Однажды муж взял меня с собой на корпоративную игру в пейнтбол

Однажды муж взял меня с собой на корпоративную игру в пейнтбол Поначалу было весело. Мы переоделись в камуфляж, натянули защитные жилеты, зарядили винтовки и разбежались по полю. Затем

Поначалу было весело. Мы переоделись в камуфляж, натянули защитные жилеты, зарядили винтовки и разбежались по полю. Затем оказалось, что я боюсь и не могу вылезти из укрытия, невзирая на то, что все понарошку. До конца боя просидела за блиндажами, и когда он закончился, выползла с нетронутой обоймой. Как говорится, победил тот, кто лучше всего спрятался и ни разу не выстрелил. Мой двоюродный дед в первом же бою умышленно прострелил себе бедро. Просто не смог пережить фонтаны крови и человеческие мозги, свисающие с березы. Второй дед, взятый в плен, рассказывал, как в самом начале сражений бывшие учителя, бухгалтеры, продавцы, счетоводы, шоферы и бондари бросали винтовки и бежали с поля боя. Их психика не справлялась с потрясением, так как еще вчера они мирно выделывали бочки, возили на овощную базу картошку и рассказывали детям о полярных экспедициях.
Люди во все времена бежали с войны. Древним египтянам за побег во время сражения, отрезали языки. Греки брили дезертирам половину головы. За беглого спартанца не имела права выйти замуж уважающая себя девушка. В древнем Риме «испугавшихся» отдавали на растерзание диким зверям, к примеру, слонам или тиграм. Вешали на деревьях и отрезали носы. К концу ВОВ было осуждено около миллиона дезертиров, из них расстреляли больше ста пятидесяти тысяч.
Вторую группу, не попавшую на фронт, называли забронированными. К ним относились специалисты высочайшего уровня и откупившиеся. Цена вопроса 5000 рублей. Именно столько стоила справка о диагнозе туберкулез и шизофрения. Только в Москве забронированных насчитывалось 45%, в то время как в обычной украинской деревне их число не превышало 2%. Бывало, медики за деньги вводили не желающему воевать бензин, и тот получал «опухоль». В эту самую секунду добровольцы шли на амбразуру, ползли в тридцатиградусный мороз по-пластунски и обедали распиленным двуручной пилой хлебом. Погибали в «долинах смерти». Получается, мир разделился на людей редчайшей отваги и храбрости и тех, кто физически и психологически не может воевать. Иными словами, на трусов и героев.
Как-то раз Майк Тайсон провел интереснейшую параллель страха с огнем. Если мы его контролируем, то готовим на нем плов, а если страх выходит из-под контроля, он сжигает все вокруг: и наш дом, и наш стул, и нашу тарелку с пловом.
В интернете много статей на тему, как стать смелым и отважным. Как не драпать от собак, не бояться глотать зонд и спасать девушек в подворотнях. Эти заметки круто читать, сидя на диване, попивая кофе, сваренный в медной джезве, и таская из конфетницы «красный мак». Другое дело, если на голову падает потолок, разлетается на осколки джезва и собственная кисть с крепко зажатой конфетой. Представив подобное, четко понимаю, что никогда не смогу отправиться на войну.
© Ирина Говоруха

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *