АМЕРИКАНСКИЕ МЕЧТЫ.

— Жену свою я взял еще совсем юной девушкой, — рассказывает Вася. Мне уже 30 было, а Майке всего 18.
Вася это наш тренер, бывший серебряный призер Олимпиады по тяжелой атлетике. Мы, Васина аудитория, это его вечерняя фитнесс-группа в нашем бостонском русском спортзале. Восемь солидных мужчин от 40 до 50 лет. Все, разумеется, родились в России. Программисты продвинутые, менеджеры среднего звена. Научные работники. Верхний эшелон среднего класса, так сказать. Люди подкованные, серьезные. Почитайте наши резюме! У кого уже волосы седые, у кого русский округлый пузик. Или лысина. Занимаемся мы по вечерам, после работы.
— Я еще, когда ей еще и 16 не было, решил на ней жениться, — рассказывает Вася. Пришлось, конечно, немножко подождать. Жениться же у нас в Рашке только с 18 можно. Я ее два года ждал! Мля!
Вася одного с нами возраста, но выглядит намного моложе. Он сидит на большом, набитом войлоком шаре в центре спортзала, мы бежим кругами по коричневому мату вдоль зеленых стен. На одной стене написано большими буквами: Russian Boston Olympic Fitness Club. Окон нет.
— Так, приставным шагом! — командует Вася. Правым боком!
Мы, пыхтя, бежим правым боком.
— Родоки ее, конечно, вначале против были, — рассказывает Вася. Папа же там у нас по физике профессор, мама тоже журналистка. А я спортсмен. Сечете картину Когнитивный диссонанс, мля! Картина Репина! Но я, как серебро взял в Сиднее в 2000 году, так они сразу успокоились. Что характерно.
— Я дал ей все, — рассказывает Вася. Я ее практически с нуля создал! А она ушла от меня к французу!
— Я научил ее всему, — рассказывает Вася. Всему, что я знаю. Очки против солнца ей только версаче покупал. В очках есть только один бренд версаче других нету, запомните. Одежда — только Хьюго Босс.
— В Америку она хотела пожалуйста! — рассказывает Вася. Нам, спортсменам, грин-карту без очереди дают. Университет ей здесь оплатил, наш BU. Один из лучших. Там же 50 тысяч в год, мля! Я две смены в спортзале пахал четыре года, все для нее! Она после этого в Thining Machine Corporation работать пошла сразу. Быстро менеджером стала. Среднего звена. Все благодаря мне. Я ее на руках носил! На суши каждый день ее водил, она еще таиландскую еду очень любила.
— Левым боком теперь! командует Вася. Давайте, парни!
— Я этого Жан Поля сразу вычислил, — говорит Вася. Он с ней тоже там работает. Мля! Сразу вычислил, как только она французской новой волной увлеклась. Каждый вечер по фильму. Ну, ничё так, смотреть можно. Про любовь. Но каждый день Картина Репина!
— Она еще книги какого-то Марселя Пруста стала читать, — рассказывает Вася. — Я посмотрел — тягомотина. Две страницы прочитать невозможно.
— Я, — продолжает Вася, — как только она сказала мне, что ей со мной скучно, я сразу к нему после работы подъехал. Запарковался у подъезда. Жду спокойно так. Что характерно, не волнуюсь совершенно. Тут они с этим Жан Полем вдвоем подъезжают. На двух машинах, после работы. Я выхожу тоже, к ним иду.
— Так, парни! командует нам Вася. Теперь полуприсядью!
Полуприсядью нам труднее, животы мешают.
— Гриша, не халтурить! говорит Вася. Полуприсядью, мля, это тебе не на полусогнутых. Тяжело в ученье, легко в бою! Учись, студент!
— Она, главное, стоит, — рассказывает Вася, — стоит и на меня смотрит. Спокойно, не боится, знает, что я ей ничего никогда не сделаю. Но ко всему готова. А он, как меня увидел, сразу назад в свою машину. И двери запер. Ну, я одной рукой его бимер снизу зацепил и перевернул его, мля, на крышу. Одной рукой! Будешь знать, кондом дырявый, как чужими женами пользоваться!! Понял!! Ну, тут полиция приехала, он им сразу позвонил, как меня увидел. Ристрейнинг ордер мне дали. Молодцы, что быстро приехали, пока я его не убил. А то бы вы здесь с кем-нибудь другим занимались бы.
— Так, остановились. Тридцать отжиманий, — командует Вася.
Гриша делает пять отжиманий и останавливается. Просто лежит на мате, пот течет по его лбу. Я делаю двадцать пять. Потом тоже падаю на мат. Перевожу дыхание.
— Уже три недели она у него живет. А я сижу дома, не ем ничего, — продолжает Вася. Фильмы Годара ихние смотрю. Или Трюффо. До трех утра смотрю, пока он ей там пользуется. Каждый день пользуется, мля!
— Я же все ее позы знаю, — говорит Вася. — Знаю, как она сверху на стояк его там насаживается, и как смотрит нагло ему в глаза при этом. Знаю, как она на живот ложится и ноги сдвигает, она так со сдвинутыми лучше тащится от всего. Попку ему маленькую свою подставляет. Или знаю, как она ему ноги на плечи кладет. Тоже подставляет ему все, что надо. Мля!
— Сижу дома, фильмы смотрю, — продолжает Вася. — А сам думаю, как бы киллера какого-нибудь у нас в Рашке нанять У меня же везде концы есть. У спортсменов всегда связи, такова специфика работы. Человеческий фактор!
— Чтобы они поехали куда-нибудь в Мексику, — продолжает Вася. Или на Арубу, неважно. Номер бы им бы там на первом этаже дали. Они бы из ресторана вернулись бы, хохотали бы там над чем-то. Потом легли бы в кровать. Свет бы потушили, но ночники оставили бы, чтобы им друг друга видно бы было. Извращенцы! И киллер бы мой им бы дал бы минут 10 так покувыркаться. Чтобы не сразу. Но башку его поганую чтобы он все 10 минут в оптическом прицеле держал бы. Пока он вверх-вниз там. Сейчас такая техника, такие стволы, лазеры всякие, не промахнешься. И чтобы киллер мой уже перед самым концом, когда она бы уже на подходе к пику была бы, я-то ее знаю, как это у нее, чтобы он бы его башку поганую в этот момент снес бы. И чтобы пуля была со смещенным центром тяжести. Full metal jacet! Чтобы мозги его по всей комнате разлетелась бы.
— Чтобы она знала, как от меня уходить, — говорит Вася. Чтобы потом у нее эта сцена всю жизнь перед глазами стояла бы. Чтобы она потом ни одного мужика не могла бы к себе подпустить. Никогда! Ну, кроме меня, конечно. И то, я бы еще подумал бы. Подумал бы еще!
— Так, парни, остановились, — сказал Вася. — 30 приседаний. Гриша, давай, давай.
После 15 приседаний ноги становятся ватными. Вася поддерживает высокий темп. Забывает о нашем возрасте. Мы пыхтим как паровозы. Еще одно приседание, еще одно.
— А еще я думал, — рассказывает Вася. Вот бы в лотерею выиграть миллиард. Два года назад джэкпот как раз миллиард был. Такое бывает. Выиграть миллиард, и купить эту ее факинг Thining Machine Corporation. И уволить бы ее оттуда за шпионаж в пользу гугла. С треском! Чтобы ее потом никто на работу не взял. Чтобы никогда! Черная метка! Она бы ко мне бы тогда сразу прибежала бы! А я бы еще подумал. Подумал бы еще!
— Орлы, чего остановились говорит Вся. — Побежали опять!
Мы бежим. После приседаний ноги плохо сгибаются.
— Хотя, — говорит Вася. Если миллиард выиграть, лучше дом в Бруклайне за 20 миллионов купить. Такой, три этажа, стекло, бетон, дворец чтобы. Но современный дворец, чтобы стекло везде, как она любит. И потом в городе ее утром встретить случайно, в воскресенье. Рядом где-то, чтобы близко от меня было. Поболтать с ней 5 минут, и к себе потом в гости позвать. Как бы невзначай. На 10 минут только, просто посмотреть, как я живу, типа. А у меня уже там сесть с ней за стол в беседке на лужайке моей, служанка нам кофе туда приносит. С круасанами ее любимыми. Сервиз Фуллертон, как она всегда мечтала, тонкого фарфора. Ложечки… И тут я ее так типа спрашиваю, — а у тебя нет желания в море окунуться Случайно А то жарко что-то сегодня в городе Духота!
А она, — в море Ну, я ничего не говорю, в свой хаммер желтый ее усаживаю. И в аэропорт. А там у меня маленький аэропортик прямо возле дома. Частный. И у меня там свой самолет.
— У тебя свой самолет — она типа спрашивает. А я не отвечаю, только тумблерами щелкаю, и на взлет. А через два часа мы уже в Вест Палм Бич. И уже легко так с ней все, как будто не было ничего. Никаких обид уже, никто ничего не вспоминает. Просто треплемся ни о чем, я ее тут же в аэропорту в другой желтый хаммер усаживаю, дверь ей открываю галантно. У меня же везде хаммеры. Тут же в аэропорте самолет Трампа стоит, огромный. Эир форс уан! У Трампа же здесь тоже резиденция. Ладно, неважно, через 10 минут, там же все близко, мы уже в моем замке на побережье. Тоже стекло везде, как она любит. И сразу купаться. А у меня там из замка выход на пляж свой частный, в Вест Палм Бич у них у всех так, если деньги есть. А потом я веду ее назад к дому. Мы душ там принимаем в ванных соседних. У меня там такие ванные модерновые закачаешься, а тем временем нам служанка ланч ее любимый таиландский накрывает. Все, как она любит. Под пальмой, скатерть там белая, столовое серебро. Сервиз Космополитан, как она всегда мечтала.
— Так, парни, — говорит Вася. Теперь наклоны. Колени прямые. Гриша, давай.
— Пойдешь сегодня со мной в одно место я ее спрашиваю. Тут в 6 вечера я должен пойти на парти к Трампу. Он тут каждое воскресенье отдыхает от своего Вашингтона гребаного. Ужасно не хочется, но надо! Бизнес-интересы, сама понимаешь
— К Трампу это она. — Так у меня же надеть нечего!!
— Спокойно, у меня все схвачено, — я ей отвечаю. С улыбкой такой, типа. И в бутик Версаче ее веду. Тут же все близко. Берем ей платье-коктейль, там бирка 35 тысяч. Туфли там, сумочку.
— 35 тысяч это она.
— Не смотри на цену, — это я ей. у меня тут эккаунт, они мне на фирму потом, в конце года, счет присылают. Я даже не смотрю мелочи. Даже не думай об этом. Не заморачивайся!
— У тебя тут в бутике эккаунт она спрашивает. И многих девушек ты сюда возишь каждое воскресенье
— Ты первая, — это я ей. И других не будет.
— Гриша, колени прямые! прерывает Вася свой рассказ. Мы этот рассказ, если честно, уже наизусть знаем. Как-никак уже месяц с Васей занимаемся.
— Ну, потом парикмахерская, ей прическу, — продолжает Вася. — И к 6 к Трампу. А там у Трампа я ее со всеми знакомлю.
— Иванка, — говорю, познакомься это моя Майка.
Потом Трамп к нам подходит, мы друг друга по плечам хлопаем. Он ее с Мелани знакомит.
— Какое платье, — говорит Мелани Майе. Как оно вам идет!
Мелани в этих делах хорошо разбирается. Они с Майкой немного разговаривают, не слышу о чем, правда. Мне тут с Джаредом Кушнером нужно один проект в сторонке обсудить. Тет-а-тет, как говорит ее Жан Поль. Козел!
— Мы тут на ночь останемся Майка меня спрашивает. Домой завтра полетим
— В этот раз никак не получается, — это я ей. У меня завтра в 9 утра важная встреча в Бостоне. На 100 миллионов одно дело.
— На 100 миллионов она удивляется.
И мы, как есть, в платье, в смокинге в аэропорт. И через два часа мы опять в Бостоне. Я ее до дома довожу до Жан Половского. В Хаммере желтом своем.
— Созвонимся, — говорю. Не пропадай.
— Теперь развороты в обе стороны, парни! — говорит Вася. Нале-напра-во!
— А дома, — продолжает Вася, — дома я звоню в AT&T. И меняю свой номер телефона, чтобы она никогда, никогда не могла мне позвонить. И я обрубаю все концы. Все каналы коммуникации! А она живет со своим вонючим Жан Полем, и тут догоняет, какого человека она упустила. И она больше не может его фильмы вонючие французские смотреть. И они едят свои тэйкауты из китайского ресторана вонючего, а кофе в лучшем случае из данкин донатс. И у них от этой еды поганой изжога все время. А он рыгает. И она все время обо мне думает. А я, что характерно, о ней даже и не вспоминаю совершенно. Проехали!
— Гриша! заорал Вася. Гриша, мля! Ты зачем сюда пришел, мля!!! Заниматься пришел, или Ваньку валять!!!!!! Картина Репина, мля!!!!!!!!!
Вадим Ольшевский

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *