Забрал дрель и тапочки, и компьютер с интернетом, и ушел

 

Забрал дрель и тапочки, и компьютер с интернетом, и ушел Эта женщина слегка покачнулась, и упала на кровать, и стала себе страшно переживать и расстраиваться. И даже хотела отравиться

Эта женщина слегка покачнулась, и упала на кровать, и стала себе страшно переживать и расстраиваться. И даже хотела отравиться таблетками. Но ей в аптеке таблетки для отравления не продали, поняли, что она задумала. А только налили женщине валерьянки. «Вы, говорят, дамочка, не расстраивайтесь. Сядьте, вот, на табуреточку. А бывший ваш козел. Наплюйте на него. Вон, сколько кругом приличных граждан ходят. И все в костюмах и с портфелями. Найдете себе еще кого получше». А женщина им и стонет через слезы: «Как же теперь Зачем же мне жить»
А ей: «Чепуха все это! Наплюйте и забудьте. Вот, еще, из-за всяких мудаков вешаться! А вытрете лучше сопли». И салфетки ей дают. А женщина не может забыть и наплевать, у нее внутри сердца атомная воронка от взрыва.
И одна провизор сжалилась над женщиной, и говорит незаметно от других шепотом:
Вот, тебе, женщина, волшебные грибы, только никому про них не рассказывай. Ты, говорит, их съешь перед сном, и тебе легче станет.
И дает какие-то поганки в салфетке.
Женщина грибы незаметно взяла, и пошла себе домой. Села за стол, покрошила их на бутерброд с сыром, как ее провизор научила, и съела. И водой запила. И ждет. А ничего и не происходит.
Женщина вспомнила, что ее муж бросил, заплакала, встала на колени перед иконой Ксении Блаженной и крестится, просит, чтобы матрона Петербургская его покарала. И Николай Угодник чтобы покарал, с другой иконы.
Ксения Блаженная и говорит женщине:
Не волнуйся. Я сама через два развода прошла. Я тебя не оставлю. Сдохнет у меня, тварь, от рака яичек.
Женщина Ксении Блаженной поклоны бьет, благодарит. «Спасибо, родная».
Тут вдруг Николай Угодник с другой иконы стал с Ксенией спорить:
Муж ее не виноват. Это женщина его довела. Не давала постоянно. От этого любой чокнется, к кому хочешь уйдет, если не давать. Даже к мужику.
А женщина говорит:
Я не виновата. Это у меня психологическое. Зато я ему минет часто делала.
Одним минетом сыт не будешь, сказал Николай Угодник и тяжко вздохнул.
Совсем что ли, старый, рехнулся! закричала на Николая Угодника Блаженная. Минета ему мало! Как у тебя язык только повернулся!
Ты, говорит Николай Чудотворец, молчи. Кто ты, и кто я, чтобы вякать Я великий международный святой. А ты без году неделя юродивая, городская сумасшедшая. Вякать тут мне
Ксения Блаженная не вытерпела и дала Николая Угоднику затрещину. У того аж митра с головы покатилась.
Ах, ты драться, блять такая! закричал Чудотворец. Вот я тебя:
И двинул ей палкой по загривку.
А Ксения его в ответ коленом в пах. Святитель Николай от боли согнулся, стонет:
Сука!
Потом как разогнется, да как шваркнет ей книжкой по голове, которая у него на иконе подмышкой нарисована. У Ксении Петербургской челюсть вставная и вылетела.
Матрона упала на карачки, и орет:
Женщина, помогай мне!
Что я должна делать закричала женщина.
Прибей ему руки гвоздями к иконе, чтобы он не дрался!
Женщина побежала в ванную, взяла чемодан с инструментами, вынула молоток, и ну, заколачивать в икону гвозди. Николай Угодник заорал, извивается, как гадюка, хочет с иконы убежать. А некуда. Наконец, приколотила. Распяла, как его прямого начальника. Ксения Блаженная Петербургская поднялась из грязи, вставила челюсть обратно, и шипит святому:
Ну, что, падла, допрыгался!
А Святитель Николай и ответить не может, женщина ему даже рот заколотила.
Ксения Блаженная поколдовала, поколдовала, и превратила Николая Угодника в муху. Потом отряхивается, и говорит женщине:
Не волнуйся, дорогая. А иди лучше спать, тебе с утра на работу в бухгалтерию.
Женщина ей поклонилась, перекрестилась триста раз и пошла спать.
Утром женщина глаза открыла, смотрит, а у нее вся икона Николая Чудотворца гвоздями заколочена. «Что за чертовщина», думает. Взяла гвоздодер и вытащила все гвозди.
А Николай Угодник зажужжал, и улетел на небо, Иисусу Христу жаловаться. Тут женщина вспомнила, что ее муж бросил, и заплакала. А потом слезы вытерла и пошла на работу, в бухгалтерию. А на работе новый начальник, только из Лондона приехал, англичанин, совсем по-русски не говорит. Спрашивают на всей работе: может, кто по-английски знает Думали, думали, вроде Люся из бухгалтерии. Вызвали женщину.
А у женщины после поганок что-то торкнуло, стала она всякий иностранный в совершенстве знать. Говорит англичанину: «Гуд монинг, сэр. How are you»
Файн, англичанин отвечает. И у него тоже торкнуло, влюбился в женщину по уши. Тоже, наверное, вчера грибов поел.
Перевел женщину из бухгалтерии, сделал своим заместителем. А потом и вовсе женился. И в Англию увез, в Лондон.
А муж ее бывший, и вправду, от рака яичек помер. Не соврала Ксения Блаженная Петербургская. Не подвела женщину.
Игорь Поночевный

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *