Деревню Великого Добра замело снегом или рассказ про лопату

Утром мы с Милю, который собака, попытались выйти в лес. Входная дверь не открывалась. Ну ладно, открывалась, но в открывшуюся щель могла бы пролезть только кошка, которую зовут кошка. Но кошка у нас не дурак, презрительно посмотрев на что-то белое в щели двери, она потрясла лапой, фыркнула носом и сказала: идите уже! или закройте дверь, дует.
Милю, который собака, был категорически не согласен с «закройте дверь» и попытался пролезть в щель. Щель слегка увеличилась, а дверь сказала: ха-ха-ха! ваще крыльцо завалило, дураки! Тогда я сказала двери: «сама дура!» и навалилась на нее всем телом. Я вам не кошка и не милю, я вам это … не знаю, сами придумайте кто я такой, но дверь поняла все правильно и решила со мной не связываться. Мы с Милю пролезли в увеличившуюся щель и пошли в лес. Ну как пошли, я ползла как тот Маресьев, продираясь сквозь метель, а Милю радостно скакал подгоняя нас с Маресьевым. В лесу все прошло удачно. Милю был счастлив. Меня так же переполняли эмоции. Нецензурные. А еще меня переполняли мысли. Почти цензурные. Я думала о лопате. Точнее о том, что снегоуборочная лопата осталась на захрадке. И тогда мои мысли совпадали с моими эмоциями. Нецензурными.
А дома нас ждала дверь. Дверь была засыпана снегом до половины. Вожделенная лопата была с той стороны двери, через дом и на захрадке. Пришлось разгребать это белое censored руками, ногами и лапами. Зайдя в дом я поняла что воскресенье удалось, надо было идти на захрадку, в захрадный домик, за лопатой. Иначе censored все плохо и мы никогда не сможем выйти из дома. Дверь на захрадку, слава крыше на террасе, не завалило, а вот захрадный домик, в котором живет вожделенная лопата… Лопата была внутри. А вот это белое censored again снаружи и мы с Милю, переполняемые полярными эмоциями, снова принялись разгребать то, чем завалило захрадный домик. Наконец, несмотря на все преграды, мы с лопатой воссоединились и приготовились слиться в снегоуборочном экстазе. Но тут позвонили в дверь и мы с лопатой пошли открывать.
С той стороны двери стояла соседка «в трусах». На самом деле она была в штанах и теплой куртке, но мы ее зовем соседка в трусах, потому что все лето она ходит в одних трусах. Точнее в разных трусах, но только в них.
— не злобьте се, — сказала соседка в трусах, — у вас есть лопата
— эээ, — сказала я, крепко прижимая лопату к себе.
— одолжите мне лопату, — просительно воскликнула соседка в трусах.
— лопаату — переспросила я пытаясь выиграть время.
— просим вас! там е страшне ходне снеху! — сказала соседка в трусах и протянула руку к моей лопате.
Ха! Еще как страшне, мне ли, успевшей поразгребать этот самый снег руками, ногами и лапами не знать! И я прижала лопату к себе еще сильнее. Соседка в трусах пожирала мою лопату глазами. Ладно, сдалась я, что я жмот какой-то.
— жмот, жмот! — вопили мысли в моей голове.
— вообще-то у этой соседки, на ее захрадке, стоит наш счетчик на воду, — ответила я жмотским мыслям.
— цо же — спросила соседка в трусах.
— ниц! — сказала я и отдала лопату в чужие руки.
Целый час я переживала за лопату прислушиваясь к скреб-скреб за дверью. Переодически скреб-скреб перекрывали вскрики соседки в трусах. Нецензурные. Через час лопата благополучно вернулась ко мне и мы с лопатой, слившись в одно целое, ринулись на борьбу со https://vk.com/зачеркнуто стихией. Еще через полчаса я позвала на помощь Гирю, который сын.
Вся наша деревня великого добра превратилась в один сплошной скреб-скреб. Скреб-скреб, с перекликающимся с ним нецензурными богемскими выражениями, доносился со всех сторон. От соседа слева, от соседа справа, от соседа напротив, от сосед турецкий гимн, от соседа за соседом турецкий гимн …
— ненавижу зиму! — сказал сосед напротив, выкидывая лопату снега за ворота.
— ха! — поддержал его сосед слева, — я еще больше ненавижу!
— ну уж нет, — отозвался сосед справа, — больше всех зиму ненавижу я!
— спросите нас, — включился в беседу Гиря, — мы вам расскажем.
— о да! да! — обрадовались соседи хором, — вы же с турецка!
И радостно принялись делать своими лопатами скреб-скреб в два раза быстрее, типа нашли того, кому хуже всех.
— нет, — сказал сосед справа, — до пердела эту вашу зиму!
— до пердела этот ваш снег! — поддержал его сосед слева.
— скреб-скреб! — отозвалась лопата соседа напротив, по виду соседа было понятно что он категорически согласен со всеми до пердела.
— угу, спросите нас еще раз, — угрюмо подтвердил Гиря.
Вдруг из-за угла вывернул дяденька. Дяденька тянул за собой санки. На санках сидела румяная девочка лет пяти.
— добриии дэээн! — радостно проверещала румяная девочка на санках.
— добри дэээн! — уныло ответили все соседи хором, продолжая монотонный скреб-скреб.
— то е красне почаси! — закричала девочка и развела маленькими ручками, как бы демонстрируя нам прекрасность погоды.
— цо же — переспросил сосед напротив.
— как красиво! — ответила девочка захлебываясь от счастья, — стоооолько снега! снег! снег!
— скреб-скреее…, — вдруг поперхнулась наша лопата в гириных руках.
— снеееег! — закричала румяная девочка, — билый-билый!
— снеееег! — радостно подхватил Гиря.
— нуу… — сказал сосед справа, — снег.
— билый, — отозвался сосед слева.
— красиво! — прокричал сосед турецкий гимн.
— моц-моц красне! — подтвердила девочка на санках и укатила оттянутая дядькой.
— вообще-то, — сказал сосед напротив, — зима это не так уж и плохо.
— местами даже красиво, — согласился сосед справа.
— чисто и било, — подтвердил сосед слева.
— опять же в посиловну ходить не надо, греби снег лопатой и здоровей, — заключила я.
— скреб-скреб, — отозвалась наша лопата.
— скреб-скреб, — радостно подхватили все остальные лопаты.
Деревня великого добра разгребала белый и красивый снег, строя из него стены, замки и снеговиков. Зима это не так уж и плохо. Если у вас есть лопата. И Милю, который, этому снегу, рад даже больше той девочки.
Natalya Enünlü

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *