Люблю я по дороге с работы, а хожу я пешком, упасть на скамейку какую-нибудь на покурить и поводить глазами

И вот сижу я и рядом со мной присаживается юноша, весь в чёрном, с серьгами в ушах и в носу, в кепочке ультрамодной или не модной, я не разбираюсь, но идёт ему необыкновенно, и волосы эти, из-под кепочки торчащие, тоже очень хороши.
В этом месте можно представить себе даму, более чем зрелую, что взором горящим отслеживает юношей упругих, хищно прищуривая глаза и жадно причмокивая сигаретку морщинистым ртом. Да, это я. Я люблю и я смотрю без зазрения совести и какой-либо скромности, потому что мнётся и жмётся тот, кто боится отказа, а я на него даже не рассчитываю, ну и хули мне глаза отводить
Я смотрю, прищуриваясь и затягиваясь.
Юноша, отдать ему должное, к выпадам моим слеп и глух. Достаёт сигарету и, придерживая её двумя пальцами, долго роется в рюкзаке. Молча, как и подобает искушенному и изощренному, щелкаю у него под носом зажигалкой. Без суеты и спешки, всё также не обращая на меня ни малейшего внимания, юноша прикуривает, выпуская дым через тонкий нос. Некоторое время задумчиво смотрит в даль, а после снова роется в рюкзаке и достаёт книгу, раскрывает её по закладке и погружается. На книгу я не смотрю, я смотрю на юношу, на профиль его, на ресницы, на скулы, на пальцы, на губы смотрю и наглядеться не могу.
Но взгляд всё же падает на обложку «сварочные деформации и напряжения.»
И до того юноша всем хорош был, а с этой книгой так и воссиял.
Аня Кешина

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *