вернутся. А каждый случайный уходил, прощаясь с сопалатниками и не оставляя номера телефона. Потому что никогда больше.
Вот в те палаты — больше никогда.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *