На похоронах 104-х летней бабушки нашего друга все тихо скорбели.

Скорбели неискренне, зато искренне мечтали прожить столько же.
Выступающие говорили об усопшей уже больше часа, освещая её трудовые и житейские подвиги, но добрались лишь до середины ХХ-го века.
Бабуська была, несомненно, легендарная, но, как говорится, народ устал от речей и явно мечтал быстрее отпустить её к праотцам.
Наш друг, внук усопшей, чувствовал себя виноватым от того, что мы испытываем такие неудобства из-за его родственницы, поэтому постоянно тревожно поглядывал по сторонам.
— А я это, когда бабушке исполнилось 100 лет, хотел устроить ей настоящий праздник с шикарным застольем. Она очень обрадовалась и попросила пригласить на юбилей всех её одноклассников — смущаясь сообщил скорбящий внук.
Мы все удивлённо подняли брови и задали немой вопрос:
— И!
Внук тяжело вздохнул, перевёл взгляд на гроб и грустно сказал:
— Никто не пришёл. Расстроилась она тогда сильно и вместо компота случайно почти литр араки выпила.
Ей так понравилось опьянение, что она каждый день стала требовать приносить араку. Песни пела, как напивалась. И что характерно, постоянно благодарила меня:
— Внучек! Если бы не ты, то я померла бы, не испытав удовольствие от араки! Спасибо тебе! Налей-ка…
— А от чего она умерла — спросил я.
Внук снова тяжело вздохнул, шмыгнул носом и, еле сдерживаясь, сдавленно сказал:
— Напилась араки и на турник запрыгнула. Один оборот смогла сделать, а на втором пальцы соскользнули. Упала с турника. Насмерть…
Мы закрыли лица ладонями и со слезами на глазах, ритмично вздрагивая, молча смеялись.
А стоявшие рядом бабушки, аккуратно протирая кончиком головного платка уголки глаз, смотрели на нас и в душе мечтали, чтобы и их, когда придёт время, так же горько оплакивали внуки…
Alan Moon

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.