Она видела не один развод у своих родителей.

 

Она видела не один развод у своих родителей. Не успевала привыкнуть к брюнету , как кольцо разлучное было уже на левой руке матери. Тогда она и поклялась себе никогда не выходить замуж и даже

Не успевала привыкнуть к брюнету , как кольцо разлучное было уже на левой руке матери.
Тогда она и поклялась себе никогда не выходить замуж и даже татуировку нанесла вдоль тонкой шее на спине- «мое сердце и тело принадлежит только мне».
Так и жила, не страдала, одна зубная щётка в стаканчике в ванной, один кофе дымился на столе в субботу утром, одно пальто висело на вешалке зимой в прихожей.
Мужчины встречались, конечно, на ее пути, но сердца ее они не задевали совсем , все проходили мимо, как толпа за стеклянным окном автобуса.
Она привыкла жить одна, спать на середине постели, раскинувшись, как морская звезда в разные стороны. Готовить один стейк и один салат, только себе. Одна наблюдать за сменой сезонов на дереве во дворе .
Это была вишня, весной в пенном розовом цвете , летом , усеянная гроздьями тёмных блестящих ягод, понурая, с умирающими желтыми листьями, осенью и беззащитная, тёмная , с опухшими от дождей , ветвями — зимой.
…Встретила она его через сайт знакомств, он был ее последним в шеренге выбранных и первым, кто ей очень понравился и в сезон, когда дерево в саду стояло в пенном розовом кружеве.
Он сказал, что полюбил ее сразу, только увидев краем глаза как она , слега покачиваясь на высоких каблуках , идёт к его столику.
Они начали встречаться, легко и сразу попав в ритм жизни друг к другу.
Вместе вечером смотрели в окно на дерево, удивляясь его сезонной трансформации. Она готовила теперь два стейка, два салата , покупала два эклера со снежно- белым кремом внутри, две зубные щетки стояли в ванной , в стаканчике с нарисованной, кое- как, синей рыбой.
Он начал заговаривать о женитьбе , невзначай , когда дерево стало облетать скрюченными , сухими листьями , после двух сезонов яркого цветения.
Как будто, между прочим, ронял слова , как тугими теннисными мячиками кидался в неё:» Я знаю, что ты не хочешь выходить замуж никогда , да и сам я был женат и поклялся никогда больше жениться! Но на тебе я бы женился. Я бы женился на тебе!»
Заявку они подали в загс, когда дерево стояло голое , с разбухшими чёрными ветвями, мертвое среди, празднично украшенных новогодними огнями, дворовых ёлок.
Свадьба должна была быть , когда оно опять покроется розовой, ароматной пеной из цветков, но она не смогла дойти до этого сезона. Ее душа стала отделяться от его, несколько недель она чувствовала себя одной, как будто его уже не было рядом с ней, перестала видеть и слышать его сердце своим.
Самое тяжёлое- это сказать другому человеку, что ты не хочешь больше быть с ним. Она смогла и такими обидными словами это сделала, что он не просил подумать, встал и ушёл, в домашних спортивных брюках и старом свитере.
Оставил ей свой запах в квартире ,нежный и приятный , как его мягкие волосы и его гладкая кожа.
Она опять стала спать в постели, как морская звезда, раскинувшись на все стороны, готовить один стейк и один салат, и одна наблюдать за сменой сезонов на дереве в саду.
Но печаль от разлуки не уходила, она видела его в самых неподходящих моментах, поливая оливковым маслом сковородку , вдруг замечала его голубые глаза , влюблённо глядящие на неё, прямо, со дна с кипящим маслом.
Или задёргивая штору в спальне , ее вдруг обливало волной его запаха , мягким , знакомым и утерянным навсегда.
Но она точно знала , что , все равно , не хочет с ним связывать свою жизнь. Ни с кем не хочет, лучше всегда быть одной , не отвечать за другого человека и его чувства.
Дни проходили без него, она знала их поимённо, каждый день без его присутствия. Дни складывались в месяцы, потом в сезоны, которые она считала по дереву во дворе.
Она берегла маленькие подушечки- думки на диване с его запахом, который уже еле- еле улавливался, даже если засунуть в них нос и долго сидеть так.
Она знала, что он жил уже несколько месяцев с другой , а у неё все никак не проходила печаль от расставания, как будто только вчера она сказала ему , что не хочет его больше видеть никогда .
Она радовалась, что эта печаль есть, такая сердечная боль, почему- то, приносила ей удовлетворение.
И спрашивала себя бесконечно, сможет ли она выйти замуж, когда- нибудь
Сможет ли принять несвободу и другого человека в свою жизнь
То, что ее сердце умеет любить, она больше не сомневалась.
Ledovsi Ines

 

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *