Это называют блошиный рынок, да

Это называют блошиный рынок, да Не знаю как правильно. Но там продают несбывшиеся мечты. На полу разложены, на натянутых между деревьями веревками, развешены мечты детства, юности, молодости.

Не знаю как правильно.
Но там продают несбывшиеся мечты.
На полу разложены, на натянутых между деревьями веревками, развешены мечты детства, юности, молодости.
Все то, о чем я когда — то мечтала, там есть.
Вот висит куртка. Классная. Из блестящего материала. На кнопках и веревочке снизу.
Когда мне было двадцать — такую было не достать. Я ходила в драповом пальто, а модные девчонки в таких куртках.
Я смотрю на нее и мне тоскливо. Почему я могу ее купить сейчас, а не тогда Почему тогда, когда она мне была нужна, она досталась не мне
А теперь она стала не нужна. И ее предали.
Ее вывесили тут, она почти не ношена. А ведь я могла ее доносить до дыр, до протертостей на локтях и рукавах.
Она бы могла меня сделать счастливой.
А может быть, если бы я тогда ее купила, я могла бы найти жениха не в двадцать восемь, а в двадцать И он бы был взрослый, красивый, состоявшийся мужик, на десять лет меня старше, который бы заметил в этой куртке хрупкую, нежную девочку, взял бы меня за руку и повел бы меня по жизни, заботясь обо мне, даря мне спокойствие и чувство защищенности. И тогда моему сыну бы сейчас было не 23, а 31. А моему мужу могло бы быть сейчас не 40, а 60.
Ебтвою мать….
Хорошо что не купила тогда.
Хорошо, что моему мужу не шестьдесят. Шестьдесят — это же почти старик.
А вот юбка о которой я столько лет мечтала. Джинсовая. Коротенькая. Когда — то ее было можно купить только за бешеные деньги, которых у меня не было. А теперь я бы рада, но она сто лет как вышла из моды. И короткое уже не носят. И я уже не та….
А если бы она досталась мне тогда, то я смогла бы ….
Ах да, муж за шестьдесят мне не нужен.
Хрен с ней с юбкой.
Но почему — то все равно грустно.
А вот Макс застыл над какой — то расстеленной на дороге тряпкой и завороженно сказал вслух:
— Ух ты, готовальня.
И оказалось, что в моей памяти, где — то очень далеко, тоже лежит это слово. Готовальня.
Смешное.
Я подошла и посмотрела на землю — там лежал огромный деревянный красивый пенал, заполненный всякой шарабурой для черчения.
И грустные глаза мужа.
А значит, если бы когда то ему купили такое, он бы смог стать инженером — проектировщиком. Ну как вариант. Стоял бы над кульманом и всю жизнь чего — то чертил.
Я посмотрела на него.
Представила его возле кульмана …..
Нахуй.
Хорошо, что не купили.
Лучше пусть айтишник, чем возле кульмана, с циркулем и линейкой.
А потом еще и еще какие — то вещи, модные тогда и не нужные теперь. Огромный базар знакомых до боли вещей, которые так и не случились в нашей жизни.
И вдруг я подумала о том, что может быть они продают это барахло, а мы не продаем именно потому, что эти вещи в нашей жизни так и не случились
Может в этом есть какая — то система
Система равновесия сбывшихся мечт
Грустный, очень грустный базар, на котором вдруг я увидела грустную маленькую куклу. Она лежала на земле, и как маленький живой ребенок, смотрела на меня своими грустными глазами.
У меня в детстве не было такой красивой куклы.
У меня в детстве были куклы из пластмассы, с наскоро скроенными дубовыми руками, ногами, и с дубовыми чертами лица. А эта резиновая мордаха моей мечты лежала рядом с каким — то грязным старьем и мне показалось, что это кощунственно оставлять ее здесь, среди этого барахла и чужих не реализовавшихся надежд.
И я купила это маленькое произведение искусства.
Пусть хоть у нее сбудется сегодня мечта — найти покупателя, который оценит ее по достоинству.
Пусть хоть у кого- то сбываются мечты вовремя.
Валентина Пахман

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *