ИНДЕЕЦ

 

ИНДЕЕЦ Мы считали его индейцем. Вернее, кто-то прогнал нам эту пургу, что он индеец. Мы не знали, как его зовут и кто он такой. Для нас, мальчишек, так и было: индеец. Мы знали, что он

Мы считали его индейцем. Вернее, кто-то прогнал нам эту пургу, что он индеец. Мы не знали, как его зовут и кто он такой. Для нас, мальчишек, так и было: индеец.

Мы знали, что он занимается чем-то вроде фарцовки. Чем-то таким запрещенным. Ходили какие-то нелепые слухи, что он-де фашист и торгует нацистскими пластинками. По двести рублей. Сумма называлась самая что ни на есть фантастическая. Двести рублей за пластинку. Кто-то даже говорил, что видел такую пластинку у него в руках и написано на ней было «Лондон СС».

В то время нас, пионеров, это поразило до предела. Но при этом не вызвало отвращения.

Странно было: фашист и с длинными сальными волосами, как у индейца, а не с аккуратной прической, как у Штирлица.

Я до сих пор не знаю, что из тех россказней было слухом, а что правдой. И не хочу проверять. Меня не интересует, была ли такая группа «Лондон СС».

Индеец пил. Но в этом как раз не было ничего странного. Пили многие в нашем микрорайоне. Индеец же отличался лишь тем, что, видимо, пил один.

Я часто встречал его пьяным, одиноко бредущим по нашему двору. У него была выцветшая розовая рубаха. Возможно, были и другие, но я запомнил его именно в ней.

Его почему-то не любили и боялись. Хотя я никогда не видел его дерущимся. Его обходили стороной, когда он сидел и курил на лавочке у песочницы.

Я никогда, ни единого раза, не видел его в компании. Когда я пытаюсь вызвать его образ в воспоминаниях, то всегда возникает огромная патлатая фигура в розовой рубашке и всегда одинокая.

Иногда он общался со мной. И каждый раз я вздрагивал, потому что он появлялся из-за спины, будто ниоткуда.

Ты за кого в конфликте Фолклендских островов сначала глухой, точно из бочки, голос, потом он за моей спиной, в своей вечно розовой рубахе.

Я-то… преодолев испуг, я собрался и ответил. Я за Аргентину… А вы

Он посмотрел на меня своими голубыми глазами, моргнул, прикрыв их на мгновение белесыми ресницами.

А я за Великобританию.

Но почему! Ведь они напали! сказал я и взахлеб выдал все, что слышал по телевизору.

Индеец на мои аргументы не ответил ничего. Только закурил и медленно произнес:

Откуда ты такой политически подкованный Кто тебя подковал

И, не дожидаясь ответа, развернулся и пошел в сторону своего подъезда.

Тем же летом я встретил индейца еще раз. Вернее, он опять подошел ко мне, когда я сидел на траве во дворе и отчаянно скучал, так как все ребята разъехались по дачам и лагерям.

Скучно спросил он.

Скучно, ответил я и оглядел пустой двор. Ребят нету. Не с кем играть.

Ребята, ребята… произнес он медленно, точно размышляя над чем-то. Зачем тебе ребята Не можешь, что ль, без них

Ну, скучно же.

А мне не бывает скучно, он сел рядом со мной, в траву. Я всегда найду чем заняться. Вот видишь, березка растет

Он раздвинул стебли травы. Там действительно росло маленькое деревце.

Он улыбнулся:

Признайся, что не замечал

Не замечал.

Я все смотрел на маленькое, размером с игрушечного солдатика, дерево.

Вот, сказал он. А ты говоришь «ребята», «скучно».

 

Он поднялся и пошел к дому. Из кармана его штанов торчала бутылка портвейна.

Я вдруг захотел его окликнуть.

А я вечером еду к бабушке!

Он остановился. Посмотрел на меня.

А завтра в пионерлагерь.

Он молчал и смотрел.

В первый раз, я не знал, что еще добавить.

Лагерь, повторил он за мной, точно пробуя слово на вкус, лагерь. Взвейтесь, развейтесь.

Сказав эту абракадабру, он опять помолчал.

Думаешь, не скучно там

Не скучно,

Я был в этом уверен.

Ну да. Ребята ведь.

И теперь уже совсем отвернувшись, он ушел. Вероятно, пить в одиночестве. Не знаю.

Тем же вечером, когда я в сопровождении мамы шел мимо песочницы и нес свой чемоданчик, собранный в пионерлагерь, он опять окликнул меня:

Знаешь, что такое жизнь спросил он.

Вопрос был столь неожиданный и для меня, и для мамы, что мы оба остановились.

Что спросил я.

Жизнь это тайна, случай и время. Вот что такое жизнь.

Он был пьян.

Мама потянула меня за руку:

Извините, мы спешим. Пошли, Борь.

И мы пошли.

Осенью, когда я вернулся, полный впечатлений, я не сразу заметил, что индеец куда-то пропал.

Ну, просто его не было.

Кто он и кем был, я так и не знаю. Это осталось тайной.

Возможно, с ним произошел несчастный случай.

Единственное, что я знаю, что именно такие люди куда-то исчезают, когда мы взрослеем.

Когда проходит время.

Борис Мирза

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *