Я поведаю вам историю одного маленького человека, маленького не по росту, а по социальному положению

Я поведаю вам историю одного маленького человека, маленького не по росту, а по социальному положению Художник Вальдемар Борисович каждый день смотрел в зеркало, шарахаясь от собственного

Художник Вальдемар Борисович каждый день смотрел в зеркало, шарахаясь от собственного отражения. Тело было страшно худое. Лицо изможденное, напоминающее вытянутый овал, с одним и тем же выражением полной обречённости. Но всё это не мудрено, художник мог не есть целыми днями, все своё время отдаваясь искусству. Мужчина воодушевлённо писал, писал, писал картины и портреты.
Главный герой настолько фанатично любил своё дело, что перед тем, как написать портрет своего заказчика, он изучал все возможные его фотографии и фотопортреты, морально готовил себя, пытался влезть в шкуру своего будущего героя. Так как заказов было не так уж и много, каждый постоянный клиент находился на счету и был на вес белого золота, инкрустированного бриллиантами.
У Вальдемара собственная мастерская. Маленькая комната, размером с послевоенный барак, с протекающими потолками и сыростью, из-за который лохматые крысы бегали по полу туда-сюда. Вальдемар не обращал внимание на подобные, мягко говоря, скотские условия.
Он медленными мазками обрисовывал портрет человека. Сначала пытался изобразить всю глубину эмоций во взгляде, потом наводил тени под глазами, пытался создать неповторимую мимику герою, чтобы отобразить особенность характера.
Его целью было изобразить живого обыкновенного человека, с плюсами и минусами. С явными достоинствами и скрытыми недостатками. Лицо должно выглядеть всегда эмоциональным, отображать качества человека. На картинах Вальдемара сочеталось сразу несколько эмоций: от брезгливости до высокомерия, от радости до сочувствия, от равнодушия до страха.
У гениального портретиста был сынок, Исак. Ему только исполнилось семь лет. Худощавенький мальчуган с белесой головой, маленькими голубыми глазами цвета морской волны и сияющей улыбкой, в которой отражалась вся радость детства. Мальчик ещё тот непоседа: бегал то туда, то сюда, дико хохотал и мешал отцу работать, так как оставить его было не с кем. Каждый раз смех ребёнка изводил Вальдемара, выводил из себя. Даже вгонял в депрессию. Как можно радоваться, когда в жизни столько проблем и невзгод, от которых с души воротит
Однажды Исак опрокинул мольберт, бегая по мастерской. Все с грохотом рухнуло на пол, краска размазалась, работа оказалась насмарку. В этот момент Вальдемар был готов разорвать мерзавца на части, заставить страдать так, как он заставил его, работавшего над этой картиной чертов год. Мужчина пригрозили сыну:
Если выкинешь еще раз что-то подобное, я тебя сожгу в печи или скормлю собакам!
С того момента Исак страшно боялся огня. Любое его упоминание вызывало ужас и страх.
Однажды в мастерскую нагрянул один толстосум. Высокий, толстый, плешивей старик, одетый в дорогое кожаное пальто с воротником из кроличьего меха. Богатей обратился к художнику:
Ты художник
Да, робко ответил мужчина.
Как тебя зовут
Вальдемар.
Напиши мне картину
Богатей прервался, рассматривал мастерскую. Неожиданно он заметил стоящего в стороне мальчугана, что широко разинул рот, вытаращил глаза и уставился на толстого дядьку. Толстосум снова повернулся к художнику, сверля того взглядом, продолжил:
Нарисуй мне, то, чего я не видел никогда. Страх, дикий страх. Чтобы у меня мурашки бежали по коже. Если ты это сделаешь, я заплачу любую сумму. Но в кратчайшие сроки, чтобы картина была готова через неделю
Долгое время Вальдемар думал, как ему написать работу, которая станет одной из самых страшных полотен в мире. Он ходил по мастерской, пытаясь не обращать внимание на сына, радостного и беззаботного, как всегда.
Вдруг в горле запершило, стало тяжело глотать, организм потребовал очередную дозу никотина, мужчина не выдержал и пошёл к себе в спальню.
Мебель заросла пылью и грязью. Перфекционизм Вальдемара не распространялся на порядок в доме. Мужчина подошёл к самодельной тумбе, сделанной из старой фанеры и покрытой толстым слоем пыли. Стоило её сдуть, как целые хлопья разлетелись бы по всей комнате. Художник открыл тумбу и достал пачку дешевых сигарет «Беломор».
Вдруг до Вальдемара дошло: он забыл спички в другой комнате. Мужчина быстрым шагом прошёл через тесный коридор с потрескавшимся обоями. На кухне художник увидел сына, сосущего черствый кусочек чёрного хлеба. Прямо на столе перед ребёнком лежали спички. Вальдемар зажег одну, небольшой оранжево-пурпурный огонёк колыхался из стороны в сторону. Неожиданно ребятёнок упал со стула, попятившись назад. В его глазах читался ужас, взгляд был направлен в одну единственную точку на огонёк.
Папа! Папа, ты хочешь сжечь меня произнёс Исак дрожащим, писклявым голоском.
Нет. Успокойся
Тут к Вальдемара пришла идея. Он зажег спичку и поднёс к ребёнку. В его глазах читался ужас, страх смерти.
На следующий день в мастерской художник приставил мальца к стенке, взялся за холст и принялся писать портрет. Поначалу мальчик хохотал, извивался, строил рожицы. Все это чрезвычайно не нравилось Вальдемару. Он решил взять спичку и держать её зажженную у лица Исаака. При виде огня мальчуган заплакал, из глаз покатились слёзы, размером с бусины.
Ребёнок старался не смотреть на огонь, но отец кричал, обещал морить его голодом, грозился выгнать из дому. Пока Вальдемар писал портрет сына, испуганного до чертиков, все вокруг потеряло смысл. Портретист настолько увлекся работой, что забыл про богатства, обещанные толстосумом. Мучения ребенка словно дарили ему наслаждение.
И все же порой художник испытывал жалость к мальчику и ненависть к самому себе. Ведь несмышлёныш ни в чем не виноват. Не заслужил таких мучений из-за какой-то чертовой картины. Внутренний голос подсказывал: «Брось эту затею, здоровье ребёнка важнее сухого куска картона». Но другой, искушающий, шептал: «Не смей сдаваться, ты в первую очередь человек искусства, а мальчуган лишь инструмент для его воплощения».
Исак стоял близ мольберта и смотрел на огонёк, который меркнул на мгновение и разгорался с новой силой. В то время Вальдемар продолжал писать портрет сына, прорисовывал карандашом каждый мускул на лице мальчишки, передавал особенность его мимики. Пришло время взяться за краски.
С первыми мазками догорала последняя спичка. Исак вздохнул с облегчением. Наконец-то это наказание закончилось! И тут на смену жалким спичкам пришло нечто более ужасное: толстая восковая свеча. Вальдемар взял затухающую спичку и зажег свечу. Огонь озарил всю мастерскую, единственный язычок пламени наводил ужас, беспросветный ужас на загнанного мальчика.
Свеча таяла на глазах, воск капал, но огонь все не гас. Художник писал портрет. Он передал ужас в глазах ребёнка, слезы которого бежали по красному заплаканному лицу. В каждой слезинке было столько страданий и мук, что становилось не по себе.
Вальдемар отвлёкся от холста и обратил внимание на кричащего сына. Он орал, стоя на коленях и проклинал собственного отца.
Будь ты проклят! Слышишь! Я проклинаю тебя гори в аду!
От неожиданности Вальдемар толкнул догорающую свечу. Она упала на халат художника. Одежда вспыхнула вмиг. Мужчина заметался по комнате, завывая от боли. Огонь распространился по всей мастерской, языки пламени пожирали все на своём пути, не останавливаясь ни перед чем. Оранжево-желтоватое пламя переливалось черно-пурпурными цветом.
Мастерская прилегала к постройке. Ее жители успели вызвать пожарных. Вскоре огонь был потушен, но мастерскую спасти не удалось. Внутри остались лишь два изъеденных огнём человеческих тела и картина. Почти законченная картина, уцелевшая чудом. Ведь холст сгорает быстрее…
С того самого дня картина кочевала с выставки на выставку, от аукциона до аукциона. Никто не решался купить портрет с дурной славой. Стоило одному его заполучить за баснословную цену, как он сгорал дотла в собственном доме. Картина же ни разу не пострадала.
Эрнест Прохоров

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.