История еще советских времен, рассказала наша врач П.

Приезжают они в «Интурист», заплохело какому-то мордатому и весьма
солидному немцу из ГДР. В составе бригады фельдшером был Андрюша Г. —
хохол в пятом поколении, по сию пору не избавившийся от акцента и
от «хвакания». Все у него «хвармацевт», «хвазепам» (фенозапам, т. е.),
«хвелшер» и т.п.
Заходят в номер. Время вечернее. Немец лежит на кровати и демонстративно
стонет, не глядя на бригаду и глядя в потолок. Рядом суетятся жена и
дочка, а также администратор. Вызвал бригаду он. П. присела рядом,
попыталась собрать анамнез — бесполезно, немец лишь раздраженно вставлял
«нихт ферштейн» промеж стонами и в контакт не шел.
— Нам нужен переводчик, — наконец, отступившись, сказала П.
— Он уже ушел домой, — развел руками администратор.
— Так верните! — вспылила врач. — Я как жалобы его понимать должна
Администратор вышел, бабахнув дверью и бормоча что-то нелестное во
врачебный адрес. Немец утроил стоны, начал что-то ругательно выдавать на
родном языке.
— Андрюш, сними ему ЭКГ пока, что ли, — устало попросила П.,
присаживаясь. — Может, заткнется
Г. расчехлил кардиограф, отогнал насупившуюся родню, облепил немца
электродами. После, оторвав ленту, дабы придать себе значимости, подошел
к окну и стал деловито разглядывать ее на свет.
— Ты там чего
— Дывлюся.
— И что надывился
— Шо, шо… от побачь, пи***ц хвашисту!
Немец резко оборвал стон, отпихнул руку поправляющей подушку жены и
срывающимся голосом спросил:
— Што, токтор, мои теля так плехи

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *