Ой, сказала она, я отдам дочери двухкомнатную квартиру, а нам с мужем хватит и однушки

 

Однушки
Хватит
Я помню как мы пришли покупать линолеум в одну из комнат нашей квартиры. Маленькая конечно была комнатка, всего 9 квадратов. но после ремонта мы там планировали разместить большой шкаф, два компьютерных стола, и даже поставить гладильную доску….
И вот мы пришли в огромный ангар, оборудованный под склад этих самых рулонов линолеума и когда нам отрезали наш кусочек, я лично испытала шок.
В этом огромном ангаре, эти 9 квадратов выглядели как маленький лоскутик, на котором не то что нельзя разместить вообще что бы то ни было, а на котором нельзя было разместиться вот нам с мужем, не стукнувшись локтем или жопой.
И именно тогда я наглядно ощутила, как убого мы живем.
Как убого мы привыкли жить.
Как мы не замечаем, что то, что мы привыкли считать нормой — это то, с чем можно мириться, но не то, что можно считать обыденностью и не то, что можно считать жизнью.
А потом мы искали дом. Чтобы купить. Чтобы переехать туда с кошками.
И зайдя в один из таких домов, мы вдруг поняли, что нашли дом своей мечты — дом из которого не захотелось уходить. Мы ездили и ездили его смотреть, мы думали и прикидывали сможем ли мы его потянуть по деньгам.
Он был 350 кв.
И когда моя мама спросила — зачем вам такой огромный дом, я искренне ей ответила — а разве дом может быть другим Разве это не нормально хотеть такой дом
Понимаете, когда я зашла в этот дом и увидела спальню в 40 кв, я поняла что спальня должна быть такой. Не 14, не 16 и даже не 20. Только там я впервые поняла, что спальня — это помещение не где много тумбочек, шкафов, кровать и узкий проход к своему спальному месту, а это комната, где должно быть много воздуха. Где можно ночью лечь и не орать истошно — открой поскорее окно — мне нечем дышать, а можно просто лечь и уснуть. Где можно встать, пойти и подойти к окну в пол.
Понимаете, не встать и упереться носом в шторы окна, задев локтем подоконник, нет…. Именно встать, потянуться в разные стороны, найти под кроватью свои тапочки, потом шаркая ими просеменив хотя бы два метра, кутаясь в махровый халат, подойти к окну и раздвинув шторы, впустить в комнату солнце. И чтобы солнце это играло на мягком, длинном ворсе ковра, а не на смятой постели и не на дверцах шкафа твоей прабабки, доставшемся тебе в наследство, не на тумбочках, стоящих друг от друга на расстоянии вытянутой руки, и не на противоположной от окна стене — нет. Именно на полу. А для этого, надо всего ничего — иметь такого размера спальню, чтобы в ней было хотя бы два метра длинны свободного от мебели пола. Хотя бы два метра. Чтобы не встал с кровати, повернулся и открыл штору. А встал, прошел и открыл.
И на кухне должно быть пространство.
Чтобы не сел пожрать, повернулся и достал с разделочного стола полотенце, а встал, сделал два , а лучше три шага, а лучше пять и взял полотенце. Пять шагов на кухне. Всего лишь пять.
Вы задумывались о том, что пять шагов для кухни это нормально
Сейчас на моей кухне можно сделать два шага. Я счастлива как слон.
Но я жирная корова. И я мечтаю похудеть.
И мне говорят надо ходить.
А я хожу.
Уже вот год хожу — у меня есть два шага теперь на кухне. А раньше не было ни одного. А было бы пять — возможно бы похудела.
Мы живем как коровы в стойле — справа стенка, слева стенка и сокрушаемся, что не можем похудеть.
Но это не самое страшное. Нет.
Мы думаем, что жить в стойле — это нормально.
Она сказала — я отдам дочери двушку, а нам с мужем хватит однокомнатной квартиры.
Мне стало грустно.
Пахманв Пахманв

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *