Сегодня, в понедельник, в десятом часу утра на Новинском бульваре, в толпе горожан, стадообразно бредущих на любимую работу со стиснутыми до зубного скрежета челюстями, мне стало страшно почти так же, как в старшей группе детсада, когда Раиса Николаевна в

 

Сегодня, в понедельник, в десятом часу утра на Новинском бульваре, в толпе горожан, стадообразно бредущих на любимую работу со стиснутыми до зубного скрежета челюстями, мне стало страшно почти

Над Новинским бульваром гремел симфонический оркестр. Он играл классику на такой запредельной громкости, что музыку было слышно, даже несмотря на вечно гудящую ульем пробку на Садовом. Оркестра я нигде не обнаружил, как ни крутил головой. Мелодия буквально висела в воздухе, от чего я инстинктивно присел, ожидая, что из-за здания МИДа вот-вот появятся вертолеты подполковника Килгора с Вагнером в динамиках.
Паническая аналогия с «Апокалипсисом сегодня» оказалась на редкость продуктивной. Во-первых, присмотревшись, я обнаружил, что музыка транслируется из колонок, развешанных по две на столбах вдоль Новинского бульвара. Во-вторых, прислушавшись, я и в самом деле узнал Вагнера, увертюру из «Нюрнбергских мейстерзингеров». В этом, кстати, нет ничего необычного, каждый интеллигентный человек знает «Нюрнбергских мейстерзингеров» наизусть, не говоря уже про увертюру (плюс есть Shazam).
Идея заводить над Москвой Вагнера в девять утра неплоха. И, хотя большинство из тех, кто бредёт утром по городу наощупь с залепленными пельменями глаз, вряд ли сумеет выговорить «Нюрнбергские мейстерзингеры», Вагнер над головой в девять утра как минимум мобилизует. Я понял это не только по себе, но и по мужику, синхронно присевшему рядом со мной напротив «Спортмастера».
Что это спросил он меня, седея на глазах.
Я объяснил ему про колонки на столбах.
Фух, сказал мужик, добавив ещё одно столь же короткое, но совсем уж не мелодичное слово, а то я подумал, война началась.
Олег Батлук

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *