Костик был на все руки мастер, на все ноги спортсмен и на всю голову еб

 

.. Альтернативно развит. Хотя, последнее случилось с ним уже после нашей истории. И пусть Костик был счастливым обладателем пузика, парика и житейского опыта длинной в пятьдесят с лишним прожитых лет, всё это не мещало окружающим называть Костика Костиком. Однажды, Костика попросила помочь по хозяйству бабка Нюрка, которая приходилась ему такой заковыристой роднёй, что сношенница, ятровка и дщерша могли спокойно занять почётные места в любом словарном запасе. Хозработа заключалась в прополке буйно разросшихся сорняков, заполонивших бабнюркин огород.
Прибыв на место, Костик увидел типичный сельский быт: дрова в дровеннике, валенки в сенях, русская печка посреди дома, плазма на стенке. Плазма была заботливо прикрыта вязанной накидкой с рюшами. Под столом лежали здоровенные арбузы.
— Ого, какие у вас здоровенные арбузы под столом. — удивился Костик, не намекая ни на что в бабнюркиной внешности.
— Та это крыжовник.
Парик Костика слегка приподнялся.
— Чем же вы их поливаете
— Та водой из речки. Её из окна видно.
Он посмотрел в окно и действительно увидел речку. У Костика возникло ощущение, что речка тоже посмотрела на него. Он уже хотел спросить, какие тогда у них морковки, как вдруг из воды вырос пузырь. Проходивший мимо толи волк, толи бобёр (Костик был чистокровным горожанином) насторожился и принюхался.
— Какая-то она у вас…
Пузырь лопнул, оставив после себя зелёный туман, а Костик смог отчётливо прочитать по губам зверя слово «памагити».
— …мутная.
Волкобобёр замертво упал в речку и в её глубинах что-то довольно заурчало.
— Ну ладно, хватит лясы точить. — сказала бабка Нюрка для сокращения текста и ободряющим пинком отправила Костика поднимать целину.
Огород зарос знатно: густая жёсткая трава доходила Костику почти до пояса. Взяв в руки электрокосу, он принялся за работу.
Вы уже догадываетесь, что будет дальше, мои маленькие любители трэша
Работа шла бойко. Костик, чувствуя себя настоящим сельским парнем (предпенсионного возраста), натянул парик на затылок и воткнул травинку между зубов. Он уже представлял себе, как будет вечером пить самогон, чистый, как слеза чиновника. Остановившись передохнуть, Костик оглянулся посмотреть на уже проделанную работу.
Густая жёсткая трава доходила Костику почти до пояса.
Костик чувствовал, что берёт доселе недостижимые вершины офигевания. Только что срубленные кустарники обступали его со всех сторон. Подул ветер и в шелесте травы он услышал еле уловимый смех и даже, кажется, слово «лошара». «Не надо было есть тот крыжовник.» — подумал Костик. Он стал медленно пробираться к дому, попутно ощупывая свежевыросшую траву. Пожалуй, слишком медленно, потому-что в следующее мгновение он получил мощный пинок в нижнюю чакру. Ободряющий, конечно.
Надо отдать Костику должное: он не был бы Костиком, если бы не доводил начатое до конца. Расчехлив газонокосилку, он начал второй раунд борьбы за урожай. Второй раунд закончился, не начавшись: едва газонокосилка въехала в адские дебри, её тут же оплели жёсткие стебли и уволокли куда-то вглубь огорода. Костик почувствовал, как его парик седеет. Вдруг он ощутил, как что-то больно укусило его за язык. Он выплюнул травинку и та убежала, отрастив маленькие зелёные ножки и смеясь как карлик. Костик понял, что этот смех будет преследовать его всю оставшуюся жизнь.
Но его звали Костиком не просто так.
Следующие попытки ничего не дали. Секатор, мачете, напалм. Костик был готов на всё, мечась от дома к огороду и обратно. Одежда его изорвалась, цепляясь за колючки, а инструменты покидали его, словно боевые товарищи на поле брани. Схватив бензопилу, Костик вбежал в гущу растений и возвышаясь над ними, словно титан над смертными, стал сокрушать вражьи орды. Слышались крики «Это Спартааа!» и «Веганов на вас нет!». В какой-то момент он представил себя Урфином Джюсом, борющимся с волшебными растениями, и истерично засмеялся.
А потом стебель обвился вокруг его ноги, и Костик представил себя кавайной няшкой из японского мультика про тентакли. Смех моментально прекратился.
Ему кое-как удалось выбраться на чистый участок земли и обернувшись он увидел, как стебли травы свернулись в большой зелёный фак. «Водичкой она их поливает», — Бешено скакали мысли в голове Костика. — «Из речки». Он повернулся в сторону речки и пристально вгляделся в неё. Речка вгляделась в него. Его безумный взгляд, казалось, пронзал толщу воды, пространство и время, пытаясь разглядеть дно. «Кажется, я видел в доме саблю…»
Дед Михалыч, сильно переживавший за окуклившегося Олега и ещё сильнее за неиспользованный динамит, несколько часов назад вернулся с мероприятия без названия. Он уже успел вздремнуть и теперь сидел на крылечке своего дома, переваривая произошедшие события и несколько литров самогона, которые его организм научился запасать впрок, как хомяк. Или белочка. Дед Михалыч успел побороть волнения и слушал песню, хрипло игравшую из старого радио, а весь мир замедлился, словно сам воздух стал тягучим и густым. Медленно летали голуби над его голубятней; собаки как-бы нехотя открывали пасти, лая на совсем уж тормознутых котов, вальяжно ходивших по заборам; а в огороде бабки Нюрки какой-то мужик в одном исподнем исполнял танец с саблями, кружив посреди уже редких пучков травы с казацкой шашкой в руках словно в вальсе. Дед зажмурил глаза, а в стареньком радио всё играла песня.
Смеркалось.

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *