Зимой сдуру поспорили мы с Наташкой, что я в крещенскую прорубь нырну

Зимой сдуру поспорили мы с Наташкой, что я в крещенскую прорубь нырну Хлестанулись с ней на хорошие духи.Не от большого ума, конечно, поспорили! Никогда я раньше в прорубь не прыгала. Из всех

Хлестанулись с ней на хорошие духи.
Не от большого ума, конечно, поспорили! Никогда я раньше в прорубь не прыгала. Из всех видов моржевания предпочитаю только один: это когда пять кубиков льда на стакан водки – и под одеяло.

Я тепло люблю. Не понимаю, как это люди в Турцию в августе ездят и в море купаются Бабушка моя говорила, что после Ильина дня вообще купаться нельзя. Или у турок календарь другой

Накануне 19 января весь день готовилась к подвигу. Пробовала тренироваться в ванной, но при воде ниже двадцати пяти градусов мой организм сам лезет из ванны на потолок. Чтобы настроиться, соблюдала пост. Утром — каша, днём — кисель. Вечером не утерпела и курицу пожарила на постном масле. На всякий случай ела курицу с очень постным лицом и даже морщилась – пусть наверху думают, что я печёную редьку ем.

Настало Крещение. Приехали с Наташкой на прорубь. Вышли из палатки: я в купальнике, вся в пупырышках как гусь, а она с полотенцем, халатом и телефоном. На улице ветрища! Холодища! А народу-то сколько!… У нас летом столько на реке не бывает.

— Может, передумаешь – говорит Натаха. – Айда обратно в тепло Я уже и духи себе выбрала.

— Фиг тебе, шмара паралимпийская, — говорю. – То есть это … русские бабы не сдаются, прости господи. Я ещё и присяду там с головой, тогда с тебя сразу два флакона причитается!
Дождалась я очереди и спустилась в эту ужасную ледяную прорубь, девки! Как в омут головой… то есть ногами. Бахнулась туда с лесенки – глаза на лоб, желудок под горло, река сразу поднялась, волна на берег пошла, всех по щиколотку затопило. Перекрестилась – и присела!

Никакого просветления не испытала и ангелов не увидела. Наверное, они поняли, что я не их клиент. Бросило меня сначала в жар, потом в холод. Высунулась из воды, фыркаю, ничего не соображаю… но чувствую, что случилось непоправимое.

Девки, зря я так резко присела. Резинка у плавок под водой лопнула, понимаете Не знаю, чего ей мало стало. Может, я разбухла в воде, как доширак Хотя такое чувство, что от холода я наоборот на пять размеров меньше стала. Наверное, даже в свою жёлтую юбку влезу, про которую забыла давно.

И вот стою я как дура в проруби и чувствую, что плавки куда-то съехали, и на берег мне теперь нельзя.

— Наташка-а-а! – зову. – Где ты, пропасть Бегом сюда, полотенце давай!

Как назло, Наташку куда-то затёрли, вокруг ни одной знакомой рожи. Народ у проруби толпится, своей очереди ждут.

Чувствую, трусы на дно упали. Полный финиш! Что делать Набрала воздуху, снова присела. Шарю по дну руками, а плавки найти не могу. Течением снесло, что лиТрусов нет, руки сводит, воздух кончается… Делать нечего, вынырнула на поверхность. Дежурный спасатель сверху меня подгоняет:

— Девушка, вы окунулись Чего ещё ждёте Покиньте купель и не тормозите процесс.

А я говорю:

— Можно, я тут ещё посижу Мне у вас понравилось и вообще давно хотела пообщаться со святыми силами.

— Вот отмороженная! — говорит спасатель. — Религиозная фанатичка какая-то.

— Эй, ну сколько там ещё — орут сзади. – Долго будешь лунку занимать, одержимая бесами

— Если не поймаю, то примерно до темноты, — говорю я и снова ныряю. Не поймала!

— Кого там эта идиотка в купели ловит – говорят мужики. – Она на рыбалку пришла

— Сдурела – до темноты в воде сидеть! – спасатель мне орёт. – Времени всего двенадцать дня. Вылезай бегом, замёрзнешь!

— Не могу! – говорю я. – У меня проблема с одеждой.

И снова ныряю, по накатанной. На берегу мне даже кто-то захлопал. Оказывается, плавки там за что-то зацепились, надо распутывать. Почти разобралась, вылезла воздуху глотнуть. Прорубь мне уже как родная стала. Скоро чешуёй обрасту.

— Какая у вас проблема с одеждой — говорит спасатель. – На вас и одежды-то нет.

— В том-то и дело! – кричу. – Её даже больше, чем нет! Ната-а-ашка! Где тебя носит, выхухоль бескрайняя

Нырнула я в воду снова, цап за дно — а плавки исчезли! И тут же лифчик на спине бац – и лопнул. Ну одно к одному, хоть реви! Кажется, что в воде надо мной кто-то ржёт. Водолазы, наверно. Попускала пузыри, высунулась обратно. Опять смотрю по сторонам, Наташку ищу: где она Она, тварь, по телефону треплется и не слышит. Щупаю ногами дно — вроде нашла трусы! Но как схватить, если я руками лифчик держу Блин, хоть умри, ещё раз надо садиться.
— Вылезайте! – кричит кто-то. — По правилам в купели три раза надо присесть, а не сорок два.

— Я люблю ломать стереотипы, — говорю я из проруби. – Как бы мне и этот план перевыполнить не пришлось! – и ныряю ещё раз.

— Вы там себе ничего женского не застудите – беспокоится спасатель.

Я от досады даже холода не чувствую. Ну не скажу же я мужикам, что у меня весь купальник медным тазом накрылся!

— Лучше застужу, но ничего не покажу, — гордо говорю я и ныряю в седьмой раз.

Поймала трусы! Вынырнула радостная. Теперь как-то надеть их надо. Какой-то мужик мне сзади орёт:

— Мадам, вы там жить собрались, что ли Не задерживайте очередь! Нам тоже надо окунуться, смыть, так сказать грехи…

— Уйди, дурак, — говорю из проруби. – Если я вылезу прямо сейчас – это и будет смертный грех. Он называется «не напугай ближнего своего».

— Вы что-то путаете, — говорит спасатель. — Нет такого греха.

— Не беспокойтесь, — говорю. – После моего выхода появится. Сделайте доброе дело — Наташку позовите кто-нибудь!

— Слушайте, девушка, — говорит спасатель. – Можете плюхаться тут хоть до лета, но не в моё дежурство! Я вас сейчас багром вытащу!

— Только попробуй, дурак! – говорю я. – Вместе со мной тут плавать будешь, с моими трусами на шее.

— Маньячка какая-то, — говорят из очереди. – Ребята, здесь где-нибудь есть другая прорубь, без психов

— Есть, — говорит спасатель. – В соседнем городе.

И тут Наташка наконец-то подбежала! Я у неё полотенце с халатом выхватила, замоталась прямо в воде – и выхожу как синяя богиня, в одной руке лиф, в другой плавки.

— Шизота-а-а! – говорит спасатель. – Её тут полгорода ждёт, а она бельишко под шумок стирала!

До кучи подбегает мне журналюга с камерой и орёт:

— Девушка, вы поставили новый рекорд пребывания в ледяной купели! Это получилось благодаря сильной воле

— Нет, — говорю. – Это благодаря слабой резинке.

Дала журналюге мёрзлыми трусами по башке, а заодно и Наташке. Зато духи я у неё выиграла! Жаль, купальник подвёл. Наверное, это кара за грехи Зря я стрескала накануне целую курицу.

Надо было половинку пожарить…)))

Источник

Обсудить историю

  1. Гаврилов Александр

    В августе? В Турцию?? Але, там в октябре ещё +30??

  2. Кудрявцев Максим

    как то не складывается. Наташка заинтересованая в этом споре должна была наблюдать за процессом от начала до конца, а не на телефоне висеть. да и вряд ли женщина готовая спорить на дорогие духи, покупает купальник в фикс-прайсе.
    да, да)) я душный?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.