Звёздный час

 

Звёздный час ...- Начинается эксперимент по освоению космического пространства.- Передающая антена видеокамеры транслировала эксперимент на все центральные каналы мира. - Так...все составлющие в


— Начинается эксперимент по освоению космического пространства.- Передающая антена видеокамеры транслировала эксперимент на все центральные каналы мира.
— Так…все составлющие в наличии. — Учёный Циклопский посмотрел на мешок, затем перевёл взгляд на коробку. — Условия…- Он обслюнявил указательный палец и выставил его вверх — Подходящие.
— Записывай ход эксперимента, Степан.
— Ага. — Сказал Степан и вынул из внутреннего кармана бушлата завёрнутые в газету бутерброды. Он развернул свёрток, откусил бутреброд и написал на газете карандашом «Экмперимент». Засунув скомканную газету обратно и жуя бутерброд, Степан, развязав мешок, достал из него кота.
— Афанасич, изоленту давай! — Иван Афанасьевич протянул Степану маток синей изоленты. Степан достал из коричневой, картонной коробки ленту сосисок и отсчитав нужное количество оторвал от остальных. Степан собрал сосиски в кучку и примотал их изолентой к спине кота.
— Номер первый готов. Космическим провиантом снабжён — Сказал Степан, вертя в руках кота.
— Космический астронавт. Звучит!Звучит гордо! — Сказал Иван Афанасьевич глядя на кота. Кот посмотрел на Афанасьевича и тяжело вздохнул.
Афанасьевич и Степан кивнули друг другу, переглянувшись.
— Готов Запускай! — Скомандовал Иван Афанасьевич. Степан отошёл назад и, немного резбежавшись, подкинул кота вверх. Кот устремился ввысь и шмякнулся о снег. Перепуганный кот тут же бросился бежать в неизвестном направлении, оставляя следы лап на снегу. Степан достал газету и сделал пометку — «Номер первый убежал. Эксперимент продолжается.» «Номер второй».
— Чёрт. — Выругался Иван Афанасич и подошёл к камере. — Номер первый убежал. Продолжаем эксперимент по освоению космического пространства. — Запись с экспериментом транслировалась на весь мир в прямом эфире. Большие городские экраны стали собирать толпы неравнодушных людей. Люди кучковались у своих телевизоров.
Номер первый, добежав до ближайшего дома и отдышавшись, стал выглядывать из-за угла и следить за экспериментом.
Учёный подошёл к мешку и вынул из него следующего кота. Кот был толст и облизывался. С ним проделали ту же процедуру снабжения космическим провиантом.
— Номер второй пошёл! — Сказал Иван Афанасьевич и подкинул кота. Кот упал и вошёл спиной в сугроб, как раскалённый нож в масло, ещё быстрее, чем его предшественник. Кот не стал убегать, а изобразив кататонический ступор остался лежать, не двинув не одним из членов. Только лёгкий ветерок иногда покачивал торчащие вверх лапы. Кот поймал на себе взгляд мотающего головой Степана и тут же отвел глаза, продолжая претворяться.
— Чёртов толстяк!- Ругнулся Иван Афанасьевич. «Номер второй — слишком толст. Гравитация не преодолена». «Номер третий» — Сделал пометки Степан. Теперь трансляция шла по всем каналам без исключения.
— Степан! Неси водку — Иван Афанасьевич начинал нервничать. — Хотя нет, я там чай не допил… на столе… принеси его.
— Ага, щас будет. — Степан метнулся в дом, налил и выпил ещё рюмочку водки. Его передёрнуло, он скривил лицо и, резко взяв кружку, подбежал к Афанасьевичу.
— На, Афанасич. — Степан протянул кружку. Циклопский взял её и жадно отхлебнул тёплого чая.
— Всё получится, Афанасич, не переживай. Я в нас верю. Не может не получится. Степан похлопал Афанасича по плечу.
— Я знаю, Степан. Знаю… Спасибо, тебе…- Грустно произнёс Иван Афанасьевич.
— Да будет вам.
Иван Афанасьевич допил остатки чая и поставил кружку на сугроб, рядом с камерой.
Циклопский расстроился и начал бормотать. Его рука в кармане сжалась в кулак. Он услышал стук по стеклу и посмотрел на дом. Весь подоконник был плотно засижен мышами. Мыши пищались между собой и протягивали вверх сжатые в кулачки, маленькие, мышиные лапки, как бы показывая Афанасьевичу, что они всею мышиною душой с ним и поддерживают его. В Афанасьевиче что-то проснулось. Какая-то доселе неведомая сила, для которой не существует ни запретов, ни препятствий, ничего… Он сжал кулак и вытянул вверх руку,глядя на мышей. Мыши кивнули, кивнул и он им.
— Никогда не сдаваться… Никогда… — бормотал Афанасьевич. — Никогда. Получится.
— Только вперёд! — Крикнул забывшись Иван Афананасьевич.
— Куда — Спросил Степан. Учёный не ответил и подойдя к камере хладнокровно произнёс — эксперимент продолжается. Номер третий.
Степан достал кота из мешка. Примотал изолентой сосиски к спине и посмотрел на Ивана Афанасьевич. Иван Афанасьевич кивнул, сжав оба кулака в карманах. Весь пьяный мир сосредоточенно смотрел на экраны и ждал, что же будет дальше.
Степан подкинул кота вверх с такой силой, что с него даже шапка слетела. Кот подлетел вверх, но не взлетел… но и не упал. Падая вниз перепуганный Номер три стал очень энергически размахивать передними лапами и задержался в воздухе, в трёх метрах над землёй.
— Только не падай! — Взмолился Иван Афанасьевич и стал размахивать руками, будто сам пытался взлететь. Степан, глядя на учёного, тоже стал махать руками. Стали ими махать и мыши в окне, и весь мир. Вся планета стала махать руками. Кот посмотрел на Ивана Афанасьевича. Затем на Степана.
— Как птичка, вверх. Вверх, как птичка.- Стал говорить коту Степан.
Кот посмотрел на машущих мышей, затем на камеру.
— Как птичка, вверх. — Повторял Степан.
Раздался оглушительный, трёхкратный звук горна. За ним последовала волынка и флейта. Из избы стройными рядами и плотно сомкнутыми шеренгами шли «в лапку» мыши. Они на барабанах отбивали победный боевой марш. Мыши разделились на две колонны и стали обходить Ивана АФанасьевича, Степана и зависшего в воздухе, между небом и землёй кота, образовывая круг.
Весь пьяный мир затаил дыхание. Врачи бросали оперировать, преступники грабить, пожарные тушить. Перед экранами с трансляцией эксперимента прыгали,размахивая руками, президенты и повторяли «Как птичка», прыгали и пьяные буддистские монахи. «Как птичка» шёпотом повторял номер первый, всё это время следивший за экспериментом. Прыгали и повторяли все, весь мир и даже тараканы на кухнях.
К номеру третьему подлетел пролетавший мимо воробей и остановившись возле него произнёс человеческим голосом — Как птичка.
Морда номер третьего исказилась натужной гримассой. Он громко мяукнул, начав ещё усилиннее размахивать лапами и стал понемножечку подлетать вверх.
— Ура! Ура! Гравитация преодолена. Преодолена. Я и её уделал, мать его да! так! Я всегда знал, что у нас получится. Я верил. Всё было ненапрасно. Ненапрасно… — У Ивана Афанасьевича по щекам побежали слёзы радости и облегчения. Он переживал катарсис. Через мгновение Циклопский подбежав к Степану, крепко обнял его. — Я знал, Стёпка. Я знал!…- Он стал рыдать. Весь пьяный мир радовался. Это был особый день в истории человечества. День, когда человек покорил космическое пространство. Даже пьяные буддийские монахи в своих монастырях стали прыгать от радости перед экранами. АФанасьевич перестав обнимать Степана, улыбаясь сел на снег и стал глядеть на подлетающего кота. Мыши не переставая отбивать марш вновь протрубили в горн.
Степан достав сигарету нервно закурил, а докурив принялся за следующую. Его лоп покрылся испариной, руки тряслись и потели. Он как будто не мог на что-то решиться. Что-то очень важное стало происходить в душе Степана.
— А гори оно всё огнём! — Крикнул Степан и выплюнув окурок подпрыгнул, ухватившись за хвост кота. Номер третий немного приспустился.
— Что ты делаешь — Удивлённо воскликнул Иван Афанасьевич.
— Я улетаю! Улетаю отсюда к чёртовой матери, шло оно всё…- Кот вновь стал набирать высоту, но теперь ещё быстрее. — Улетаю!- Кричал Степан и его голос удаляясь становился всё тише… и тише.- Больше не будет всех этих проблем. Ничего. Теперь всё позади. Всё… В космосе наверное и на работу больше не надо ходить. А зачем планетянам работа Знай себе плавай по космосу. Там всё будет иначе. Да! Там всё будет по- другому. — Думал Степан и какое-то доселе неводомое ему радостное и светлое чувство вспыхнуло ярким пламенем в его душе. И это пламя уже ничего не могло погасить, ни время, ни ветры земных страстей. Словно жизнь открыла ему ворота в рай. Ему и коту.
— Чего только на свете не увидишь.- Думал номер два, лёжа в сугробе и вытягивая сосиски из-за спины, словно стрелы из колчана. Столько сосисок у него ещё никогда не было. Он представлял себя лучником, подкидывая сосиску, стрелой, а свой рот мишенью. Он жевал вкусную сосиську и глядел на удаляющегося вверх номер третий.
— А ведь на его месте мог быть я. — Думал номер первый сидя на углу дома и задрав усатую морду вверх.
— Странно… Кто я! — Стал размышлять номер третий приближаясь к орбите. — Я кот. Но коты не летают! Я птица! Но у птицы есть крылья, а у меня их нет. Может котоптиц… или птицекот… — По небу проплыл кит извергнув фиолетовый фонтан и на земле прошёл небольшой дождь. — Ого,сколько рыбы,даже и в рот не влезет. — Номер третий глянул на кита. — И всё же…Кто я
Егор Пасько

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *