Морозы на северах трескучие и сильно злоемучие, в плане куда нить сходить

 

Морозы на северах трескучие и сильно злоемучие, в плане куда нить сходить А моим родителям ежедневно надо было меня в садик волочить. Четыре года совсем не тот возраст, когда бегаешь быстрее

А моим родителям ежедневно надо было меня в садик волочить. Четыре года совсем не тот возраст, когда бегаешь быстрее лани. И дело совсем не в рахитичных ногах, как могли подумать некоторые, а в одежде. В целях неотморожения тогда еще маленьких, но весьма перспективных яиц, одежек на меня накручивали столько, что самостоятельно передвигаться я мог только после пинка. И то на спине.
И поэтому наши тщедушные, но в ворохе одежды кажущиеся весьма разжиревшими тела в детский садик транспортировались на санках.
А что бы в полярной ночи дите, то есть я, не навернулось с санок, и не потерялось где нить во мраке, меня привязывали к санкам.
Сидел я на попе, спиной упираясь в аллюминиевую спинку отороченную оленьим мехом, и за грудь, как пулеметной лентой был привязан к этой самой спинке здоровенным пуховым платком.
Короче, выглядели мы все детишки, как выкидыши птеродактилей — кругленькие, в пуховых платках и что-то там пищащие. В общем цыпленки еще те.
А когда на улице ветер в ноздри, то идти одно удовольствие. Надо просто закрыть варежкой как можно больше морды, и согнувшись ковылять до цели. Это взрослые так ходили. Ну а мы, само собой пищали в санках и радовались жизни.
…Пока в один прекрасный, зимний, морозный северный утр, в самый пик полярный ночь, меня не повезли по знакомому маршруту в садик.
Ветер, мороз, темень…В общем пока меня доехали до садика, наверно сильно устали. Иначе как объяснить, что опаздывающая на работу матушка села на минутку в коридорчике на лавочку отдышаться. Через минуту она встрепенулась, гля на часы — да что б твоего медведя за ногу! Опазздываю!
В жесткой запаре хватает санки и привычным движением ставит их в угол, в рядок с другими санками. И счастливо летит на работу.
Не, понять можно. Когда нас мелких раздевали, шубы, платки, валенки и прочую амуницию складывали в санки, привязывали веревочкой и выставляли санки в угол. В таком ворохе одежды запросто могло потеряццо какое нить маленькое зверушко. Типо меня.
Я тогда материться еще не умел. Но кайф от стояния раком, упираясь лбом в стену и с привязанными в жопе санками я почему то не испытывал.
Движения сковывали многочисленные одежды, поэтому обозначить себя я пытался криком. Платок и шарф уже почти полностью залезли в рот, я все продолжал пугать угол.
Даа, двери детского садика, предназначенные специально для экстремальных температур являлись неплохой звукоизоляцией.
Вскоре я устал, обвис на держащем меня платке и задремал. Проснулся…Не, ну не сволочи ли Здоровенные тетки стояли надо мной, колыхались и гоготали так, что волки начали обходить поселок стороной. Как они, при их то комплекции могли так загибаться от хохота, я до сих пор не представляю.
Немного поглумившись, меня отвязали от санок. Кстати, большого дискомфорта не было.
А потом я оконфузился на утреннике, но это совсем в другую тему…
Сергей Кобах

 

Источник

Обсудить историю

  1. Коновалова Виктория

    Таки да — так все и было .. и морозный утр, и мы, как птенцы птеродактилей, и бесконечная полярная ночь… Привет, Усть — Куйга! Прям в детство прогулялась.. ) Огромное тебе человеческое мерси, автор..)))

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *