Что ни говори, а некоторые блюда нельзя готовить часто

Что ни говори, а некоторые блюда нельзя готовить часто Это обесценивает присущую им некую магическую ауру. Их стоит придерживать на крайний случай. Ну, как последний довод иль патрон, даже

Это обесценивает присущую им некую магическую ауру. Их стоит придерживать на крайний случай. Ну, как последний довод иль патрон, даже гранату. Потому что, например, варено-запеченная пряная рулька в чем-то граната в лучшем немилитаристском смысле. Этакий душевный антибиотик, терминатор среди антибиотиков.Очень эмоциональная вещь, когда чертовски румяная, дымит она целиком на блюде, приветливо оттопырив кость, а вокруг никогошеньки, а только ты и возбуждающие аппетит соленья и зелень, укрепляющая его водочка, освежающее его прохладное пивко. Картина рулькой, короче (любопытно, есть подобная техника).
Блюдо философическое, рулька-то. Даже сексуальное, чтоб не сказать порнографическое. Руля, руляша, голяшечка, душечка, алёнушка, муа-муа, я тебя хотеть, не мочь себя держать! Мягко, но неуклонно, примиряет она поедающего с окружающей грубой действительность. Одним манящим видом и ароматом заставляет воскликнуть «Да пошло оно всё!..», отринуть печаль и немедля схватиться за вилку и нож «На абордаж! Всё моё, всё мне! Рр, гау-гау!».
Попёрли с работы, царапнул машину – ешь рульку. Наставили рога, одолела депрессия, наши опять проебали в футб… (нет, стоп! эдак рулек хуй напасешься! забыли), несчастливо влюбился – захавай рульку пожирней. Рулька не «наши» – не подведет. Покушаешь, и непременно попустит. Этакая скорая рулькопомощь.
С каждым кусочком сопровождаемым рюмашкой иль глотком пива в промозглой душе становится суше, светлей и теплей, что на душистом сеновале. А как иначе-то Там же ж нежнейшее мясо, тающий жирок и ЭТА шикарная шкурка, о-о, норки курят опилки! Так вкусно, что «Ах, окна настежь, подать корвалолу на рояле, машите на меня вентилятором, машите, не то срочно отъеду от счастья!».
Неплохо, ежели в этот время за окном ложился первый пушистый, густой снежок и подмораживает в ночь. А лучше беснуется какая-нибудь неебическая метель и стужа, стонет в вентиляции, сотрясает стекла. Или пылесосит обжигающий октябрьский дождь, а в воздухе повисло предреволюционное напряжение (но только на этот вечер, не более – довольно октябрьских революций). Подобный антураж дает сто очков к уюту и аппетиту, так скать.
Также очень славно включить позабытую, некогда любимую, проверенную киношку. Это придает, как добрая подлива. Ах, немого наваристого бульона из под рули, её же запекшегося сока, толика специй, мучки… Впрочем, дело вкуса.
Но только за рулей не надо идти в ресторан. Стоит самому приготовить дома. Ну что ресторан Не пукнуть, не рыгнуть, наценка. Потому, уже самый процесс приготовления успокаивает мятущуюся душу. Дело это не быстрое – часа два, а то и поболе. Поскоблить, промыть, поколдовать со специями, снимать пену, потягивать пивко, запекать, поливая соусом, – глядь, и позабыл невзгоды.
Жаль у свиньи всего четыре ноги. Нужна свинья не мясной, а рульковой породы. И чтоб шесть ног, хотя бы. И чтоб как у ящерицы хвост – отрезал свинке ногу, а она отросла. И свинье комфортно, и людям зашибись.

А. Болдырев

Источник

Обсудить историю

  1. Шоломицкая Светлана

    Для полного счастья неплохо было бы и рецепт вкусно описать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *