Ева.

 

Ева ждала своего Адама. Так ей всегда мама говорила с детства:» Ты у меня и умница и красавица! Найдём тебе жениха — заглядение!» Маме Ева верила, потому что мама была в танке. Не в смысле, служила в армии, а в смысле что одна дочь тянула… «Потому что наш папочка — козёл!» Всё детство Ева каждое утро внимательно смотрелась в зеркало — вдруг рожки выросли Потому что у других детей папы были человеки, ну на худой конец «алкаши» или «алиментщики долбанные», а у неё — » козёл «…
Рожки не выросли. Со временем,Ева превратилась в симпатичную девушку. Первого Адама звали Славик. Он учился в том же ВУЗе, только факультет был другой. Славик был из другого города, жил на стипендию и случайные подработки. Поэтому всё было скромно, никаких ночных клубов и ресторанов — сомнительный кофе в студенческой столовой, скромная койка в общаге, ещё более скромные друзья, деликатно стучащие в дверь поутру, чтобы взять конспекты… Ева всерьёз заглядывалась на длинные белые платья, познакомила Славика с мамой… И тут выяснилось, что у Славика тоже есть мама… Она приехала. Ева узнала, что её Адам, оказывается, » неблагодарная тварь», что он «бросил мать и спутался с шалавой» и вообще «вот тебе, девочка,тест, беги-ка в туалет». Славик уехал, но обещал писать. И написал. Честно три письма — два старомодных, бумажных. И одно по электронке. Письмо заканчивалось словами » Я буду любить тебя вечно»…
Второго Адама звали Магомед. Он был из Махачкалы, занимался борьбой. Еве поначалу нравились его бурные ласки, совсем не похожие на слюнявые потуги Славика. Но потом она поняла, что горячий южный мужчина горяч во всём. И в гневе тоже. В особенности он не понимал, почему в конце месяца она возвращается с работы около полуночи. Бухгалтер же, не таксист! Затем следовали пощёчины. Ева привычно рыдала, привычно вызывала такси и ехала к маме. Через пару дней появлялся Магомед. Выбритый до синевы, благоухающий дорогим парфюмом, на арендованном белом «Мерседесе». Он вставал на колени, и говорил что готов целовать песок, по которому она ходила » мамой клянусь, да!» И всё возвращалось на круги своя…
Третьего Адама звали Сашок. Именно так: не Саша, и уж тем более не Александр — Сашок. Он был не спортсменом а таким уютным домашним телепузиком — любителем святой мужской троицы: диван-футбол-пиво. Но он хоть руки не распускал… Впрочем, однажды придя с работы, Ева не нашла его на диване. И телек был выключен. И рубашки из шкафа пропали…
Кот тоже ушёл. Однажды ночью, издав какой-то утробный рык, он, аки пардус, скакнул в форточку…
Ей под сорок. В активе: два аборта, должность главбуха, мама-сердечница. Впрочем, мама всё ещё уверена, что своего Адама она ещё встретит…
PS. Кот вернулся. Правда, не один — привёл с собой тощее блохастое существо женского кошачьего пола. Ева вздохнула, и полезла в буфет за второй миской…

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *