О любви (возможно, о любви)

 

О любви (возможно, о любви) В декрете у меня была куча свободного времени малыш наш получился спокойным и некапризным, родителей на прочность не испытывал. От безделья я выучила английский,

В декрете у меня была куча свободного времени малыш наш получился спокойным и некапризным, родителей на прочность не испытывал.
От безделья я выучила английский, обшила-обвязала семью с ног до головы и искала, чем бы еще заняться.
И нашла.
В газете бесплатных объявлений печатались купоны. То есть ты его заполняешь, указываешь страну-город, где в аналогичной газетёнке этот мессидж должен появиться, и отправляешь в редакцию.
Соседка отдала мне кучу таких газет, я настригла купонов, написала нечто вроде «Мой сын еще маленький. Но пусть он знает, что мир большой, а люди добрые. Пожалуйста, пришлите ему открытку с видом вашего города».
Добрые люди как будто сидели-ждали, когда же их об этом попросят, и забросали нас открытками до сих пор в шкафу хранится огромный пакет с ними, Азия, Европа, обе Америки, Африка и Австралия, только Антарктида подкачала.
С некоторыми добрыми людьми переписка перешла из стадии почтовой в интернетную.
Одним из них стал живший в Аргентине гэдээровский немец лет под 70, занудный, но славный дядечка, помешанный на русской литературе. Раз в неделю он аккуратно извещал меня, какие стоят в Аргентине погоды, как идет его строительный бизнес и как поживают его собаки. У него были какие-то запутанные отношения с детьми от первого брака, со второй женой, с детьми второй жены, и, в сущности, он был довольно одиноким человеком.
Лет через семь умерла его вторая жена, и после этого, как мне показалось, он малость выжил из ума, решил еще раз жениться и непременно на русской. Он искренне считал, что каждая русская дама вылитая Лара из Доктора Живаго.
Разместил объявления на сайтах знакомств, где честно написал про свои 75, про строительный бизнес и губа не дура про то, чтоб не старше 45.
В ответ хлынуло.
Чувствовалось, он сам перепугался, но идеи своей не оставил и начал выбирать Лару.
Я пыталась довести, что вряд ли стоит ожидать пылкой любви при такой разнице в возрасте, но немец, счастливый своей востребованностью и не желающий понять, что вовсе не он так востребован, был глух к доводам разума и только время от времени пересылал мне фотографии и письма очередной претендентки для, так сказать, экспертной оценки.
Одна дама врезалась в память навечно.
Фото являло типичную советскую продавщицу бочкового пива, но в постсоветском исполнении. То бишь далекая от натуральности блондинка в чем-то розово-лиловом, с накрашенными до невозможности глазами, могучим бюстом и толстыми коленками в сетчатых чулках. Когда у тебя размер этак 54-ый при росте в полтора метра, то не так просто изогнуться сексуально и грациозно, но она старалась, и усилия по этому самому изгибанию отчетливо читались на ее лице.
Ладно, фотография, все мы не ангелы. Там еще и письмо было. В первых строках которого сообщалось, как давно она ждала достойного мужчину и как жаждет быть достойной его, для чего ей нужны всего лишь две, если не ошибаюсь, тысячи долларов для какой-то пластической операции то ли что-то там подтянуть, то ли еще упышнить бюст, и тогда она станет стр-р-р-растной тигрицей и задушит в своих жарких объятиях милого Вольфганга, и будет им обоим счастье.
Про «задушит» я поверила сразу.
На кону строительный бизнес и 75 лет, оно ж так и просится.
Потом выныривали еще какие-то безумные тётки, которых не смущали ни годы, ни расстояния. Бедный немец перебирал, мучался, никак не мог решиться, тётки роились как осы над вареньем, и все это было очень грустно.
Вроде как понятно: с одной стороны похотливый богатенький старикашка и стр-р-растные плотоядные тигрицы. Кстати, пару раз его таки развели на деньги.
А с другой старый одинокий человек, верящий, что он не так уж стар, страшащийся встретить смерть один на один. И было несколько женских писем, от которых сквозило таким отчаяньем, таким желанием куда угодно, хоть на край света и будь что будет, таким неумением устроить свою жизнь и надеждой на то, что где-то там она устроится сама собой, что у меня комок вставал в горле.
Он умер, так и не выбрав.
Но я надеюсь, что там, в жизни после жизни, где никакого значения не имеют ни деньги, ни возраст, ни строительный бизнес, он встретит свою Лару.
Или свою Анну.
Или Татьяну.
И пусть им будет счастье.
Обоим.
Хотя бы там.
Наталья Волнистая

 

Источник

Обсудить историю

  1. Карасев Дмитрий

    А немец, живший в Аргентине, точно был гэдээровский?

  2. Орлова Елена

    Наверное он хотел автора в жёны
    По этому так и не выбрал…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *