Про уши.

 

Про уши. Уши у меня большие с детства. Чтобы понять насколько они были большими, представьте, что когда я родился, я весь был маленький, а мои уши сразу были такими же, как сейчас. Папа

Уши у меня большие с детства. Чтобы понять насколько они были большими, представьте, что когда я родился, я весь был маленький, а мои уши сразу были такими же, как сейчас. Папа рассказывал, что когда пришел в роддом и увидел меня, он офигел. «Смотри какой красивый», — сказала папе мама. Папа не знал, что ответить — он растерянно смотрел на мои огромные уши (а там больше и смотреть было некуда) и думал: «Бедняга, вот это тебе в школе прилетит». А потом папа завернул меня в уши и унёс домой. Насчет школы он оказался неправ. Всё началось задолго до школы. Я был счастливым ребёнком, пока дети вокруг не научились говорить. Потом понеслось.
Вот неполный список моих кличек:

Ушастик — первая, детская, разминочная.

Ушан — грубая производная от Ушастика, но уже гораздо обидней.

Ухоплан — кто-то, сука, изобретательный придумал. Подразумевается моя сверх-способность летать с помощью ушей.

Большой Ух — это мультик был какой-то наркоманский, где у старичка ухо увеличивалось, а медузы танцевали и пели, что они похожи на арбузы.

 

Ухо — так меня звали старшие пацаны во дворе. Я возражал, но спор получался неконструктивный. «Слышь ты, ухо!», — говорили они. «Я не ухо», — заносчиво отвечал я. «Ты — ухо», — невозмутимо реагировали они. С аргументацией у ребят было плохо, но с настойчивостью — всё в порядке.

Учителя в школе подливали масла в огонь: «Слепаков, что я только что сказала» Слепаков молчит — отвлёкся. «Смотрите, ребята, уши большие, а не слышит…» Весь класс радостно ржет. Естественно, я переживал и мечтал, чтобы мои уши стали стандартными. Однажды к маме пришла знакомая, посмотрела на меня и сказала: «Сеня, хочешь, чтобы у тебя уши торчать перестали Возьми шарф и обматывай голову на ночь. Вот они и исправятся». Я обмотал.
Утром просыпаюсь и сразу к зеркалу. Аккуратно снимаю шарф — о чудо! Уши больше не торчат! Помогло! «Мама! Мама! Иди сюда скорее», — кричу. Пока мама идет, уши возвращаются в прежнее положение с характерным звуком «пяууу!».

Шли годы, я отрастил густые волосы, ухо было не столь заметно, и я о нём почти позабыл. Друзья прикалывались периодически. Помню, сидели писали КВН для какой-то команды в унылом гостиничном номере, и так всем стало невмоготу, что кто-то сказал: «А прикиньте, если бы мы умели летать на ушах Мы бы все взяли сейчас и улетели в окно, да» Все радостно кивнули, а кто-то посмотрел на мое левое ухо и добавил: «А Семен бы один вокруг лампочки летал».

Сейчас я облысел, начал коротко стричься, и уши (особенно левое) снова на виду. В комментариях частенько их упоминают. Так к чему я это Мои уши мне, конечно, потрепали нервы. Но в то же время, возможно, они помогли мне чего-то добиться в этой жизни. Может быть, из-за них я чувствовал себя уязвимым и хотел всем доказать, что что-то из себя представляю. Может быть, если бы они были обычными, я бы и не стал тем, кем я стал (двухметровым лысым мужиком с большими ушами). А может быть и нет. В любом случае, уважаемые лопоухие, долгоносые, пучеглазые, яйцеголовые, толстожопые, зайцезубые, кадыковыпуклые, доскосисые, енотовидные и прочие, не расстраивайтесь, принимайте себя такими, какие вы есть. Мы нужны! Мы — изнанка красоты. Если бы не мы, никто бы не знал как выглядят красивые люди. Так пусть эти суки будут нам по гроб жизни благодарны.

© Семён Слепаков

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *