Довольно часто каждый из нас делает поспешные выводы

Заметив мужчину в дорогом автомобиле сразу думаем — наворовал. Видим девушку в такой же машине — ну вы поняли. Слышим крики во дворе — алкаши. Татуировки — зек. И так далее. Вот и я такой же, как оказалось. Мы привыкли думать о себе лучше чем мы есть на самом деле. Это все преамбула. Фабула будет ниже.
Моя рабочая смена начинается в 8:30 утра. Я получаю ящик от напарника с предыдущей смены, пополняю запасы лекарств, беру под роспись заветную оранжевую коробочку с лекарствами не для всех и в 9:00 я уже готов к работе.
В эту смену я выехал на первый вызов, повод был самый распространенный — высокое артериальное давление. Купировал криз, связался с диспетчерской по рации и услышал мое самое любимое направление — домой. Но вернуться мне так и не дали — вызовы сыпались градом.
Время уже за 12 часов дня. Как-бы пора уже вернуться, хоть чаю выпить да лекарства пополнить, но рация все не замолкает. И вот он — вызов моей мечты — на городской свалке бытовых отходов плохо человеку. Повод — рвота.
Вот о ком, скажите, мне думать Городская свалка. Рвота. По-любому местный житель, или проще говоря бомж. А рвота — потому что съел какую-то фигню. Вы ведь тоже об этом подумали Вот и я подумал. А зря.
Свалка находится на достаточном удалении от города, так что ехать далеко. По пути на свалку я и водитель делимся предположениями и догадками что же все таки я встречу. Загадывать как обычно не надо. Надо увидеть глазами и разбираться на месте.
Подъезжаем к контрольно-пропускному пункту, нас уже встречают. Охранник указывает нам направление, рассказывает как тут ориентироваться и собственно где нам искать того самого человека. Координаты примерно получены, продолжаем движение.
Минуты через две по пути встречаем мужчину, который машет нам рукой. Вот он, самый лучший навигатор. Движемся навстречу к нему. Из разговора понимаю, что плохо женщине, и работает она вон там, где разгружаются мусоровозы.
Работает Вообще не думал о том, что свалка это тоже место работы. Заложник стереотипов, я же говорил.
Останавливаемся рядом с грузовиками, подходит к нам эта женщина. За 50, в рабочей форме, старой, но не грязной. Лицо обветрено, руки сильные. Видимо давно работает на открытом воздухе.
Слушаю жалобы. Тошнота, однократная рвота, головокружение, шум в ушах. Температуры нет, легкие чистые, без хрипов, живот мягкий, безболезненный. Измеряю артериальное давление — 190/100 при рабочем 120/80. Вот и причина рвоты, тошноты и всего остального.
Спрашиваю может связывает все-таки рвоту с тем, что могла отравиться — категорически отрицает. Еду приносит в контейнерах из дома, на работе есть холодильник и микроволновка. Созданы все условия.
Из разговора выясняю, что живет она в городе, состоит на учете у терапевта, лекарства принимает ежедневно. Считает, что ухудшение состояния связано с физической нагрузкой.
Работает она на приемке сортировщицей. Проще говоря отделяет пластик от металла и отправляет этот мусор в центр переработки. Иначе говоря — делает то, чего не делаем мы.
Даю каптоприл под язык, начинаю набирать в шприц препараты от давления. Ввожу в вену. Пока заполняю карту вызова женщина говорит что ей становится легче. Проверяю давление снова — 150/90. Совсем другое дело, раз начало снижаться, то опустится до нормы.
Сигналю диспетчеру по рации, говорю что машину лучше вымыть, нас возвращают.
Это я все к чему Да к тому, что пора прекращать мыслить стереотипами. Даже в таком месте как свалка тоже работают люди. Одни лучше, другие хуже. Просто судьба у всех разная.
Я свой урок вынес. А вы

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.