Когда Танина квартира начала ну прям вопить, что в ней обитает не Татьяна Олеговна (молодая женщина с в/о, без в/п

Когда Танина квартира начала ну прям вопить, что в ней обитает не Татьяна Олеговна (молодая женщина с в/о, без в/п , а замученная жизнью и махнувшая на все рукой тетка неопределенного возраста,

, а замученная жизнью и махнувшая на все рукой тетка неопределенного возраста, было решено сделать ремонт. Так, припудрить поклеить обои, покрасить потолки, без затей и изысков.
Таня купила рекламную газетку и начала звонить.
В фирме А ей сказали: — Однокомнатная 36 метров Не наш масштаб. Мы на бензин больше потратим, чем заработаем.
Фирмы В, С, D и далее реагировали аналогично. Все, что меньше Лувра, Зимнего дворца или загородного дома начальника отдела жилищного строительства в горисполкоме, их не интересовало. У Церетели много единомышленников.
Пришлось искать народных умельцев.
Первый мастер взял аванс и вместе с ним бесследно растворился в облаке невнятных обещаний.
Второй, потертый дядечка лет 45 по фамилии Пилинога, посмотрел, повздыхал и пообещал начать с понедельника. В понедельник, однако, вместо Пилиноги явилась странная дама, с порога вопросившая: — А ты замужем Таня, не любившая сумасшедших, попыталась было захлопнуть дверь, но с дамой этот номер не прошел: — Одинокая, значит. Это мы вот так мужиков переманиваем! Я те дам ремонт, шалава! Ты мой ремонт долго помнить будешь!
Ну и еще много чего, на радость соседям. Даже удивительно, какие сильные чувства заронил Пилинога-муж в сердце своей решительной жены.
Затем был найден тощий унылый Михалыч.
Горький опыт даром не проходит, и Таня сразу сказала: — Учтите, я не замужем.
На что Михалыч шмыгнул носом: — Ты мне это, хозяйка, брось, я по ремонту, а не по баловству.
За два дня Михалыч разгромил квартиру до основания.
Строительство же нового мира шло туго.
Михалыч был нетороплив и, так сказать, фундаментален. А также смотрел все новости по всем каналам. И подъедал все, что было в холодильнике. К исходу второй недели ударного труда он покрасил потолок на кухне, заляпав краской окно до полного безобразия, и оклеил одну стену там же.
В пятницу после школы и перед репетиторством Таня забежала домой и обнаружила Михалыча на насиженном месте — перед телевизором. Ты вот что, хозяйка, ты б хоть горячее что готовила, что ж это я весь день всухомятку. И ты это, ничего тут сама не трогай, я на недельку-другую отъеду, сентябрь, картошку на даче пора копать и сарайчик поправить, вернусь доделаю.
Таня поняла: или она вот прямо сей секунд, презрев гуманистические принципы, безжалостно выдергивает Михалыча, пустившего крепкие корни на ее жилплощади и присосавшегося к холодильнику, или в ее будущем Михалыч будет присутствовать как величина постоянная. Наряду с раскуроченными стенами. С перерывом на копку картошки и починку сарайчика.
Если Пилинога-жена уложила Танину репутацию в гроб, то шумное изгнание Михалыча вколотило гвозди в крышку этого гроба.
Квартира же ассоциировалась с выражением «погром в Шепетовке». Причем хотелось добавить выполненный с особым цинизмом.
И Таня решилась. Ну в конце концов, если тебе 28, и да! ты не замужем! и друга, который бы помог, у тебя тоже нет! так что сложить лапы и смириться Никогда.
Потолок красился пятнами. Некоторые пятна имели ну просто издевательские очертания.
Обои клеились пузырями. И посреди ночи та или иная обоина с тихим, но зловещим шелестом сползала по стене вниз.
Михалыч начал вспоминаться со светлой печалью.
В один прекрасный день, папа репетиторствуемого семиклассника Вовы Ш. спросил: — А чем это от вас, Татьяна Олеговна, пахнет, химией какой-то
— Ремонт делаю, — сухо сказала Таня.
— Подрабатываете удивился папа.
Ну, все знают про последнюю соломинку на спине верблюда.
Отпоив Таню валерьянкой, папа Вовы Ш. сказал:
— Делов-то, если вы не против, так мы в субботу зайдем, что там делать-то, на 36 метрах, раз плюнуть. Вон вы моего оболтуса из двоек вытянули, на родительское собрание ходить не стыдно.
P.S. Нет, Таня не разбила семью семиклассника Вовы Ш.
Папа Вовы Ш. пришел с двоюродным братом.
Брат Денис Сергееевич, главврач поликлиники — потом вспоминал на мальчишнике:
— Глянул я на нее, мужики, стоит такая, в косыночке, краска на щеке, глаза несчастные, сразу понял кончилась моя свобода.
P.P.S. Потолок все равно пятнами.
© Наталья Волнистая

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *