Берестяная табличка

 

берестяная табличка - испортили, остолопы, сломали! - ругался седенький, сгорбленный старичок. - сколько им раз говорили, осторожнее, аккуратнее!- я им, нечистым детям и так говорю, и эдак, а

— Испортили, остолопы, сломали! — Ругался седенький, сгорбленный старичок. — Сколько им раз говорили, «осторожнее, аккуратнее!»
— Я им, нечистым детям и так говорю, и эдак, а они что Что теперь нам делать — Продолжая ругаться и носиться по загромождённому всякими старинными вещичками кабинету- Спокойнее, мы с тобой уже не так молоды, подумай о себе. — Рассудительно говорил сидящий у стола жалкого вида старикашка.
— Да что тут я Что тут я! Может, эта та самая находка, которая прославила бы и меня и тебя. Может мы потеряли последний свой шанс остаться в веках!
— Ты ведь и без меня знаешь, такие таблички не надёжны, легко рассыпаются, а вот фотографические карточки дело другое. У нас их несколько штук, справимся.
— Что эти картиночки в сравнение с настоящей, умершей письменностью
— Спорить даже не буду. Великая ценность! — Глаза даже засверкали — только этого уже нет, только мелкие кусочки и много пыли. Но, как бы то ни было, мы можем и должны работать с тем, что имеем.
— Знаю я, знаю. — Утомлённо сказал враз сникший человек. — Думаешь, оно стоит дела
— Уже позвонил, соберёмся старой компанией у Зосова.
— Все — С недоверием глянул на сидящего старика.
— Ради такого у всех нашлось свободное время. — Широко улыбаясь, ответил тот.

За многие десятки веков до того разговора двух стариков в загромождённом кабинете состоялся другой, в тени цветшей черёмухи. Говорили и о берестяной дощечке, и о письменах которыми предстояло только её покрыть.
— Да сделай ты уже эту табличку! Честное слово, больше я за этих балбесов не возьмусь, пусть хоть сдохнут!
— Ну-ну, не сердись. — Отвечал беловолосый старец со свойственной его возрасту улыбкой. — Слишком ты добрый, не дашь издохнуть им таким образом.
— Я, добрый Да с ними… Я уже попросту видеть подобного не желаю, пусть страдают за свою глупость! Пусть хоть заживо сгниют от этих чёрных язв. Уж что-что, а подобное врачевать удовольствие самое паршивое на моей памяти!
— И где ты собрался повесить табличку
— Ясно дело где, у нужника!
Старец вздохнул.
— Так что писать
— Что писать — Переспросил седеющий мужчина.
— Что писать — Переспросил он сам себя.
— Пиши! — Важно расхаживая, стал он диктовать — Подтираться травою лоснящейся чревато болезнью лютой, спасу от которой нет!

 

© Логинов

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *