Предательство — это бетонная плита, падающая резко, без шансов на спасение

 

Предательство - это бетонная плита, падающая резко, без шансов на спасение Это не руки отрезали, как сказал классик, это все тело пропустили через мясорубку. После этого, конечно, срастаешься,

Это не руки отрезали, как сказал классик, это все тело пропустили через мясорубку. После этого, конечно, срастаешься, собираешь себя по кускам, восстанавливаешь из пепла, но сам процесс! Процесс сжирает нереальное количество энергии, сил и времени. После всего этого, внутри, где-то чуть выше желудка, остается сквозная дыра. Черная прорва, которая тянет все силы. У кого-то маленькая точка, у кого-то Готтардский туннель. Мешает одинаково. Она пожирает изнутри, как бы ты не латал ее, не отмахивался и не переключался. Заноза гниет, расползаясь страхами по всему телу. Сковывает движения, спирает дыхание, выключает мозг. Живя с ней, смотришь с опаской на всех. Сжатый и прижатый со всех сторон уходишь в себя, выворачивая наружу колючки, чтоб защититься впредь. Наизнанку жить сложно, но не так страшно. Какой ты там внутри больше никто не видит. То настоящее, истинное. То, что было нежным, теплым, верящим.
— Теперь только так! Никому и никогда! — говоришь, зализывая раны, пугаясь каждого слова, взгляда, вздоха.
Самое страшное, что в таком положении можно зависнуть на года. С вывернутыми наружу швами, огрубевшей верхушкой, о которую ранятся прохожие, но не ты. Панцирь защищает, но счастливым не делает! Побывав под бетонной плитой, с обнаженной душой ходить страшно, но заново учиться надо…
©Василиса Савицкая

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *